Часть 11. Право на ошибку
Неделя тянулась долго. Парни писали, когда было свободное время. Все, кроме Чимина. Алекс старалась занять мысли и тело тренировками, много читала, учила корейский или гуляла по ночным улицам. Наконец настал день Х. Алекс даже самой себе не могла объяснить причину волнения, которое окутало ее с самого утра густым облаком. Команда должна была приехать только завтра, так что девушка решила порадовать парней домашней кухней.
День прошел незаметно за наведением порядков и готовкой, но итогом Алекс осталась довольна. Когда входная дверь хлопнула, на столе красовался большой противень с мясом по-французски, старое доброе пюре (у Алекс оно получалось действительно вкусным), салат из овощей и зелени и огромный яблочный пирог, который на родине Алекс зовут просто Шарлотка.
— чем так пахнет? Я сейчас слюнями подавлюсь — заорал с порога Джин.
Сумки были брошены, а парни устремились на запах. Алекс вышла навстречу с раскинутыми для объятий руками и счастливой улыбкой. Обниматься полезли сразу все, сжимая в медвежьих объятиях хрупкую девушку, которая едва доставала им до плеч. В стороне вполне ожидаемо остался Чимин. Необычным был другой элемент. К боку Чимина жалась девушка, заглядывая ему в глаза щенячьим взглядом, который моментально изменился, когда та столкнулась взглядом с Алекс, брови которой поползли вверх до того, как она успела совладать с эмоциями.
— это все ты наготовила? — Чонгук уже был у стола и поднимал крышки, мечтательно прикрывая глаза, вдыхая ароматы.
— я знала, что вы приедете голодные. — Алекс не могла сдержать улыбки, глядя на этих парней, которые, в сущности, были такими детьми. Джун не торопился выпускать ее из своих объятий, поэтому она мягко отстранилась, подталкивая его к столу.
— я вот очень голоден, так что мы сначала наверх — пошло прошептал Чимин, чтобы услышала его только Алекс и его девушка и поволок свою новую пассию наверх. Алекс показалось, что ее ударили под дых, но она постаралась взять себя в руки, убеждая себя в том, что это ее совершенно не касается.
Вечер пролетел незаметно, за веселыми разговорами и воспоминаниями со съемок. Алекс узнала, что завтра должны приехать стилисты, подобрать образы для тура, который должен был стартовать уже через месяц. Новость о том, что Алекс будет сопровождать их в туре, была воспринята с искренней радостью, только Джун нахмурился, подозревая что-то неладное. Заметив, что парни начали устало зевать, Алекс отправила их спать, оставшись убрать со стола. Большой свет был выключен, осталась подсветка столов, которой хватало, чтобы помыть посуду. Уже заканчивая, Алекс из-за шума воды не услышала, что кто-то спускается, поняв это только тогда, когда кто-то прижался к ней со спины. Испуганно вздрогнув и выронив стакан, девушка повернулась, совершенно не ожидая увидеть Чимина.
— ты что, блин, делаешь? — она даже не нашлась, что еще сказать.
— ну как, я же говорил, что одарю тебя своим вниманием. — промурлыкал он нагло, опираясь руками по бокам от девушки, отрезая пути к бегству.
— Чимин, я тебя поняла, нет необходимости демонстрировать свое пренебрежение. Твоя девушка уже, наверное, тебя заждалась. — голос предательски дрожал от его близости, Алекс скрестила руки на груди, подсознательно пытаясь защититься.
— не надо корчить из себя недотрогу, детка, ты ведь этого хочешь, — с этими словами Чимин расцепил ее руки, сжал одной рукой до боли ее грудь, другой оттянул волосы, оголяя шею и прикусывая нежную кожу.
— Чимин, пожалуйста — на выдохе прошептала Алекс, не в силах удержать дрожащую на ресницах слезинку, упершись руками в ребра парню.
— Цену себе набиваешь? Ладно, сколько ты хочешь? Сколько получила от Чона? — Алекс сама не успела сообразить, что произошло, наблюдая, как на щеке бантана расцветает красное пятно от пощечины.
— ах ты сука — Чимин схватился за ушибленное место, взгляд его потемнел.
— не смей ко мне подходить, понял, больной ублюдок? Не смей меня касаться, если не хочешь оказаться в больнице. — Алекс оттолкнула оторопевшего мужчину и рванула к себе, теряя контроль над собой и позволяя слезам свободно стекать по щекам. Стоя в ванной и глядя на себя в зеркало, Алекс пыталась понять, где она свернула не туда, что жизнь завела ее в такое дерьмо. Пыталась подавить в себе желание в эту же минуту позвонить Дживону, разорвать контракт и сесть на первый же самолет до Нью-Йорка. Она не могла просто признать свое поражение. В конце концов, он просто избалованный засранец, который не получил того, чего хотел и взбесился. Злость и обида говорили в ней, когда она приняла следующее решение и быстро набрала сообщение.