Новоселье.
Дедушка умер. Похороны прошли тихо, казалось без единого звука, только звенящая въедливая тишина. Там были бабушка и еще несколько жителей той глуши. Это я узнала спустя восемь дней после его смерти. Узнала только потому, что услышала обрывки очередной ссоры мамы и Киры. Нас там не было. Мама урвала нас в новый город. Очередной переезд. Она хочет устроить свою жизнь, ищет себя. Вообще по образованию она бухгалтер, но в течение этого бесконечного поиска мама была даже ассистенткой какого-то состоятельного ученого, он изучал бабочек,она надеялась оттяпать у него часть мудрости и капитала, но этот горе-ученый обанкротился.
Вы наверное спросите где наш папа? Я не знаю. Может Кира и догадывается, но мне ничего не выдает. Тонкая связь с папой сохраняется через бабушку с дедушкой.
Теперь только через бабушку...
Мама запрещает нам общаться с бабулей. И сама всегда кладет трубку, когда она звонит. Молча.
Дедушка умер...
Здоровье бабушки дало сбой. У нее случился приступ. Прямо на похоронах. Хорошо, что ее сразу отвезли местному доктору. За бабушкой нужно присматривать. Поэтому теперь мы здесь. Снова в этой деревушке. Кажется, как будто я слышу как мама скрипит зубами от злости. Или это снег?
Не знаю почему она так не любит бабушку, с ней у меня связаны вечно счастливые моменты детства.
Снова этот дом. Старый, деревянный, его еще дедушка строил. С ним связано много теплого. Кажется он не ожидал нас увидеть. Выпучил свои беззанавесые окна-глаза. А вон из двери высунулась бабушка, в одной шали и старых калошах. Соседка, присматривавшая за ней, пыталась ее остановить, но бабушка очень упрямая, особенно если дело касается ее близких.
- Машенька! Кируша! Мышка моя! Кируся! - бабуля кинулась нас обнимать. я впечаталась в ее грудь, очень теплую и родную. От бабушки всегда пахнет чем-то знакомым и вкусным.Кажется, яблоками. Она бодро гладила меня по спине, даже прослезилась. - Приехали наконец! Родные мои! Дождались!
Кира уже отстранилась и, радостная, начала доставать вещи из машины. Я все стояла и стояла, прижавшись к бабуле, словно мышка к кусочку сыра, ее крупные горячие слезы капали на мою шапку.
- Галина Семеновна девочкам нужно разбирать вещи. Да и вам бы прикрыться. - ледяным тоном произнесла мама, облокотившаяся на капот машины, докуривая сигарету. Иногда мне становится жаль маму. Я очень хочу любить ее, но может у меня в сердце какие-то клапаны, которые мешают мне это делать?
- Лариса, - бабуля строго зыркнула на маму и указала на окурок в ее руке - не при детях же!
-Не называйте меня Лариса, я Клара! - истерично добавила мама, кидая окурок в снег.
Вообще бабушка не строгий противник курения, только она убеждена, что это плохо скажется на нас. Но это не мешало Кире выкурить сигаретку другую в моменты "напряжения и стресса", как она это называла.
Я ощутила руку сестры на своем плече, она мягко сказала на ухо:
-Пошли в дом? - а я только кивнуа в ответ. Оторвавшись от бабушки, я взяла свои сумки и, под умиленные реплики бабушки о том какими мы выросли, направилась домой. В этом доме мы будем пока не вырастем или пока бабушка не у...
Мне сейчас только тринадцать, так что жить мы будем здесь немало... Но что же будет через три года, когда Кира станет совсем взрослой и поступит в университет?
В коридоре разлился теплый свет лампочки, все молча оставили обувь у входа и разбрелись по своим углам. Наша с Кирой комната была на втором этаже. Мы делили этаж с бабушкой. Комната была мертвая. Темно, неуютно и холодно. Одно большое окно, выходящее на улицу, с потрескавшейся рамой и плотно подходящим к подоконнику письменным столом. Белые стены посерели, то ли от времени,то ли от горя. Две кровати, обе словно забитые собачонки прижалась к стенам. На них чистое, заботливо сложенное бабушкой постельное белье. И громила-шкаф с квадратным зеркалом напополам с полками. О том, что здесь когда-то была жизнь говорили расставленные то тут, то там старые мягкие игрушки, кто-то без лапы, а кто-то без глаза, и наклейки на двери, немного обшарпанные.
Оставив вещи у шкафа, я присела на одну из кроватей, на что она брезгливо скрипнула. -Да не волнуйся ты, Машка, все обустроим, наведем уюта и красоты, уезжать не захочется! Целых три дня еще! - сестра появилась из неоткуда, она ободряюще тронула мое плечо. Кира была вихрем энтузиазма. Она порхала по комнате попутно рассматривая и включая все, что можно.
- Так, давай это будет твоя кровать, это моя
-Договорились, - слабо улыбнувшись и поправив очки, кинула я.
-Нужно будет занавески где-то отыскать! А помнишь в прошлом году на ярмарке брали какие-то.. - сестра начала раскладывать вещи в шкаф, уже намечая план на будущие занавески, поглядывая на окно
Из окна вылупился такой же старый дом,только окна в нем были черные-черные (живет ли там кто-то? жил ли?), выглядел он одиноким и гнилым, угрожающе хмурился лес. На минуту мы обе замерли разглядывая его, Кира застыла с вешалкой в руке, словно лес звал. От него веяло чем-то неминуемым и опасным. Показалось кто-то дыхнул в затылок, пронесся запах тухлости, я задержала дыхание. Дверь испугано скрипнула.
-Ну что, с новосельем девчушки! - в проеме появилась довольная бабушка, кутающаяся в ажурную шаль.