Глава 18: «Она - мой идеал»
Максим.
- Иди домой, - говорю я девушке, смотрящей на меня обиженными глазами. - Я догоню.
Она кивает, ловя ртом воздух и выходит, сильно хлопнув серебряной дверцей.
Дожидаюсь пока кареглазая выйдет из поля зрения и набираю номер в телефонной книге.
- Алло?
- Здравствуй, пап. Как дела?
Отец молчит, выжидая какой нибудь просьбы.
- Что-то случилось? - встревожено спрашивает мужчина. - Опять десятитысячный штраф?
Я усмехаюсь, но потом все таки отвечаю:
- Нет. - я все ещё улыбаюсь, массируя затылок. - У нас тоже все отлично, но я бы хотел перевестись на заочное обучение.
- Максим, тебе осталось всего полгода отучиться. Какой смысл?
- Мне не нравится.
Папа умолк, поразмыслив все сказанное мной и спрашивает:
- Тебя кто-то обижает?
- Нет. - отвечаю я спокойным умиротворенным голосом. - Просто хочу заочно учиться. Мне так удобнее.
- Хорошо, сын. - говорит мужчина, и я чувствую, что по ту сторону, в тысячи километров от меня, он улыбается самой искренней улыбкой на свете. - Я напишу заявление.
Мы болтали на разные темы. Папа рассказывал, что переговоры с иностранцами прошли успешно, а потом, бросив звонок, я спокойно зашагал в дом.
Алины не было видно.
Начал разбирать пакеты с кофем и заметил Настю в наушниках, которая драила пол гостиной. Это же вроде не входит в её обязанности.
Повернувшись к ней спиной, я начинаю чистить манго. Почему эту вкуснятина так сложно разрезать? Чтобы съесть его, надо проделать очень холмистый путь.
- Она сильно на тебя зла. - оповещает меня Настя, а я на секунду останавливаюсь, дослушать ее фразу. - Что ты вновь сделал?
- Тебя это не касается. А раз не касается, то и не лезь. - продолжаю разрезать любимый продукт.
3 года назад:
- Мне плохо, Макс. - все ещё твердит брюнетка, укутавшись в одеяло, желая тепла. - Я никуда не пойду. Ещё и заражу всех.
- У тебя же не вирус, - отвечаю я, пытаясь переубедить её пойти на «дружескую» встречу, чтобы познакомить с родителями.
- А еще я бьюсь в ознобах и лежу с температурой... - она протягивает слова и достаёт градусник. - Тридцать восемь. - Настя раздосадовано плюхнулась в постель, поправляя складки моего одеяла и за одно тёплого покрывала, наложенного сверху.
- Ровно?
- Да.
Я подхожу ближе к кровати и сажусь на корточки, попутно надевая на себя бардовый пиджак.
- Тогда останься дома, отдохни. - я целую её в макушку, а она заключает меня в прощальные объятия.
- Увидимся.
- Конечно, детка. - я подмигиваю ей левым глазом и ухожу в прихожую, надевая на себя верхнюю одежду.
***
- Ты пришёл! - восклицает Влад и бросается к другу на шею. - А Анастасия где?
- Ей плохо.
- Точно? - он посмотрел на меня своим фирменным хитрым взглядом, который так заводил людей.
- Нет, я оставил её дома, чтобы ты не сожрал, Мельников.
- Заценил шутку. - подмигивает он и провожает в зал, где сидят его родители, мои и остальная «элита» Москвы и области.
Все поддакивают мне в знак уважения, а я встаю за столик рядом с отцом и матерью, чтобы сделать совместную фотографию.
Ненавижу светские вечера. Все эти богатые ублюдки притворяются, что любят друг друга, но стоит им выйти за пределы банкетного зала, они начинают лицемерить и обсуждать каждого присутствующего, улыбаясь при встрече ему в лицо. Как же они все будут ничтожны без денег.
Я стоял около дальнего столика и попивал, поданный раннее официантом бокал дорогущего вина.
Все время уткнувшись в телефон, переписывался с Настей, котороя просила фотоотчёт каждые две секунды.
Настя:
«Ну тебе сложно что-ли? Отправь хотя бы саму комнату, мне скучно»
Я:
«Не хочу. Буду держать время, чтобы ты умерла от любопытства»
Настя:
«Какой ты противный»
Я:
«Ты тоже»
Ко мне подходит отец и начинает делать замечание сквозь зубы:
- Что ты тут стоишь, как бедный родственник? Иди познакомься с кем нибудь.
- Я занят.
- Чем ты занят? - он перевёл взгляд на стеклянный бокал. - Питьём вина?
- В какой-то степени, да. - отвечаю, и допиваю последнии остатки кроваво-красного напитка.
Отец тут же это заметил и начал таскать меня в центр зала около родственного «скопления».
За ним фальшиво улыбались не только мои родители, но и не менее обеспеченная семья.
Я поздоровался с Михаилом Потаниным - главой этой «стаи» и его женой. С ними была дочь - чуть меньше меня по возрасту. Белокурое лицо с серо-голубыми глазами; шикарная, ещё девичья фигурка; волосы отдавали блеском медового блонда. На ней висело длинное ультрамариновое платье в пол, покрытое серебряными блестками, сверкающими при каждом её движении. Рукава пышные, похожие на бант, висели на плечах, открывая ключицы с загорелой кожей. На талии красовался вшитый ремень, состоящий из двух рядов
небольших золотых квадратов.
- Максим. - твердо говорит отец сквозь зубы и кивает на мирно стоящую блондинку.
Я поворачиваюсь к ней и беру тыльную сторону её ладони, целуя. Как мерзко.
Отец белокурой сразу заметив этот жест уже представлял нас перед алтарем, честное слово. В его глазах так и сверкали искорки.
- Дорогая Лиана, это Максим - сын Ткалевских. - представляет меня Михаил.
- Я не глотал язык. - отвечаю я, а мать пинает меня тонким нежно-розовым каблуком.
- С вашего позволения. - отзывается отец и не дождавшись отходит от нас в «туалет».
Через секунды мой карман классических штанов вибрирует от сообщения.
Папа:
«Не тупи. Пригласи Лиану на танец.»
Я:
«Не туплю. Нафиг мне эта Лиана сдалась? Не буду я ее на танец приглашать!»
Папа:
«Максим Сергеевич, может вы соизволите убрать из своей речи подобный лексикон? Не выражайся.»
Я:
«Я сказал, пап, приглашать её я не собираюсь.»
Папа:
«Хорошо. Я куплю тебе Bugatti Chiron.»
Я:
«Так бы сразу. Но танцевать я с ней не буду.»
Папа:
«Тогда и не видать тебе новенький Buggati.»
Я:
«А потом тебе станет меня жалко и ты пойдёшь в салон покупать его»
Папа:
«В чем-то ты прав. Приглашай давай!»
Алина спускается вниз и как только замечает меня, делает вид, как будто Максима и вовсе не существует.
Настя давно ушла, закончив уборку, а Алина, сев на диван, начинала вбивать в поисковую строку ivi фильм.
- Ты так и будешь обижено устраивать мне забастовку?
- Зачем ты так? - спрашивает она, повернувшись ко мне. - Он же не виноват, что сирота.
Я закатываю глаза. Вновь беловолосый Прохоров. Как же она его любит.
- Что он тебе сделал? Или ты настолько обижен на свою жизнь, что отрываешься на невинных людях? Он младше тебя на пять лет! Мог бы поступить разумно, а не вести себя как малолетний ребёнок.
- Он мне ничего не делал. Просто раздражает.
- Ты больной. - она продолжает смотреть фильм про инопланетян.
Её волосы доставали до плеч, а моя чёрная футболка очень шла. Она такая красивая в ней.
Пышные ресницы, пухлые щёчки и маленький вздернутый нос.
Вот идеал всех женщин - добродушная, спокойная, но язвящая особа, которая способна отстоять свои права в любой ситуации.
- Sei bellisima.*
- Grazie, amore mio.* - улыбается девушка.
Sei bellisima* - Ты так красива.
Grazie, amore mio* - Спасибо, любовь моя.