Ты псих, Ким ТэХён

Хрустальные капли с неприкрываемым соблазном скатывались по четким линиям пресса, мышц на руках и по взбухшим венам шеи, нерадиво капая на линолеум с шелковых ещё пока рыжих волос парня. Наблюдая за съезжающей водичкой вниз по торсу к единственному предмету в виде полотенца обмотанное на бедрах парня со смуглой кожи, Мин сглатывает и неосознанно ощущает бутон искушения, раскрывающий свои лепестки глубоко внутри под рёбрами. Его ярко-хамелеоновые на данный момент глаза будто смеются на резко поменявшееся состояние девушки, твердя о том, что Кенри пылает желанием прикоснутся к нему. Несомненно, она хочет его, в этом Тэхен уж точно уверен.

Воздушные ресницы сменяют свой темп на быстрый, невинно хлопая и пытаясь попятиться назад, Мин вдруг задерживает дыхание, ясно не осознавая свои движения.

Рыжеволосый ухмыляется, встав впритык к любимице. Благо, Кико вовремя покинула комнату, ибо им обоим бы было стыдно за такую вот бессовестную картину.

Её сенсорика будто на сто процентов заработала, чувствуя внешние раздражители. Она застыла на месте, словно ее заморозил с ног до головы бездомный буквально пожирающий взгляд напротив.

— Ты так прикольно реагируешь на меня. Очень интересно, — улыбается маньяк, схватив в руки второе полотенце и попутно вытирая мокрые волосы, и встряхнувшись головой, устремляет своё внимание к особе. Он замечает, как ее ключицы напряжены, скулы яро выражены, руки сжаты в кулак — она вся под накалом боязни и одновременно предвкушения чего-то знакомого ему и он догадывается в этом. В этот момент они оба чувствуют одно, думает об одном и больше нет никаких преград для исполнения этого свербежа в желаниях.
— Я думала, ты уже подстригся...
— Специально для тебя, я этого пока не сделаю. Потому что знаю, что ты сохнешь по моему образу и конечно же по мне. Думаю, ты меня видишь в таком образе последний раз, так что даю волю насмотреться. — Резко перебивает ее не сдерживающий себя Тэхен, почесав макушку и убирая чёлку назад.
— Эмм, ладно, может ты сначала оденешься. — Запинаясь на ровном месте, вдруг делится своими навязчивыми мыслями, дабы тот больше не светился своей и так манящей фигурой.
— А что, глаза разбегаются? — Скорее как ехидное подтверждение самой Кенри озвучивает Тэ и не перестаёт лыбиться. Не смотря на то, что он за душонку утолил свои взбудораженные органы под освежающем душем, его снова начал тревожить выпуклый от едкого давления вожделения орган, который заметно выпирал сквозь тугую ткань полотенца. Его рука лихорадочно стискивает пах для того, чтобы остепенится и придти в себя. Все-таки воздержание — трудное дело, особенно когда приходится находиться рядом со своим нектаром жизни и услады. Очень грузно...жутко...невыносимо. Он давно так запредельно не возбуждался. Она несказанно на него действует. Ее сосуществования рядом с ним настаивает прочувствовать всю красоту этой жизни, не взирая на прошлые боли.

Кёнри от поглощающего стыда опускает голову, не зная куда деть свежие румянцы на щеках и горящие глаза, явственно осознавая свои двусмысленные думы, о невразумительном потайном хотении напротив стоящего парня, целиком и полностью.

— Кажется я поймал тебя в пух и прах. — Торжественно восклицает рыжеволосый и по ребячески жмурится, улыбнувшись квадратной улыбкой, на что у Мин чуть челюсть не свело, от понимания того, что наконец она прозрела, будто между ней и им прочеркнулась очень скоростная связь, которую не так легко словить и освоить, словно блеск молнии, незаметно промелькнувший, это то, чего ей не удавалось осмыслить, то, чем она ночами и днями напролёт не могла познать: почему, что с ней происходит, почему она так ведётся поводкам маньяка? И вообще почему именно он? Самый страшный непредсказуемый алчный маньяк в истории. Она добралась до пика, до того самого серрака её постижения слово — любить, она давным давно принадлежала ему с макушки до пяток, он с корнями запал в ее душу.

— Правильно подметил, но ты этим самым помог мне достичь кое-что важное. Пусть ты и маньяк, бездушный убийца, безжалостный садист, почти всегда груб, самовлюблённый и немилостивый, я прекрасно знаю, что ты на самом деле не такой и тебя не так просто сломать, хоть и эти черты въелись в твою натуру уже довольно долгое время. Я все равно вижу обратное в тебе. Ты — не тот, за кого тебя все принимают. Просто в твоём прошлом тебе пришлось не сладко и я помогу тебе стереть из памяти все, что произошло давным-давно. И знай одно — я никогда не отвернусь от тебя, чтобы ни случилось. Я с тобой. — Все что накопилось на душе за эти месяца, Мин не жалея своего сбившегося дыхания выложила на одном дыхании и немного замешкавшись, в конце вытрепала все, неловко расстегивая свою блузку, — и сейчас я хочу отдаться тебе дочиста и быть твоей навсегда...

Сквозь помутнённой вуали легкого ошеломления, Тэхен на миг замер, не только телом но и сердцем, впервые за эти восемь лет чувствуя это веющее обнадеживающее тепло, то, чего ему так сильно за это жуткое время не хватало, он наконец обрёл. Перед ним прямо сейчас стоит этот источник света и тепла, ему стоит только шагнуть и схватить так крепко, дабы потом никогда не отпускать.
В этих ощущениях совершенно нет и запаха похоти и грязной игры, как это бывало до нее с другими, это нечто иное.

Стиснув зубы и руки, он помотал головой, будто борясь со своим вторым эго, и взглянул на полуголое тело девушки. Недавно укрытое ненужным хламом в виде одежды блестящее тело, теперь абсолютно обнажено перед ним, лишь нижнее белье мешало придать этому образу больше огня. Непорочность и чистота в этих выразительных глазах, мимике, жестах сжимающих свои плечи рук — буквально заволакивало его в пудру неотразимого желания и умиления.

— Ох, какая же ты сейчас чувственная. Прям глаза мозолит и сердце колит. — Иронично ухмыляется маньяк, самонадеянно поглаживая себя за подбородок и наклоняясь чуть вперёд, и не отрывая укоризненный взор от неё, продолжает с неугасаемым энтузиазмом, — Раз ты в последнее время такая настырная и причём уже узнала, куда целится, то тогда я покажу тебе всю свою страсть.

Он понимает, что теперь она в любой момент может нажать на его уязвимое место своей сущности и он без шансов попадётся в её сети. А сейчас стоит воспользоваться моментом, завлечь её в свои прутья жестокой страсти и влечения. Он просто должен показать себя во всей красе, вопреки того факта, что она ближе всех к нему.

Девушка вздрогнула и хотела попятиться назад, однако резкая хватка в горло вывело ее бесстрашие наизнанку, словно прочная почва под ногами исчезла и она висит на волоске, один спуск и все, она провалится в пропасть.

— Давай проверим, насколько ты выдержишь, насколько ты меня любишь, — самодовольно язвит преступник и так же продолжает душить тонкое горло, вытянув руку и припечатав слабую тушку к стене, оставляя внушительные отпечатки красных пятен на белоснежной коже. Боевой настрой внутри неё пошатнулся. Эх, как же легко стереть в порошок храбрость девушки. При всём этом Мин держит себя в руках. Однако, резко всплывает до боли знакомая картина в голове психиатра, пугающее изображение того злосчастного кошмара, вызванного по вине наркоты от подсунувшего психа.
— Нет...только не этот сон... — еле сдерживая слезы, прошептала Мин, рьяно пытаясь удержать ускользающий кислород, хватаясь пальцами за оголенные руки парня. Каждое неразрешенное прикосновение, каждый горячий вздох, каждый мнимый взгляд, каждые тугие тиски, каждый громкий стон — эти воспоминания о кошмаре будто явью давили на рассудок, ещё чуть-чуть и она потеряет контроль над собой, допустит себе истерить, биться, сопротивляться, кричать, рыдать и содрогаться в судорогах.
— Не бойся, я покажу тебе настоящий кошмар. Только вот в реале это будет намного слаще и чувствительнее. — Едко цедит Ким и нагибается близко к её ключицам, дальше без крапинки совести прилипает к ее телу уже будучи абсолютно голым.
Мин вздрагивает, ощутив что-то твёрдое и овальное на уровне нижнего живота. Чужие губы приступают желанно затягиваться слащавым запахом персика умопомрачительной кожи, дотрагиваясь до каждого женского изгиба; ключиц, плеча, выпуклых бугорков, живота и ниже, мягенько добираясь свободной рукой до разгоряченной точки возбужденного естества, отчего девушка со всей дурью вцепляется ногтями за руку Тэхена и застывает, ожидая его дальнейшие с ума сводящие движения.

Ей бы сейчас застонать во весь голос, не смотря на беспощадные пытки Тэхена, но воздуха категорически не хватало. Она разрывалась на части, обиваясь в середине между двух огней — поддаться без остатка к жажде слиянию вместе с маньяком либо подыхать в удушье в его крепких объятиях.

Тэхен готов отдать все, дабы бесконечно утопать в бездне бурной одержимости от белоснежной кожи, нежного тела, райского запаха, утонченных извилин Кёнри. Если бы он мог остановить это долбанное время и использовать во благо своих нужд...

Его длинные пальцы умело доставляли девушке неземное блаженство, играясь с клитором сквозь уже промокшую ткань нижнего белья.

— Я все...выдержу...ах, — уже больше не в силах притуплять свой организм, Мин выпустила из себя вырывающийся наружу стон, и затем, тут же почувствовала свободу и жгучую боль в шее. Он однозначно отпустил её, только не полностью, так как сразу же уложил обмякшую тушку психиатра на кровать.

Кёнри чувствовала приятные но одновременно колкие поцелуи в зоне шеи, опускаясь к припухшим бугоркам грудей. Позже она зашипела от непристойного нажима левой груди через бюст мужской руки. Но тут же расслабилась, отчётливо ощущая горячий язык на ложбинке и холодные пальцы на лямках,скользящие вниз и стягивающие лишнюю вещицу.

— Ты просто прекрасна, слишком приторна для меня, — горячо вздыхает ртом маньяк, заставляя Мин этим глухо промычать и первой впиться в губы парня, за милую душу зарывшись пальцами в копну влажных волос. Наконец-то она сполна может упиваться, прикасаться к нему, повторяя про себя заветное слово: "он мой, только мой."

Капли после холодного душа соприкасались с каплями пота от жаркого взаимодействия двух тел, порождая прельщающий своеобразный контраст. Отчего обоим до мурашек приятно.

Сжимая и разжимая излюбленные груди, Тэхен умудряется припасть к соскам и постепенно всасывать зубами, исподлобья наблюдая за искаженным лицом от переполняющего наслаждения Кёнри. Она стонет без какого-либо стыда и скромности, закинув в дальний карман все знаки приличия и даже удосуживается забыть о тетушке Кико. По этой причине Тэхена это слишком забавляет, так как он не думал, что застанет её в таком вот обличии искусной соблазнительницы. Хоть она нелепа и неопытна, но её стоны превышают все границы новичка.

— Мммдааа, красотка, покажи мне весь смак этой эйфории, — как оголодавший волк, рычит маньяк и не воздержавшись, пылко и грубо вторгается в её влагалище. На что девушка будучи не ожидавшая такого исхода, визгливо закричала, больно взявшись за волосы парня и притягивая его на максимум короткое расстояние меж их телами.
Цепко удерживая девушку на себе за талию в сидячем положении, Тэхен все длиннее растягивает свои ноги, позволяя доминировать Кёнри. От щипающей непривычности ниже живота и внутри разрывающий её плоть пополам твёрдый и одновременно скользкий орган неприятно щекотал её клитор, двигаясь в размеренном темпе. Он дал ей волю, самой расположиться темпом и толчками, мягко и аккуратно лавируя снизу. Охватив одной ладонью за грудь Мин, а другой за сочное бедро, Тэхен прибавляет больше ритма, качаясь быстрее и мощнее. Уже зная, что девушка привыкла и теперь тащится от каждого глубокого толчка, прикрыв глаза и извиваясь навстречу.

— Боже...Я больше не могууу, — охает брюнетка, прежде чем была повалена преступником на скомканную пастель, и рьяно пытается поцеловать его, однако он перехватывает её руки и заводит над головой, пристроившись сверху.
— Помнишь, ты же так хотела такую же как у меня "татуировку"? Это желание ещё в силе? — пронзительно вталкивает свою речь рыжеволосый, сверкая хитрыми глазами, попутно вдалбливая ослабленную тушку к кровати и получая неимоверное удовольствие.
И после дотрагивается до покалеченного запястья, еле осязаемо преподнося к губам и приступая слизывать раны, затем выдвигаясь вниз, сначала к молочной шее и медленно к левой груди, с необъятным восторгом исследует пальцами рук и губами прелесть девушки.

Мин снова стонет, и на сей раз протяжно и сладко, растягиваясь и волочась ближе к соблазнительному телу парня.

— Да.
— Вот и славно, значит начнём! Прямо сейчас я покажу тебе своё искусство...