Глава Одиннадцатая
Эта ночь обещала быть чересчур откровенной и горячей. Пожалуй, именно этого я и боялась. Я закусила подушечку пальцев между зубов, пытаясь быстро найти решение — что же мне делать? Но мозг отказывался помогать мне в этом экстренном случае, а лишь тихо ушёл в загул. Я прекрасно понимала, что сама виновата во многих моих бедах. Когда Артём поставил меня на землю, он посмотрел в мои глаза. И увидел расширенные зрачки, что увеличились от понимая безысходности и испуга. Мужчина усмехнулся, замечая меня в столь рассеянном состоянии и запер входную дверь на ключ.
— Ты боишься? — Мне кажется или он просто издевается надо мной. Всё равно уже все увидел в моих глазах, так смысл переспрашивать? Пиндюра хотел от меня ответа, ведь он служил бы для меня признаком того, что я проиграла. Только не в этой жизни и не я.
— Разумеется нет, — мне удалось взять себя в руки и перекрыть страх маской уверенности и наглости. Я примерно знала, что ожидает меня этой ночью и надеялась на лучший расклад, но я ведь неудачник по жизни и, как обычно, удача повернулась ко мне пятой точкой. Мне не привыкать. — Чего мне боятся?
— Например того, что я могу с тобой сделать, — он низким и слегка пугающим тоном прошептал эту фразу, не решаясь разорвать зрительный контакт. Он, словно охотник, наблюдал за пойманной добычей и наблюдал за реакцией жертвы.
Я тяжело вздохнула и не заметила, как стала делать небрежные и трусливые шаги назад, и только спустя время до меня дошло, что меня заманивают в капкан.
— Ну же, милая, куда делась твоя храбрость? — Я бы хотела сказать, что она уехала вместе с Антоном в полицейском бобике, но решила промолчать.
— Откуда ты всё узнал? — Робко интересуюсь я, всё выше и медленнее поднимаясь по ступенькам вперёд спиной.
— Знаешь, Адель, — брюнет сел на диван, а руки бизнесмена потянулись к выпивке. В полупустом графине с виски неизвестного мне года, уже начинало бледнеть дно. — Ты искусная актриса, но недостаточно для того, чтобы я поверил тебе, — Тёма кинул на меня насмешку, а после заполнил стакан золотистой жидкостью. — Я заподозрил ещё в тот момент, когда ты стала прятать телефон, при виде меня, — я неловко закусила губу и потупила взгляд в пол. Как я могла быть такой неосторожной? А ведь мне казалось, что он ничего не подозревал. Обманчивое мнение. — А когда ты вошла в мой кабинет, залезла мне на колени и страстно поцеловала, всё встало на свои места, — мне казалось, что я таким образом отвожу от себя подозрения, а оказалось, сдаю себя с потрохами. — Моим людям не составило труда влезть в твой телефон и возобновить удалённые сообщения. Тогда в моей голове и возник этот план. Я не знал, что настолько тебе омерзителен, что ты решила вот таким образом бросить меня.
— А как ты сам считаешь? — В этот момент я дала волю своим эмоциями, решая сейчас разложить всё по полочкам, чтобы не было никакого недопонимания. — Ты ворвался в мою жизнь так неожиданно и сразу заявил свои права на меня. Ты не спрашивал у меня, хочу ли я идти за тебя замуж, а лишь поставил перед фактом. Заставил бросить любимого человека, угрожая его жизни, запер меня в доме и приставил ко мне своих псов! Как я должна была действовать? Просто смириться и выполнять роль покорной жены?! — Мой гормональный всплеск взял надо мной верх и я просто высказала всё, что накопилось в раненой душе за всё это время. Это была прекрасная возможность высказаться. Пиндюра терпеливо выслушал меня и хотел остановить мою пламенную речь, только свои порывы заглушал очередным глотком спиртного. — Если бы ты на самом деле любил меня, как говоришь об этом, то отпустил с любимым мне человеком! — Он встал и плавными движениями подходил ко мне, ожидая того момента, когда я замолкну. — А так ты просто монстр.
Мужчина был настолько близок ко мне, что я чувствовала запах виски, что ядовито ударил в нос. Бизнесмен был в бешенстве и вместо всяких слов, лишь ударил в стену, в паре сантиметров от моего лица. Закрыв глаза, я ждала свой приговор и, встретившись со злым взглядом, поняла, что наговорила лишнего.
— Монстр? — переспросил он, и слегка улыбнулся. — Мне кажется, что ты не до конца понимаешь смысл этот слова, давай я тебе объясню? — Артём поставил стакан на миниатюрную тумбочку и повернулся ко мне. — Монстр — это тот, кто не считает свою жену за человека; тот, который избивает её до полусмерти и заставляет делать самые омерзительные вещи; пускает по кругу и заставляет возненавидеть каждый прожитый день. Я что-то не припомню, чтобы делал хоть какой-то из вышеперечисленных пунктов. Я даже согласился подождать с интимом, ведь уважал твоё мнение, но вижу, что всё зря. Сейчас я наглядно продемонстрирую тебе, что значит быть монстром, — супруг схватил меня за запястья и вволок в спальню.
— И что дальше? — эта была его спальня, по комнате лежали его вещи, а в воздухе я ощутила знакомый аромат туалетной воды. — Изнасилуешь меня? — Он улыбнулся и расстегнул на белоснежной рубашке две верхние пуговицы.
— Зачем же так грубо? — он скорчил и покачал лицом, говоря о том, что ему не нравится эта формулировка. — Это называется «исполнить супружеский долг», а с учётом того, что ты издевалась надо мной в течении месяца, то ты мне задолжала. — Мужчина резко развернул меня к себе спиной, а пальцы потянулись к замку на платье, плавно, будто издеваясь, опуская вниз.
— Это и есть твой подарок? — Я искала различные варианты, чтобы остановить это безобразие и будто высшие силы услышали мой крик души, идя на помощь. — В таком случае ты абсолютно прав, — Артём непонимающе посмотрел на меня, — я запомню этот подарочек на всю оставшуюся жизнь. — Губы мужа стали влажно и одновременно горячо целовать мою шею, переходя к плечам. Он отвлёкся, а после достал из прикроватной тумбочки две путёвки, просовывая мне.
— Твой отец сказал, что ты мечтала побывать во Франции, — объяснил он, а я стала изучать полученные документы. — Вылет через два дня.
Мне сложно было поверить в то, что только что он исполнил мою мечту. Париж — это мечта многих девушек и я специально откладывала эту поездку, чтобы после побывать в столь романтическом городе вместе с возлюбленным. Теперь у меня были двоякие чувства, ведь с одной стороны я должна ненавидеть его, а с другой подарил то, о чём я так давно мечтала.
Не успев опомниться, Артём вырвал у меня документы из рук и без предупреждения целует. Горячо. Страстно. Вожделенно. Как собственник. Я пыталась сопротивляться ему из последних сил, а он заставляет меня сесть на подоконник и скрепляет наши пальцы в замок, крепко прижимая к холодному окну. Кареглазый проводит рукой от шее, спускаясь к рукам, задевая элемент одежды. Платье опускается все ниже, открывая вид на красивую грудь, что прикрыта красивым кружевом лифа.
— Остановись, — томно шепчу я, когда он оставляет мои губы в покое, начиная покрывать поцелуями другие участки тела.
— Не сегодня, — также быстро отвечает он, полностью избавляя меня от платья. Мне было стыдно от той мысли, что все его действия мне нравятся! Душа вопит от безысходности, а тело предательски откликается на все его махинации.
Подхватив меня за талию, он бережно укладывает на шелковистые простыни, избавляя себя от брюк с рубашкой. Артём навис сверху, жадно целуя и терзая губы, придавая им другой, кровавый оттенок.
Мужчина ловко расправился с нижним бельём, любуясь естественной красотой своей любимой жены.
— Я очень рад, что я первый и единственный, кто прикасается к тебе, — прошептал на ухо, не забыв укусить за мочку уха. — И так будет всегда. Он не дает мне шанса, чтобы ответить, как неожиданно входит, не оставляя времени на то, чтобы дать заднюю. Артём прижал мои руки к простыни, продолжая удовлетворять свои потребности при помощи моего тела. Ненавижу такие ситуации, в которых я ничего не могу сделать, а остаётся лишь одно — подчиниться. Как только мои запястья были на свободе, я, подобна дикой кошке, вцепляюсь ногтями ему в спину, оставляя царапины. Тёма рычит и еле сдерживает себя, дабы не сорваться на мне, а продолжает двигаться. Мне хотелось поскорее закончить этот ужасный для меня процесс и забыть об этом дне. — Поздравляю с первой настоящей брачной ночью, — уточняет он, давя на больное. Ощутив внутри себя тёплую жидкость, я чувствовала себя «помеченной» им девушкой и от этого становилось мерзко. Отвернувшись от него к стене, я прижала одеяло к подбородку, терпя сносную боль внизу живота…