02. Сестра, новая встреча.
Хорошо, что приехала Ира. Теперь не будет так скучно. Первые 2 часа с ее приезда мы ничего не делали, только болтали. Брат мешал нам, и мы с ним спорили, и выгоняли его в другую комнату или на кухню.
- Ты знаешь, я все же нашла тут друзей и тут веселее, чем на даче.
- Это хорошо, мне, кстати, тут тоже нравится. Так что пойдем сегодня гулять?
- Да, конечно, я тебя познакомлю с некоторыми ребятами, а вообще сегодня можно позвать Марковку и Семяшу, погуляем с ними.
- Да можно, наверное.
Но ответила она как-то неуверенно, может, не хотела с ними идти? Да нет, мне, наверное, показалось. Но это неважно. Ира мне столько историй еще рассказала, и как она познакомилась с парнем на улице, да не с одним. Я вот не понимаю, как она решается на такие знакомства? Вот представь: ты стоишь на улице, а к тебе подходит девушка и просто предлагает познакомиться. Вот мне это вообще даже сложно представить. А если у тебя уже есть девушка? А если прямо сейчас ты стоишь и ждешь кого-то? А может, ты как раз ждешь свою девушку? Как же это странно. И сложно подойти на улице к человеку, к не знакомому, чтобы сделать его знакомым. Одно дело, если ты знакомишься с новым коллективом. Если ты будешь часто видеть этих людей, хочешь или нет, а тебе придется их узнать хоть чуть-чуть. Хотя бы знать, как их зовут. Вот у меня знакомые через друзей. Пока меня с человеком кто-нибудь не познакомит, я не буду просто так знакомиться сама. А вот у Иры есть знакомые «просто так», у нее с ними нет общих друзей, а они знакомы. И все же безбашенная Ира. Ей всегда хочется новых ощущений.
Еще часок мы сидели в телефонах, она с кем-то переписывалась и улыбалась. А я сидела и искала картинки, которые можно было бы нарисовать.
- Эй, Гадкая, я гулять пошел, иди дверь закрой.
В комнату заглянул брат, вот засранец мелкий, я бы ему обломала его прогулку, но Ира будет его защищать, так что я встала с дивана.
- Иди, но у тебя мало времени, а то мы скоро уходим, тебе надо быть дома.
- Да я во дворе буду, - обуваясь, сказал брат.
- Мы тебя позовем, как уходить будем, - в дверях стояла Ира.
- Ладно, - протяжно сказал Мелкий и ушел.
- Так, у нас, значит, до девяти вечера есть время. Тогда пойдем гулять с пацанами. Ох, надо собраться.
И Ира ушла в ванную.
Уже скоро; этим вечером мы шли между частных домов. Ира все время игралась с Марковкой. А Семяша шел и шутил над ними. Семяша – наш большой брат, чем-то он был недоволен, его брови часто хмурились, или вновь мне казалось? А что я? Я снова стесняюсь, хоть я Марковку знаю давно. Стесняюсь чего? Его? Себя? Что-то сделать? Сделать что? Невольно понимаю, что чувствую к нему что-то. Что чувствую? Симпатию. Поэтому могу стесняться. То ли дело Ира: ей нравится кто-то, так она больше общается с человеком. А я боюсь, надо пересилить себя, ведь сейчас сложно, ведь никто не признается в чувствах, если не ты первый. И сколько можно об этом думать? Надо тоже как-то действовать. Может на него смотреть больше? Может, поймет? Или хотя бы подумает. Как говорят, по глазам видно все. А что видно, если не знаешь, что там разглядывать? Эмоции? Ну, да, а как по-другому?
Уже холодало, розово-нежный закат опускался за гаражи, а мы шли назад в наш двор. Мне в целом понравилось, как мы погуляли, уже прошло 3 часа, вроде так быстро, а вроде так медленно. И вот мы уже около библиотеки. Тут Брат Наш Старший сказал: «Давайте присядем на лавку, устал я что-то»
И все мы уселись. Все, кроме Иры. Она снова начала беситься, доставала Марковку, отбирала у него телефон. Неугомонная сестра, о чем ты думаешь? С одной стороны забавно наблюдать за этим, но сердечко ёкнуло, хотелось тоже такой быть: легкой, смелой. Она даже не боится, что надоест человеку. А я боюсь, что мое поведение будет неуместно, в то время, как Ирка делает всех веселыми, хотя я вижу, Брат Наш Старший утомлен этим. Он уже начал ее просить просто посидеть. Дождался, она все же успокоилась. И совсем скоро мы разошлись по домам. Конечно, нас проводили, мы распрощались и ушли.
-Эй, Мелкий, что делаешь? – обратилась Ира к брату.
- Да ничего, сижу, - не отрываясь от телефона, произнес он.
Мама уже была дома, она, как только мы зашли, предложила кушать. А кушать хотелось. Мы помыли руки в ванной, и пошли на кухню к столу. В тарелке лежали вкуснейшие манты. Если вы не знаете, что это такое, то я вам скажу: тесто, в котором лежит мясо с тыквой. Да, да, это одно из моих любимых блюд. Запах залетал в ноздри и парил по дому, что даже брат пришел и начал просить еще порцию.
После еды мы улеглись на диван, вырубили свет и начали обсуждать все, что произошло за день. Время 10 вечера. Уже день закончился, но спать еще рано. Ира слушала мои мысли, и то, как мне нравится, возможно, Марковка. Ведь он такой… эти голубые глаза, они же, как океан, такие мятно-ледяные, да. А улыбка? Она тоже прекрасна. Ира тот человек, она могла понять, что это значит, и почему такие мелочи в человеке я замечаю. Она тем временем тоже рассказывала про глаза, которые ей нравились, как помню, эти глаза сероватые, нет, слегка с зеленцой. Как сложно она мне пыталась это объяснить. Но те глаза, я их представила, они такие небольшие, чуть прищурены будто. И совсем не такие, как у Марковки. Те глаза были чуть далеко посажены, а глаза Марковки, они больше и с длинными ресницами. А какие губы? Губы красивые, чуть пухлые. Нижняя губа чуть больше верхней. Как это просто описать? Не просто. А Ира говорит, что и губы, которые ей нравятся такие… Другие, совсем не похожи на Марковкины. Они меньше, тоньше, но с такой формой. Вот как это сказать? Никак. И почему мы их сравниваем? Я не понимаю. А все же, если подумать, какие у всех разные вкусы. Все разные, а может быть и один человек нравится нескольким сразу, так все же видят разное в этом человеке, кому-то больше нравятся его губы, кому-то глаза или вообще нос. Какие же все разные…