16. Ящик Пандоры
Вся эта сцена ощущается Стеллой таким образом, словно бы та являлась какой-нибудь шлюховидной стервой без мозгов из второсортного сериала от Нетфликса.
Ведь у таких персонажей никогда нет мотивов, кроме как потрахаться с красавчиком, оставить на нëм свой аромат и рассказать об этом всей школе на следующий день. Однако, для Стеллы это даже близко не подходит.
Несмотря на то, как хорошо она сыграет свою роль, в еë глазах всë ещё будет читаться ненависть к себе. «Это всё, блять, неправильно!» — подумает она лишний раз, кусая Дань Хена за мочку уха.
Парень, что уже почти не сопротивляется, лишь наблюдает за происходящим, в мыслях подмечая тысячи противоречий в девушке. Прокручивает свой сон в голове, цепляется за слова «Не позволяй никому приблежаться к ней» и «она не любит никого…». К счастью, или к сожалению Дан Хен был из тех, кто забывал сны ровно наполовину и потому, важная информация могла вполне от него ускользнуть…
С другой стороны он ощущает, что не способен сконцентрироваться на чëм-то другом, кроме бушующего зверя внутри себя, и здесь речь даже о «тëмной стороне Дань Хена».
Словно делающий новые открытия исследователь, парень узнаëт о своëм теле много нового. Раньше он и подумать не мог, что соски и мочка ушей будут для него слабым местом.
Эмоционально он пытается этого не выдавать, но Стелла отчëтливо видит как руки Дань Хена сжимаются в кулак; слышит как тот едва постанывает от таких прикосновений.
Девушка наигранно ухмыляется, но чëрт подери, даже так она превосходно выглядит. Заглядывает в его глаза, видит своë отражение в них, — Расслабься. — Шепчет и зацеловывает шею парня.
Тот настороженно смотрит, пытается подавить восставшую страсть, — Зачем ты… Кх… Это делаешь?
И Стелла понимает, что прикоснулась к истинному, благородному сокровищу, чьи щëки предательски красны. Но сейчас ей никак нельзя отступать, иначе наказание за невыполнение задания, не заставит себя ждать. В мыслях утешает себя тем, что это всë ради благих целей в понятии еë расстроенной психики.
«Я всего лишь хочу отомстить одному придурку. Так что помолчи и дай мне воспользоваться тобой.» — Именно так она бы ответила, но сейчас вынуждена невинно улыбнуться, скрывая где-то в глубине своей почерневшей души, идеальную до тошноты, грусть.
— Разве ты этого не хочешь? — Спрашивает так, словно действительно в этом заинтересована.
«Разве можно не возжелать такую прекрасную девушку?» — Думает парень, не своими мыслями, а скорее законами жанра, что прописаны в этой хентайной версии игры. Ведь эти законы действительно сильно могут повлиять на любого персонажа, меняя его отношение и восприятие к главной героине, которой сейчас является Стелла. Но даже так, он умудряется противостоять этим поистине странным законам.
— Я… не могу. — Отвечает голубоглазый, отводя взгляд в сторону, словно бы пересилив себя. Словно потом будет жалеть о своëм ответе.
И в этот же момент построенный из хрупких камней и столь очевидной лжи мир разрушается внутри Стеллы. Она застывает на месте, оставшись ровно на половину между его ключицами и границ дозволенного.
Всë, что так сильно тревожило девушку всплыло наружу. Девушка тяжело вздыхает и не без иронии во взгляде говорит, срывая с себя все фальшивые маски, — Это твоë окончательное решение?
В еë глазах леденящий душу холод. Она едва отстраняется, чтобы схватить Дань Хена за подбородок, тем самым заставляя его взглянуть на себя. Для того, чтобы найти лазейку в его взгляде, прочитать истинные его желания.
И в этот момент парень понимает, что действительно жалеет о своих словах.
Но что же он должен сказать теперь?
И почему он вообще сидит здесь?
Словно ограничивающие его убеждения цепи, с треском разбились лишь сейчас.
Он резко хватает девушку за руку, не позволяя ей больше держаться за его лицо, — Не при таких обстоятельствах.
Испугавшись его наступающей злости лишь на секунду, девушка теперь заинтересованно смотрит на него. От чего-то ей кажется, что именно сейчас, она открыла ящик пандоры…
Его взгляд чистых голубых глаз теперь похож на небо, что предвещает грозу. На его лице мелькает тень улыбки. И с особым шармом в голосе он проговоривает, — …Попалась.
«Я обещаю, ты будешь страдать…» — Где-то в отголосках его памяти проносятся слова Вельта, но он лишь дважды усмехается. — «Страдать? Мир, в котором ты заточил меня, стал раем на Земле.»
В тот же момент пульсирующая в висках боль, дала о себе знать, напоминая о событиях давно минувших дней. Мысленно Дань Хен вздыхает, — «Я знаю… Я больше не допущу этой ошибки, я не раню близких тебе людей, Вельт.»
Теперь он смотрит на Стеллу, игриво улыбнувшись, — Ты ведь хочешь просто развлечься со мной, верно? — Но девушка даже не успевает опомниться, как Дань Хен тут же притягивает еë к себе ближе, — Тогда позволь мне вести этот бал.
Картина благородности и наивности тут же рухнула в глазах Стеллы, словно бы сейчас на неë смотрел другой человек.
«Блять, система, это ты читы подрубил?» — В мыслях проговаривает девушка.
Система:
[Ответ отрицательный. Система так же как и вы находит это странным.]
[С другой стороны. Победа в ваших руках, так должно ли быть место для сомнений, моя госпожа?..]
Когда мысли проносятся с особой скоростью в голове Стеллы, когда казалось бы: «Что тут странного? Это же всего лишь хентайная версия игры.»
Дань Хен успевает удобнее усесться на диване, схватив девушку за бëдра и придвинуть прямо к области своего паха. В этот же момент, его рука с особенной лаской обвивает талию девушки, а другой он держит еë за голову, — О чëм ты сейчас думаешь? — Произносит тихим голосом он, утыкается носом в шею, зацеловывая губами.
— Ты… — Лишь произносит Стелла, успев озвучить свою мысль в голове, но не произнести.
Ведь ровно в этот момент Дан Хен по-хозяйски впился в еë алые губы. Жадно, умело — словно бы каждый день, лишь искренне желал сделать это. Их языки, встречались, соприкасались, когда вся инициатива легла на парня, а поцелуй стал ещë глубже и уверенней.
— Сладко, — По-злодейски усмехнувшись проговорил Дань Хен, чуть отстранившись, давая девушке отдышаться.
А затем быстрыми движениями уложил еë на диване, нависая сверху, — Хочешь продолжить?
Стелла задумывается на миг, «Здесь слишком явно что-то не так, откуда такой сильный ООС?» —Девушка смотрит изучающее и словно прощупывая почву, спрашивает, — Дань Хен?
— М? — Тот смотрит в ответ, выжидающе. Поглаживает пальцами талию Стеллы под одеждой, словно кошечку.
— Мы продолжим, если ты ответишь на вопрос. — Привычным голосом, проговаривает, натягивая дежурную улыбку.
Тот кивает, — Слушаю.
Стелла чуть напряжëнно смотрит в его глаза, думает о том, насколько был бы уместен этот вопрос, что держит в голове. И потому решает спросить из далека, — Когда ты научился так хорошо целоваться?
Тот явно ожидавший услышать что угодно, но не это, едва хихикает, — За кого ты меня принимаешь? — Приближается, заговорчески смотрит в еë глаза, словно знает все тайны мира, — Разве это не нормально, что я умею целоваться? — Его взгляд снова меняется, и теперь он смотрит на девушку так, словно ему только что бросили вызов, — Разве это не нормально, что каждый мужчина в этом мире тянет к тебе свои руки? Стелла, ты ведь наверняка уже знаешь ответ, — Дан Хен резко хватает еë обе руки так, что ей теперь не вырваться, — Как я теперь уверен в том, что нашëл именно тебя.
И снова круговорот мыслей крутится словно карусель на бесконечном двигателе в голове Стеллы. Девушка, что всегда понимала всë с моментальной скоростью; теперь ей казалось, что она не понимает ничего.
Система:
[Я заметил, что его данные были повреждены около трëхста раз….]
[Я попробую просканировать его. Стелла тебе нужно постараться разговорить его ещё больше.]
Но девушка даже не слушала этот механический голос внутри. Пусть она и понимала, что с этим Дань Хеном что-то не так, сама суть его слов делала этого персонажа, ломающим четвертую стену, что априори было невозможным.
Система:
[Стелла…]
Девушке казалось, что в ушах неистово звенело, что мир в одно мгновение окрасился в серые цвета. Именно так она себя ощущала, когда самая суть чего-либо ускользала от еë понятия. В своëм мире, она была самой жадной до знаний, еë можно было бы прозвать…
Система:
[Моя Госпожа!]
Еë можно было бы прозвать этакой Мерлин из аниме «7 смертных грехов», но обычно еë звали…
Система:
[Блять! Рината, очнись!]
И только услышав своë настоящее имя, шестерёнки наконец задвигались в правильном ритме.
«Поняла.» — В мыслях проговорила девушка, на еë лице сияла пугающая до жути ухмылка.
— Нашëл меня? — Спросила та, еë глаза сияли жаждой любопытства, — Но зачем ты искал меня? Вот она я. Всегда здесь.
Дань Хен хмыкнул, — Я действительно не ошибся. Все другие были такими… Неживыми. — С мало-ощутимой тоской проговорил тот.
И Стелла уловила этот взгляд, словно бы всегда ощущала такую же грусть где-то внутри себя, где-то рядом с собой. В голове тут же предстали жуткие картины, которые она увидела на осколках воспоминаний.
От прежнего злорадства на лице не осталось и следа, — Мне сложно представить, что тебе пришлось испытать… — Тяжело вздохнув отвечает она.
— Я убил Химеко. Стелла… Я убил еë. — Голос невольно дрогнул, — Я думал, что навсегда потерял тебя.
И чем больше Стелла вслушивалась тем больше понимала, что оставила в прежнем варианте мира непоправимый след. Но вместе с тем пришло и осознание: «Даже если это игра, даже если все персонажи здесь сродни НПС, у них у всех есть чувства… Душа в конце концов, они же все существуют, живут в понятие этого мира.» И почему, что-то столь условно-простое дошло до неë лишь сейчас?
— Дан Хен… Если я однажды исчезну, ты сделаешь тоже самое? — Серьёзно взглянув в его глаза, спрашивает Стелла.
Парень некоторое время колеблется, — Я лучше убью себя.
— Такой вариант меня не устроит.
— Даже если и так, — Твëрдо проговаривает тот, — Стелла, я знаю, что никогда не смогу понравиться тебе, лишь прошу, никогда не исчезай. Мне уже плевать, с кем ты хочешь быть. Хочешь просто поиграть со мной, я также буду не против. — Дан Хен тяжело дышит, последние слова ему дались по-особенному тяжело, — Но прошу, никогда не убивай себя и не подставляйся под удар с желанием умереть.
***
С того дня проходит ровно неделя. И всë это время Стелла сидела в своей комнате, не на шутку засомневавшись в своëм пребывании в этом мире. Порой, ей хотелось взаправду исчезнуть, чтобы развеять те осколки воспоминаний, что она увидела при своëм перерождении; чтобы она не слышала произнесенных слов Дан Хеном, подтверждающим эти действия; чтобы не мучиться от этих кошмаров во снах, в реальности, в этом мире.
Это чувство безысходности, когда с каждой секундой ты понимаешь, что ничего не сможешь изменить, перевернуло её сознание вверх тормашками. Всë уже не будет таким прежним как раньше, кроме конечно же этого поезда, этого вагона и ребят, что окружали еë.
Даже Дан Хен, казалось стал почти прежним. И лишь иногда смотрел на Стеллу так, словно был готов сделать ради неë всë, что угодно. Здесь конечно же, не обошлось без вмешательства Системы, что учтиво стëрла из него некоторые травмирующие данные. Но даже так, девушку не покидало чувство, что всë это, блять, неправильно.
Она ведь только что начала думать о этом мире как о настоящем, а Система с такой лëгкостью подправила память Дан Хена, со словами: «Он всего лишь персонаж, госпожа. Вам не о чем переживать.»
И вот как-то раз, прогуливаясь по коридору вагона, она не увидела своей двери, как всегда, задумчиво уйдя головой в свои мысли. Постояв немного в замешательстве, она вошла в комнату Дан Хена.
Здесь всë было по-прежнему. Всë те же книги на полках, матрас на полу, электронные архивы, и большое окно, сквозь которое сочился бесконечный космос с его не меняющимися звëздами.
Но было и то, что совсем не свойственно хозяину этой комнаты: на полу лежали листы бумаги, с начертанными на на них пунктирными линиями и языке, которого Стелла, конечно же не знала.
Девушка подходит чуть ближе, всматривается в темноту и видит, что на матрасе спит Дан Хен. А затем задумывается, — «Зачем я вообще вошла сюда?»
Ещё раз бросив короткий взгляд на листы, она аккуратно собирает их, складывая на полке, и как только последний оказывается на месте, чья-то рука нежно обнимает еë сзади.
Девушка невольно вскрикивает от испуга, тем самым вызывая смешок со стороны Дан Хена, — Почему ты пришла? — Спрашивает скорее от радости, чем от беспокойства.
Девушка опускает руки, словно только что была поймана с поличным, — Мне нужно было прочитать кое-что в архиве. — Тут же выпаливает она, первое пришедшее в голову.
— И как успехи? — Тихо шепчет, зарываясь головой в еë волосы. Касаясь губами еë шеи, — Нашла, что искала?
— Ещë нет… — Ухватываясь руками за полку, чтобы сохранить равновесие, отвечает она, когда парень пленительно, медленно запускает прохладные руки под футболку, доходя до лифчика.
— Скажи что ищешь, я помогу. — Игриво отвечает тот, вдыхая еë запах, когда его язык проходит по еë шее, а одна рука с невероятной лëгкостью расстëгивает лифчик.
— Я… наверное, в следующий раз зайду… — Не находя, что ответить, проговаривает она. Но ноги совершенно не слушаются, когда Дан Хен так бережно ласкает еë грудь. А затем его руки спускаются ниже, задëргивая еë юбку.
— Хмм… Ты правда хочешь уйти? — подавляя смешок, спрашивает, когда его пальцы смещают трусы и проникают внутрь, — Но всë твоë нутро говорит: «Дань Хен, выеби меня».
Система:
[Получено достижение: «Укрощение страптивой.»]
Девушка лишь по обычаю закатывает глаза, а на еë лице расцветает привычная усмешка, — Меня же, моими же методами?
— Тебя, моими пальцами, языком и… — На некоторое время голубоглазый замолкает, но голосом опустившимся на октаву, продолжает, — … Членом, если пожелаешь, конечно же.
Стелла, что может при желании менять свои манеры разговора, привычки, носить бесконечное количество масок, и в общем то, всегда идеально отыгрывать свою роль, сейчас так просто отдаëтся столь чувственным ласкам в руках Дан Хена, постепенно заполняя собой чувство опустошëнности в Стелле.
***
Несколько дней спустя.
«Как думаешь, я стала достаточно сильной?» — С долей наивности, спрашивает Стелла у Системы.
Тот немного молчит, уютно расположившись на столе, привычно свесив ноги, — Это зависит от того, какого итога желает, госпожа… — Ехидно подмечает Эон.
— Кстати… В тот день ты назвал меня по имени… — Еë глаза подозрительно сужаются, когда она резко вскакивает с кровати.
— А что такого? Мы же не в Японии живëм. — Пожав плечами отвечает тот.
— Не люблю, когда меня зовут по моему настоящему имени. — Тяжело выдохнув, отвечает Стелла.
Лишь на миг Эон застывает на месте, а затем растянувшись во многозначительной улыбке отвечает, — Вот оно как…
— А что на счëт Дань Хена? — Вдруг спрашивает девушка, которая всë ещё не могла смириться с его судьбой.
— Господин Вельт умудрился сделать так, чтобы каждая частичка души того первоначального Дань Хена распылилась по всем вселенным. И когда один из таких вспоминал о произошедшем, то тут же убивал себя... Вот только вместо того, чтобы умереть части души соединялись в Дань Хене этой реальности. — Ответил Эон, а затем восторженно продолжил, — Но Вельт даже это предусмотрел! И потому создав вместилище для души в виде Дан Хена, сковал его цепями. Вот только, к сожалению, он не учëл, что тот пробудится при твоëм прямом воздействии.
— То есть... Он убивал сам себя около трëхста раз!?
Эон лишь пожал плечами, совершенно в этом незаинтересованный, — Так и есть, но в один момент он просто устал. Но ты... — Система на миг запнулась, словно бы что-то анализируя, — Лучше подумай о том, что он испытывал, когда видел тебя каждый раз, но не ту что знал? — Теперь он слегка наклонился, словно на что-то намекая, словно эта история должна была задеть старые струны души, — Сколько раз он убивал себя не из-за чувства вины, а из-за того, что искал тебя?
В комнате повисло долгое напряжëнное молчание. Стелла никогда и не задумывалась о подобном, лишь снова чувствуя себя виноватой. И Эон понял это по одному еë удрученному виду.
Он тихо вздохнул, спрыгивая со стола и подходя к окну, — Здесь нет твоей вины. Он сам виноват, что позволил тебе уйти.
— Даже если и так... — Всхлипывает Стелла, смотрит на сияющую спину Эона и тот поспешно поворачивается, — Я же могла всë это предотвратить.
— Если тебе так будет легче, то можешь по-прежнему винить во всëм эту глупую Систему, — Криво улыбается Эон, а затем снова смотрит в окно, не смеющий тревожить хлынувшие слëзы из глаз Стеллы, и лишь тихо, неразборчиво шепчет себе под нос, — Мы ничего не можем изменить.
Спустя некоторое время девушка наконец успокаивается, и пытаясь сменить тему, говорит,
— Ладно, сейчас не об этом… — Стелла задумывается, вспомнив о чëм-то, что комом ненависти застряло в горле, — Есть ли какой-нибудь артефакт, с помощью которого можно врываться в чужие сны и управлять ими?..
— Хе… — Лишь привычно усмехается Эон, —Кажется, кому-то сегодня приснятся кошмары… … .