The Эгоист

ВНИМАНИЕ!
Все действия в этой книге вымышленные и несут исключительно развлекательный характер.

ВСТУПЛЕНИЕ.
Всё началось, когда я, сидя в зале, ожидал приглашения, вслушиваясь в гул машин за окном тридцать второго этажа.. Да, на тридцать втором этаже, находясь за высокими пластиковыми окнами от пола до потолка, всё ещё можно услышать, как люди,стоящие в пробке, недовольные, что опаздывают на работу с утра, злобно сигналят. Это мешает думать.

Я старался думать обо всём, лишь бы на пару минут забыть о предстоящем собеседовании с главой компании, который решит, будет ли моя книга жить или умрёт в зародыше.
В 8 метрах от меня, возле окна, на мягком чёрном диванчике из кожи, сидит гладко вылизанный ублюдок, в очках с линзами, будто из микроскопа, пялившийся в окно, словно впервые смотрит вниз с такой высоты. Оно и понятно, не по размеру подобранный дешёвый серый костюм и синий сперматозоидный галстук.
Этот пацан мой равестник, но в отличие от него, я решил пустить в ход свой лучший костюм: полностью красные пиджак и брюки от фирмы Scaboll, будто залитые кровью конкурентов, белая рубашка, отсвечивающая своей белизной на всю комнату для ожидания и, конечно, как же без вишанки на торте, внимание к мелочам: обмазанные гелем для укладки густые черные волосы, и аккуратно уложенные, чуть приподнятые в бок, черные туфли от Monhatton Richellieu, такой же окраски ремень, на который я скупился потратиться, поэтому взял свой старый, ведь он отлично сохранился со школьных лет. Это был мой счастливый ремень. Каждый раз, когда я его надевал, со мной случалось что-то хорошее. К примеру, я надевал его на свидания и не хочу хвастаться, но почти все из них увенчались успехом. Эта мысль придала мне уверенности.
Наконец, подошла моя очередь, я это понял по выбежавшей на высоких белых шпильках секритарше в белом платье, заканчивающемся чуть выше колен, обтягивающее длинные стройные, заметно подкаченные в бёдрах ноги. А заодно и подчеркивающее узкие крепкие плечи и груди совершенной формы - точно две безупречные волны. Завитые в кудри светлые волосы.

"У неё всё на месте", - подумал я, ухмыляясь и приподнимаясь с кресла, к которому едва не пустил корни в ожидании приглашения. Инстинктивно потянувшись к внутреннему карману пиджака, чтобы убедиться, что последняя таблетка ксанакса всё ещё там. Нащупав то, что искал и немного успокоившись, я улыбнулся.

Так как был здесь впервые, я переживал чуть больше обычного, ведь эта издательская фирма была одной из крупнейших в стране, в остальных напрочь отказались подарить жизнь моему детищу, и я боялся всё потерять, потерять те семь месяцев жизни, что я потратил на книгу, да и планы на будущее маячили не маленькие, и для их свершения нужны были деньги. Сейчас о чём не задумайся - всё сводится к карману. Природа одарила меня упрямством и я не мог опустить руки, потратив столько времени.

Следуя за секритаршей и осматривая её оценивающим взглядом, я окончательно убедился, что тот, к кому я направляюсь обладает чувством стиля. Я это понял, как только подъезжал к зданию. Медленно выходя из такси, я в изумлении запрокинув голову, наблюдал тридцати двух этажное, вьющееся высоко в облака, здание. Форма башни представляет собой призму, одна из сторон которой выглядит "гранённой".

"Интересно, что за шишка владеет этой компанией?" - задумавшись, Кайл закрыл дверь такси, водитель которого не удосужился припарковаться на парковке, а остановился прямо у обочины, по другую сторону дороги от здания.   
   Перебежав дорогу, Кайл потянулся в карман брюк за сигаретами, но не успев инстинктивным рывком достать пачку, решил оставить перекур на потом. "Нужно произвести хорошее впечатление. Не следует приходить на встречу, воняя дешёвыми сигаретами" - подумал он и вытащил руку из кармана, подходя к автоматической раздвижной двери, не торопясь, пропуская женщину с короткими, покрашенными в блонд, волосами, в салатовом топике, на высоких салатовый шпильках и до нельзя короткой юбке-карандаш чёрного цвета. "У этой дамы, явно, цветовая агнозия: слишком уж резкий переход от темного к ярко-салатовому". Я плавно перевёл взгляд с её обуви на короткую юбку, из под которой моментами, казалось бы, выскочит нижнее бельё. Мне стало тошно от мысли, что женщина, которой не 30 и даже не 40, направляясь в столь престижное место, оделась как, нито танцовщица в ночном клубе из 50-х, нито проститутка из Гетто. Мой взор скользнул дальше, а именно, на её причёску: обрывки светлых волос, торчащие во все стороны, с уже отросшими корнями. Она напомнила мне фанатеющую от своей работы, училку алгебры, которая больше преподавания любила занижать мне оценки, всё из-за того, что я, будучи сосунком, скинул пакет с водой на её инвалидную коляску, которую она называла машиной. Мы жили в одном доме, а её красная, круглая, как мяч для американского футбола, машинка, стояла под окном моей комнаты. Представление, которое она закатила перед моими родителями и полицией- было что-то с чем-то: она ни в какую не хотела, хоть на секунду, перестать орать и выслушать от моих предков, что их сын просто озорной ребёнок, но такого больше не повториться.
В итоге моим родителям пришлось платить штраф и не маленький, так как пакет с водой, который взорвался от удара о капот, оставил мятину и весьма внушительную.

Пройдя за секритаршей по узкому коридору, по бокам которого были стеклянные окна и двери от пола до потолка, через которые видно, как мужчины, в потом пропитанной одежде, горбятся за, весьма мощными для офисной работы, компьютерами. Готов поспорить, когда начальство веселиться, попивая алкоголь и занюхивая кокс у себя в кабинете, эти задроты рубятся в какую-нибудь К-С.
  Секритарша завела меня в кабинет молча. Когда мы зашли, мужчина с морщинистым лицом, голубыми глазами и отросшими до плеч, густыми черными волосами, в черном деловом костюме.. Даже галстук был чёрный, из под которого высовывалась нежно-розовая рубашка, энергично слез со стола, на краю которого сидел. Он оказался сговорчивее:
-Спасибо, Кристина. Кайл Дэртен, - проговорил он протяжно, с натянутой улыбкой, протягивая руку. - Я Алекс Дзерджинский.
-Алекс Дзердж..
-Можете обращаться ко мне по имени, Алекс, - не успел я проговорить его непроизносимую фамилию, как он меня перебил. Я пожал его крепкую, сухую руку, после чего моя ладонь побелела.
Дело в том, что Алекс страдал потливостью рук и потрудился подготовиться к встрече, чатильно начищая ладони мелом. После такого рукапожатия, я инстинктивно оскалил зубы, посмотрев на свою белую ладонь.
- Чай? кофе? А может, что-нибудь покрепче? - улыбаясь ехидной улыбкой, спросил он.
-Я бы не отказался от кофе.
-Кристина, будь добра, приготовь нам кофейку.
-Сейчас всё сделаю, - раздался нежный женский голос у меня за спиной. Я обернулся и увидел, всё те же, завитые в кудри, светлые волосы, свисающие до уровня "чуть ниже лопаток", белое платье.. Я не стал зацикливать внимание на этой дамочке, я здесь ни за этим.
Обернувшись на Алекса, я заметил, с какой хвастливой улыбкой он на меня смотрит.
-Нравится? - спросил он.
-Приятная на глаз, - ответил Кайл равнодушно, сделав вид, что тусуется с такими, меняя их по несколько раз на день. Алекс уселся на, всё тот же край, чёрного, оваловидного стола.
- И не только на глаз, - навязчиво прикусывая уголок нижней губы и провожая взглядом задницу Кристины, он всё же удосужился уделить мне каплю внимания.
-Туфли от Manhattan Richelieu, неплохо. - Небрежно приподняв с колена руку, он указал на мою обувь указательным пальцем, и сразу же вернул руку на, уже привычное для неё, место. - Вижу Вы фанат стильной обуви.
- Рад, что заметили, - Дэртен старался говорить медленно, чётко проговаривая каждое слово, дабы придать словам вес, не забывая осмотреть весь его набор виски, стоящий на маленьком декоративном стеклянном столике, напротив панорамных окон. - А Вы фанат отличного виски, - улыбаясь и кивнув в сторону столика, я почувствовал себя подлизой. Я бы не делал ему комплименты, если бы мне от него ничего не нужно было.
- Ты прав, Кайл. Но из всей этой мини коллекции, моя гордость - The Macallan in Lallique, 64 лет выдержки. Ты только представь, старый виски в графине работы компании Lallique был продан за сумму 460 тыс. долларов в далёком 2018. Но времена не стоят на месте, они меняются, и мы должны менятся вместе с ними. Поэтому...- Алекс слез с насиженного места и медленно зашагал вокруг рабочего стола. Зайдя за спинку своего кресла, он забарабанил пальцами по тыльной стороне спинки. -Поэтому мы должны менять подход, а соответственно и правила выпуска книг. Мы должны выпускать только те книги, которые соответствуют нынешним стандартам нового поколения, - Дзерджинский навалился на спинку кресла и одной рукой аккуратно убирая свои длинные волосы за ухо, сказал:
- Я надеюсь, что Вы пришли сюда не с туалетным чтивом, думая, что я дам Вам разрешение опубликоваться, - он посмотрел на стопку листов в моей руке. - Не уверен, что найду время на прочтение всей этой рукописи. Так, о чём Ваша книга, Кайл?
- Я уж думал, Вы не спросите, - подойдя к столу и усевшись на кресло рядом с Алексом, я положил стопку из более чем 1100 листов, скрепленных кучей биндеров, на стол. - Это моя первая работа в жанре роман. Я писал этот роман больше года и никак не мог дописать последние главы, но, наконец-то, жаркая погода загнала меня домой и выдалось немного времени на написание оставшихся глав.
- Ну дак.. И о чём же он? - теряя терпение, спросил Алекс. Скорее всего, он уже тогда предчувствовал, что не станет публиковать эту книгу.
- Этот рассказ о девушке..
- Извините, что задержалась. Кофемашинка снова сломалась, пришлось заваривать кофе в ручную, - простонала блондинка, словно это очень тяжкий труд: сделать кофе на двоих. Я такое кофе каждое утро делаю.
- Дак, в чём проблема, закажи новую за счёт компании,- в голосе Алекса прозвучала нотка раздражительности. Кристина, оставив кофе, быстро зацокала на своих длинных шпильках за дверь, наконец-то, оставив нас в покое.
-Итак, этот рассказ о девушке, которая из-за решения своих родителей открыть отельный бизнес в Анапе, должна была поехать с ними за почти три с половиной тысячи километров, оставив в городе, где она проживала, всё: друзей, знакомых и даже свою первую любовь. Родители у неё постоянно соррились и ей было не легко. Через 2 года к ней прилетает её...
-Так стоп! - Алекс отошёл от кресла, повернувшись лицом к окну и устало проведя рукой по волосам, выдохнул.
-Что я тебе говорил о книгах, о новом времени.. Ну скажи мне, какой балван будет это читать? - Алекс начал расхаживать по кабинету, всячески показывая жестами, насколько ему не понравилась моя книга.
- Я считаю, что это моя лучшая работа. Чем она тебе не понравилась? - встав с насиженного места, Кайл подошёл, чуть ли не в плотную, к этому лохматому дикарю в костюме. Дэртен подошёл настолько близко, что учуял, как от него воняет потом, заметил торчащий уголок мела и тоненькую, кривую белую нить, оставленную мелом возле его грудного кармана на пиджаке, не забыв разглядеть все его морщины. У Кайла появилось к нему значительно больше отвращения, чем было до этого. Алекс оттолкнул меня, и я, чуть было, не упал на пол.
- То, что ты принёс сюда - это стопка дерьма, набитого клеше. К нам каждый день приползают такие, как ты. Никто и никогда не станет читать такое, - Алекс не сдерживался ни в выражениях, ни в тоне голоса, пока Кайл, как столб стоял, не зная, что ответить. Кайл был в замешательстве, ведь он так рассчитывал на свою книгу. Это был его первый опыт в написании романа, но ни в одной компании о его книге ещё так не отзывались. -Забирай своё дерьмо и проваливай. Мне есть чем заняться, помимо выслушивания всяких придурков, - Кайл, сделав наигранно задумчивое лицо, медленно подошёл к столу с виски. -И что же ты будешь делать? Пить своё сраное виски?! - Кайл схватил за стекло столик и перевернул его, вместе с стоящим на нём виски. - Теперь тебе есть чем заняться сука?!
-Ты хоть соображаешь, сколько это всё стоит? Что ты сейчас сделал?
-Ты достаточно вытянул из своего положения, чтобы купить себе ещё, - сверля Алекса взглядом исподлобья, ответил Кайл.
На лице Дзерджинского на пару секунд отобразилось замешательство, которое моментально сменилось гневом, -Пошёл нахрен отсюда! Чтобы я тебя возле своей компании больше не видел, гадёныш!
- Ты прав в одном, Алекс, время не стоит на месте и технологии тоже. Нахуй тебя и твою компанию, я сам раскручу свою книгу, - Кайл быстрым шагом направился к месту, где оставил свою книгу и забрав её, пошёл прочь под крики неунимавшегося Дзерджинского.
Выходя из кабинета, Кайл со злостью наблюдал, пялившихся на него с удивлением, офисных работников. В их взглядах проскакивали нотки уважения к тому, кто бросил вызов этому куску дерьма и страх за свои шкуры, ведь они понимали, что как только этот смельчак свалит, то Алекс перекинет свою злость на них. Кайл же смотрел на работников с презрением, понимая, что среди них не найдётся подобного смельчака, который повторит его выходку.

Спустившись в, на удивление, пустом лифте и выйдя в коридор, пройдя через турникеты и кучу охранников, делающих рожу, словно они здесь боссы, Кайл потянулся правой рукой во внутренний карман пиджака. Ему было уже всё равно, что о нём подумают окружающие, поэтому Дэртен достал таблетку в маленьком целлофановом пакетике и с мыслю, что это было последнее крупное издательство в стране, которое отказалось опубликовать его роман, закинул таблетку в рот.
"Надо бы ещё закупиться этой дряни у доктора Ктот", - подумал Кайл и направился по асфальтированной дорожке подальше от этого места.