33
Утро началось не с объятий, а с оглушительной тишины. Проснувшись, Джейн обнаружила, что постель рядом с ней уже остыла. Спустившись на первый этаж в его огромной футболке, которая все еще хранила запах вчерашнего вечера, она тихо позвала:
- Джек?
Ответа не было. Но стоило ей развернуться, чтобы уйти за телефоном, как входная дверь распахнулась. На пороге стояла женщина, чей облик был пропитан ледяным высокомерием. Их взгляды столкнулись, и Джейн физически ощутила, как её сканируют, словно неприятное насекомое, случайно залетевшее в стерильную лабораторию.
- Джек все не перестанет приводить сюда всякую... - процедила женщина, даже не потрудившись скрыть брезгливость.
Джейн ошарашенно замерла, но внутри неё, вопреки дрожащим коленям, включился тот самый механизм самообладания, который помогал ей сдавать сложнейшие экзамены. Она расправила плечи.
- Под «всякой» вы, вероятно, имели в виду меня. Меня зовут Джейн.
Женщина прошла мимо, демонстративно игнорируя её присутствие и глядя куда-то сквозь стены.
- Где Джек?
- Он... скорее всего, скоро вернется с завтраком.
- Какая мерзость, - Эвелина (мачеха Джека, как сразу догадалась Джейн по её ядовитому тону) остановилась в центре гостиной, брезгливо стягивая перчатки. - Джек всегда был неразборчив, но притащить в этот дом обычную дрянь с улицы... Ты хоть понимаешь, деточка, что твои книжки не сделают тебя ровней нашему кругу?
Джейн почувствовала, как по венам разливается холодный металл уверенности. Она не собиралась давать этой женщине того, чего та жаждала - её слабости.
- Раз уж мы узнали имена друг друга, приятно познакомиться,- спокойно произнесла она, и в её голосе не было ни капли страха. - Не хотите ли чаю? Боюсь, Джек еще не вернулся, но я вполне способна позаботиться о гостье, пока мы ждем хозяина дома.
Эвелина замерла. Её лицо, тщательно выхолощенное косметологами, исказилось от бессильной ярости. Она ждала слез, оправданий или ответных криков, но столкнулась с абсолютным самообладанием. Джейн не защищалась - она просто проигнорировала её яд, превратив оскорбление в незначительный фоновый шум.
- Ты... - начала мачеха, и её голос сорвался на визг. - Ты думаешь, что твоя вежливость что-то изменит? Ты здесь никто!
Джейн лишь слегка склонила голову набок, сохраняя ту самую «хирургическую» дистанцию.
- Так что... черный или зеленый?
Эвелина застыла, и в гостиной повисла такая тяжелая тишина, что было слышно, как тонкая серебряная ложечка в руках Джейн мерно бьется о край фарфора. Этот ритмичный звук - «дзинь-дзинь» - в огромном пустом пространстве резал слух громче любого крика.
- Ты ему не ровня, - процедила Эвелина, и в её голосе сквозила почти животная ненависть. - Обычная девчонка с улицы. Я прекрасно понимаю, что тебя привлекло: счета в банках, фамилия, блеск, который ты никогда не видела в своей дыре. Ты просто вцепилась в него, как клещ, надеясь на сытую жизнь.
Джейн даже не подняла взгляда. Она сделала аккуратный глоток, ощущая, как тепло чая возвращает ей ледяную ясность.
- Не стоит путать мою вежливость со слабостью, - произнесла она ровным, почти бесцветным голосом.Наконец Джейн подняла глаза и посмотрела на мачеху - прямо, не мигая.
- Я искренне рада за вашу свадьбу с мистером Блэквеллом, Эвелина. Но не стоит проецировать свои мотивы на меня. То, что вы искали в этом браке выгоду, не означает, что весь мир живет по вашим правилам.
- Знай своё место, дрянь! - сорвалась Эвелина, и её холёное лицо превратилось в маску ярости. Она сделала шаг вперёд, готовая выплеснуть остатки яда физически.
Джейн даже не вздрогнула. Она медленно отставила чашку, и этот тихий фарфоровый звук поставил точку в её терпении. Она подняла на мачеху взгляд - холодный, как лед в зимнем лесу.
- Пожалуй, вы правы, - произнесла Джейн, и в её голосе зазвенел металл. - Мне стоит знать своё место. Как и вам, Эвелина.
Она встала, медленно расправляя плечи.
- Вы Джеку не мать, - отчеканила она, и каждое слово падало между ними как гильотина. - Поэтому не стоит проявлять мнимую заботу о нём, на самом деле беспокоясь лишь о собственной выгоде и о том, как бы не потерять доступ к счетам Блэквеллов.
Эвелина задохнулась от возмущения, её пальцы впились в край сумочки так, что побелели костяшки. Она не привыкла к такому хирургически точному сопротивлению. Она ждала девчонку, которую можно раздавить одним словом, а наткнулась на монолит.
В этот момент в замке повернулся ключ. Дверь распахнулась, и на пороге появился Джек с бумажным пакетом, из которого пахло свежей выпечкой и кофе. Его взгляд мгновенно метнулся от побледневшей мачехи к Джейн, стоящей со стальной выправкой в его вещах.
- Какого черта здесь происходит? - его голос прозвучал низко и угрожающе.
Джейн первой нарушила тишину. Она не вздрогнула, не побежала к нему за защитой. Напротив, она медленно повернулась к нему и мягко улыбнулась- Джек, у тебя гости, - произнесла она ровно, будто они обсуждали погоду, а не только что обменивались ударами.
Она перевела взгляд на застывшую Эвелину и легким, почти светским жестом указала на кресло.
- Эвелина, садитесь, а то чай остынет. Я как раз заварила свежий.
Джек замер на пороге, сжимая в руках пакет с завтраком. Он видел, как Эвелина буквально задыхается от этой вежливой оплеухи. Джейн не просто выстояла - она перехватила контроль над его домом, над ситуацией и над самой Эвелиной, превратив хозяйку положения в незваную, невоспитанную гостью.
В глазах Джека вспыхнула искра - гремучая смесь ярости на мачеху и дикого, безграничного восхищения своей девочкой. Он прошел вглубь комнаты, намеренно игнорируя присутствие Эвелины, и остановился прямо за спиной Джейн. Он положил ладонь ей на плечо, заявляя свои права на каждый сантиметр пространства вокруг неё.
- Чай - это отличная идея, принцесса, - его голос прозвучал низко, с вкрадчивой опасностью. - Но боюсь, у Эвелины очень плотный график. Она как раз собиралась уходить. Правда?
Он посмотрел на мачеху в упор, и в этом взгляде было столько неприкрытого обещания проблем, что та невольно отступила на шаг.
- Джек, ты ведешь себя... - начала было Эвелина, пытаясь вернуть остатки достоинства.
- Джек, не нужно, - тихо, но отчетливо произнесла она, глядя прямо перед собой. - Эвелина просто зашла тебя навестить. Не стоит превращать утро в поле боя.
Она снова повернулась к мачехе, и в её взгляде не было торжества победителя - только усталость от чужой злобы.
- Присаживайтесь, Эвелина. Мы правда собирались завтракать, и еды хватит на всех. Давайте просто выпьем чаю без взаимных обвинений. Это ведь не так сложно - быть просто вежливыми?
Джейн не хотела «победы». Она хотела тишины. Она не собиралась участвовать в их многолетней вражде, становясь еще одним поводом для скандала. Для неё было важнее сохранить достоинство - и своё, и, как ни странно, этой разгневанной женщины.
Эвелина, ожидавшая, что её сейчас начнут выгонять с позором, на мгновение потеряла дар речи. Это предложение - сесть за один стол после всего сказанного - обезоружило её сильнее, чем любая грубость Джека.
- Я... - Эвелина поправила воротник пальто, её голос стал сухим. - У меня действительно мало времени.
- Жаль, - без тени иронии отозвалась Джейн.
- Я зайду позже, Джек. Когда ты будешь... один, - бросила она, направляясь к выходу.
- Хорошего дня,Эвелина-сказала Джейн .
Дверь тихо закрылась. В гостиной снова воцарился покой. Джейн выдохнула, и её плечи заметно опустились.
- Как ты это делаешь? - выдохнул он, качая головой. - У тебя всегда получается оставаться вежливой, когда... чёрт, когда в десять раз легче просто сорваться и наорать. Я был готов стены крушить, а ты предлагаешь ей чай.
Джейн чуть горько усмехнулась, помешивая сахар в чашке. Ложечка едва слышно звякнула о фарфор.
- У каждого своё оружие, Джек, - тихо ответила она, подняв на него свои глаза. - Ты привык решать проблемы кулаками и напором. А я - так.
Джек на мгновение помрачнел, и в его взгляде промелькнула тень старой дерзости, смешанной с обидой.
- Я больше так не делаю, - отрезал он, и в его голосе послышалась глухая серьезность. - Ты же знаешь. Я изменился.
Джейн замерла, глядя на его сжатые челюсти. Она поняла, что её слова попали в его старую рану. Не раздумывая, она поднялась, обошла стол и обняла его сзади, прижимаясь щекой к его плечу и смыкая руки на его груди. Она чувствовала, как напряжено его тело, как перекатываются мышцы под её ладонями.
- Я знаю, - прошептала она, закрыв глаза. - Прости, если задела. Я не это имела в виду. Просто... мне легче выдавить из себя вежливость, чем показать свои слезы. Джек накрыл её руки своими, и его напряжение стало медленно таять. Он откинул голову ей на плечо, подставляя лицо под её близость.
- Ты не слабая, принцесса, - его голос стал совсем низким. - Ты самая сильная из всех, кого я знаю.
Он развернулся в её объятиях, притягивая её к себе на колени. Теперь, когда адреналин окончательно ушел, осталась только тихая, глубокая нежность.
- Больше никаких гостей, - пообещал он, утыкаясь носом в её шею. - Только мы. До самого вечера.
Джейн улыбнулась, чувствуя, как его сердце бьется ровно и спокойно. Это утро, начавшееся с яда, закончилось самым важным признанием: они научились защищать друг друга - каждый своим способом.