глава 14 - Май, поездка домой
Последние дни в Хогвартсе были наполнены чем-то особенно тёплым. Учёба постепенно сходила на нет, все ходили по замку чуть более вольными шагами, чем обычно. Джинни с каждым утром просыпалась с лёгкой грустью: всё-таки это был её первый год здесь, и он оказался совсем не таким, каким она его представляла. Но каким-то чудом — даже лучше.
В последний вечер перед отъездом она стояла у окна своей спальни, прижимая к груди тот самый зелёный шарф, что Тео однажды накинул ей на плечи. Она не носила его всё время, но хранила как что-то почти священное. Он пах мятой, сандалом и чем-то… просто его.
— Джи, ты собрала всё? — в дверях появилась Гермиона, с чемоданом наперевес.
— Да, почти, — Джинни кивнула и развернулась, ещё раз окинув взглядом комнату. — Уже скучаю.
На вокзале толпа учеников гудела, словно улей. Фред с Джорджем, как обычно, придумали какие-то фейерверки, чтобы прощание запомнилось. Рон уже спорил с Гермионой, а Гарри стоял чуть поодаль и улыбался — впервые за долгое время, по-настоящему спокойно.
Тео нашёл Джинни у самого поезда. Она как раз собиралась подняться в вагон, как вдруг услышала его голос:
— Эй, солнышко.
Она обернулась и сразу расплылась в улыбке. Он стоял в своей мантии, с чемоданом через плечо, а в другой руке держал маленький свёрток.
— Это тебе. На лето, чтобы не скучала, — сказал он и протянул подарок.
— Тео… — Джинни взяла свёрток, — но зачем?
— Потому что ты уезжаешь. И потому что я буду скучать, — он опустил голос, чтобы никто не слышал, и быстро наклонился, поцеловав её в лоб. — И ты не думай, я за тобой присматривать буду. Пиши мне, ладно?
— Хорошо, — она улыбнулась, а потом вдруг обняла его — крепко, быстро, и сразу же отпустила, оглядываясь на близнецов, чтобы они не подшутили.
Он засмеялся, как только она отбежала к вагону.
— Эй! Я и так скучать начну раньше, чем ты войдёшь в поезд! — крикнул он ей вдогонку.
— Это ты просто сентиментальный, Тео Нотт! — крикнула она в ответ, смеясь, и скрылась внутри.
Сидя у окна вагона, Джинни прижимала к себе свёрток и смотрела, как мимо проносится Хогвартс, озеро, лес… Как и целый год, который изменил её. Она не была той тихой девочкой, которая приехала сюда в сентябре. Теперь у неё были свои тайны, своё волшебство — и своё солнышко, которое называло её именно так.
Она посмотрела на подарок и развязала ленточку. Внутри оказался маленький блокнот с надписью золотыми чернилами:
«Для мыслей, чувств и писем, которые ты будешь писать, даже если не решишься отправить. Я всегда рядом. — Т.»
Слёзы тепла навернулись на глаза. И впервые дорога домой не казалась ей одинокой.
Когда поезд остановился на платформе 9¾, Джинни сжала в руках блокнот и всё ещё носила шарф Тео — такой мягкий, тёплый, и почему-то особенно родной. Он напоминал ей о каждом моменте, проведённом в Хогвартсе — о первом снежке, о чае в больничном крыле, о поцелуе в макушку… о нём.
— Джи, ты выходишь? — позвал Джордж, выглядывая из вагона. — Мама, наверное, уже волнуется!
— Или гадает, кто из нас опять что взорвал, — усмехнулся Фред, подмигивая сестре.
Рон, таща чемодан, буркнул:
— Только бы без вопросов. Хочу домой и спать.
На платформе их уже ждали. Молли Уизли сразу бросилась к детям, заметив свою єдинственную дочь.
— Джинни! Моя девочка! — она крепко обняла её, прижимая к себе. — Как ты выросла! Как ты? Всё хорошо?
— Всё отлично, — прошептала Джинни, уткнувшись в мамино плечо. — Я скучала.
— А мы как скучали! — улыбнулся Артур, подходя ближе и гладя её по волосам. — Готова к лету?
Джинни слабо кивнула, но глаза её на мгновение скользнули по толпе, будто она кого-то искала. Тео, конечно, не мог быть здесь. Но сердце всё равно надеялось.
Фред и Джордж уже тащили чемоданы к старой, немного дребезжащей машине. Рон бурчал о жаре.
Джинни шла позади, пальцами касаясь шарфа на шее. В кармане блокнот, в голове — его голос. Она нащупала бумажку, сложенную между страниц:
«P.S. Твоя улыбка — мой амулет. Храни её летом. И да, если кто обидит — пусть сразу пишет завещание. Т.»
Она сжала бумажку и прижала к сердцу. Да, теперь она знала точно: её ждут не только дома…
Её ждут и в Хогвартсе. Один особенный Слизеринец.
Когда чемоданы были надёжно уложены в зачарованную машину, все сели по местам. Джи устроилась между Фредом и Роном, прижимая к себе тёплый шарф, который всё ещё носила. Джордж хлопнул дверцу и обернулся к сестре:
— Пристёгивайся, Джи, сейчас взлетим!
— Спасибо, что напомнил, — хмыкнула она.
Мистер Уизли за рулём довольно потер руки:
— Ну что, Молли, все на месте?
— Все, Артур. Только, прошу, не слишком резко, ладно?
Машина тихо завелась, колёса медленно оторвались от земли, и вот уже вся семья Уизли парила над Лондоном. Заклинание маскировки сработало идеально — маглы внизу ничего не заметили.
Джи прижалась к стеклу, разглядывая, как улицы, дома и фонари постепенно превращаются в крошечные огоньки. Шарф Тео чуть сполз с плеча, она поправила его аккуратно, будто он был особенно дорог ей.
— О чём думаешь? — спросил Рон, лениво посмотрев на сестру.
— Просто… вспоминаю, — тихо ответила она.
— Ха, я уверен, не о зельях, — хихикнул Фред.
— Может, о зелёных шарфах? — добавил Джордж с хитрой ухмылкой.
Джи покраснела и буркнула:
— Отстаньте, глупые.
— Да мы ничего, — Фред подмигнул Джорджу. — Просто радуемся, что наша Джи повзрослела.
Она ничего не ответила, только посмотрела в окно, где вдали уже виднелись поля, леса… и, наконец, крыша любимого дома — Норы. Через минуту зачарованная машина мягко опустилась во двор, и семья вышла, растягиваясь и щурясь на солнце.
Мама обняла Джи крепко-крепко.
— Как же я по тебе скучала, девочка моя.
— Я тоже, мам, — прошептала она в ответ.
Но в глубине души Джи знала — скучать ей будет не только по дому.