Тьма

Утро было слишком спокойным, и это почему-то настораживало.
Мысли не давали покоя:
А если я снова заблуждаюсь?
А вдруг опять ошибаюсь?

Я махнула рукой перед лицом, будто прогоняя эти мысли. Лежала в кровати, глядя, как первые лучи солнца медленно заполняют комнату.

Встала, умылась, покормила Барсика — он, как всегда, смотрел на меня с видом великого голодного философа. Закатив глаза, я насыпала ему корм.
Позавтракала и пошла одеваться. Сегодня было солнечно и даже немного жарко — непривычная погода для Берлина.

Я надела чёрные джинсы, чёрную водолазку и на всякий случай бордовую кожаную куртку.

Сегодня я ехала в колледж на машине — мы с Мирандой договорились, что я заеду за ней.
Когда я подъехала к её дому, она уже стояла на улице. Я посигналила и открыла дверь.

— О-о, доброе утро, красотка! — сказала Миранда с улыбкой.
— Доброе. Смотрю, у нас тут уже две красотки, да? — ответила я искренне.

Её кудрявые волосы были такими красивыми, что на них можно было залипнуть и забыть моргать.
Мы ехали, смеялись, болтали о том самом парне, который ей нравился, и по дороге заехали за кофе в маленький бутик возле колледжа.
— Так как его зовут? — спросила я с интересом.
— Эдвард Марл, — сказала она с восторгом. — Скажи же, красиво звучит?
— Очень даже, — улыбнулась я, слегка толкнув её плечом.
В класс мы зашли за пять минут до начала урока.

Урок оказался ужасно скучным.
Когда прозвенел звонок, я взяла сумку и направилась к Юсуфу.
— Привет, — сказала я спокойно.
— О, привет… Нам, значит, надо делать эту скучную работу, да? — сказал он с явным недовольством.
Меня удивляло, почему он так не любит учёбу.
— Да. Пойдём в библиотеку? — спросила я. — Чем быстрее начнём, тем быстрее закончим.

Мы зашли в библиотеку. Она оказалась огромной — светлой, тихой, с высокими стеллажами. Я даже остановилась, слегка приоткрыв рот.
— Красиво, да? — спросил он с лёгкой ухмылкой.
Я всё ещё стояла, пока он не сделал несколько шагов вперёд. Потом подбежала к нему.
— Очень красиво.
Мы нашли место и приступили к работе. Я рассказала ему о микробах, о том, что они делятся на полезные и вредные.
Он внимательно слушал.
Когда я закончила, спросила:
— Почему ты так не хотел делать эту работу?
Он явно не ожидал такого вопроса.
— Ну… — выдохнул он. — Я вообще не сам выбрал этот колледж. Это всё отец. Его решение.
Я удивлённо посмотрела на него.
— А кем ты хотел бы стать?
Он ответил почти сразу:
— Гонщиком.
В его глазах загорелась настоящая искра.
— Тогда точно на BMW M4 GT4 — сказала я с улыбкой.
Он посмотрел на меня шокированно.
— Ты что, тоже разбираешься в машинах?
— А что, девочкам нельзя? — усмехнулась я. — У меня вообще-то BMW M8 Coupe
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Он рассмеялся.
— Вот это да… Ты вообще крутая.

Мы продолжили работу, но оба устали и решили закончить завтра.
Сегодня нас отпустили пораньше, и мы с Мирандой поехали ко мне. Она оставалась у меня с ночёвкой.
Мы закупились вкусняшками и устроили вечер сериала.
Как всегда, включили наш любимый — «Великолепный век».
Мы могли пересматривать его бесконечно, и он всё равно не надоедал.

Солнце уже клонилось к обеду.
У Миранды внезапно появились срочные дела, и она попросила меня подвезти её домой. Мы попрощались у подъезда, и я, не раздумывая, поехала на автодром.

Утром я видела объявление о гонках, но там не было указано даты. Любопытство не давало покоя.

— О, привет, Хенри! — сказала я радостно, как только вошла на территорию.
Хенри был моим наставником по гонкам. Человеком, который знал меня с первых заездов и всегда верил в меня больше, чем я сама.
— Вот это да… кого я вижу! — рассмеялся он и тут же крепко обнял меня. — Совсем пропала!
Он и правда годился мне в отцы.
— Я хотела спросить… когда ближайшие гонки? — нетерпеливо выпалила я.
Он прищурился с хитрой улыбкой.
— Вообще-то это секрет. Но тебе можно. Только никому ни слова.
Я провела пальцем по губам, будто застёгиваю воображаемый замок.
— Примерно через две недели.
— Значит, ещё есть время, — довольно сказала я.
— Немного, но есть. Так что… может, прокатимся?
У меня загорелись глаза.
— Конечно хочу! Я так соскучилась по адреналину.
— Тогда иди переодевайся. А я пока подготовлю твою зверюху.

Я направилась в раздевалку. Надела красный гоночный костюм с бело-чёрными полосами, чёрные ботинки, подшлемник и чёрный шлем с кошачьими ушками.
Когда вышла, Хенри улыбнулся:

— Ну вот… моя ученица снова в своём ритме.
— А как же иначе? — рассмеялась я.
Моя «зверюха» — BMW M4 GT3  — ждала меня на старте. Белая, с красно-синими полосами, она выглядела как живое существо, готовое сорваться с места.
Я устроилась в кресле, проверила ремень.
— Пока, Хенри!
Он даже не успел ответить — я уже нажала на газ.

Скорость, ветер, рев мотора.
Адреналин разливался по венам, будто огонь.
Повороты сменяли друг друга, трасса проносилась мимо, а звук двигателя звучал как музыка.
Когда я вернулась, Хенри покачал головой:
— Ты уже лучше меня гоняешь.
Он посмотрел на меня серьёзно.
— У меня есть к тебе предложение. Может, тебе стоит поучаствовать в гонках?
Я замерла.

— Меня примут? Девушку?
— Не переживай. Я всё устрою. Ты только скажи — хочешь?
Я почувствовала лёгкое волнение, но внутри всё уже было решено.
— Да. Я хочу участвовать.

Мы договорились обо всём, и я поехала в колледж — догонять работу с Юсуфом, хоть сегодня и был выходной.

Я припарковалась и направилась к библиотеке. Не смогла пройти мимо полок с книгами — взяла одну, нашла уютное место и погрузилась в чтение.
Книга оказалась неожиданно интересной.

Я подняла взгляд — и увидела Юсуфа. Он уже сидел за столом и читал нашу работу.
Интересно, как давно он здесь?
Я положила книгу рядом и подошла.
— Привет. Ты давно тут?
— Минут пятнадцать, — ответил он, не отрывая взгляда от тетради.

— Так хорошо… тогда давай продолжим. Где мы остановились? — спросила я.
Он пролистал тетрадь и кивнул: — Нам осталось совсем немного.
— Ну и отлично. Тогда теперь твоя очередь рассказывать.
Юсуф немного выпрямился, будто собираясь с мыслями.
— Ну… если в организм попадают вредные микробы, например при ангине или гриппе, у человека появляются кашель, слабость и высокая температура.

Он говорил уверенно и подробно — было видно, что он действительно подготовился.
Мы дописали последние пункты, выделили важные темы, и наконец работа была готова.
— Ну наконец-то… — выдохнул он, закрывая тетрадь. — Мы закончили.
— Да, — улыбнулась я. — Мы оказались хорошими напарниками.
Я по привычке протянула руку, чтобы пожать ему в знак благодарности, но он тут же положил ладонь себе на грудь.
Я удивлённо замерла.
— Ты не будешь жать мне руку? — спросила я с недоумением.
Он смущённо почесал затылок. — Я не могу. Это харам.
Я посмотрела на него так, будто он сказал что-то совсем неожиданное.
— Почему? У меня же чистая рука.
— Дело не в этом, — мягко объяснил он. — В исламе мужчинам запрещено прикасаться к женщинам до брака.
Моя рука так и осталась висеть в воздухе, пока я не опустила её сама.
— То есть… мы вообще не можем прикасаться друг к другу? — уточнила я с интересом.
— Да, — кивнул он.
— Ну, хорошо, что ты сказал. Это для меня новая информация об исламе, — улыбнулась я.
— Ты изучаешь ислам? — осторожно спросил он.
— Ну… пытаюсь. Маленькими шагами.
Он немного удивился.
— А можно вопрос?
— Конечно.
— Какая у тебя религия?

Я вздохнула. — Я атеистка. Но та, которая всегда ищет истину.
Он задумался, а потом вдруг улыбнулся: — Теперь понятно, почему ты тогда так удивилась, когда я заговорил о Коране.
Мне стало неловко. — Да… наверное.

Мы ещё немного поболтали, потом разошлись по домам.
Дома, как всегда, было уютно. Барсик встретил меня у двери, потёрся о ноги, и мне вдруг пришла мысль: «А может, взять ему друга?..»
Я улыбнулась. Да, определённо — в ближайшее время.