Обида
Ночь была глубокой и тихой, только метель за окном монотонно скреблась в ставни. Марко спал чутким сном хищника на полу у камина, когда до его слуха донеслось прерывистое кряхтение из люльки. Он открыл глаза, тяжело вздохнул и сел, растирая лицо ладонями
.
— Ну что ты, Аврора... Три часа ночи, — проворчал он севшим от сна голосом. — Мы же договаривались, что ты спишь до рассвета.
Он поднялся, пошатываясь от усталости, и пошел к кухне, чтобы подогреть заранее приготовленную смесь. Теплая вода, мерная ложка, встряхнуть... Движения были автоматическими. Вернувшись к камину, он подхватил теплый сверток на руки.
— Давай, ешь и спи, маленькая, — ворчал он, усаживаясь поудобнее и поднося бутылочку к ее губам. — Папе завтра дрова колоть, а он глаза продрать не может...
Аврора жадно схватила соску, сделала несколько глотков, но вдруг замерла. Марко, который уже сам начал проваливаться в дрему под мерное посасывание, почувствовал, что что-то изменилось.
Он опустил взгляд и замер.
Ее крошечные розовые губки вдруг начали дрожать и кривиться. Соска выпала изо рта, а личико Авроры покраснело. В следующую секунду из уголков глаз выкатились две кристально чистые слезинки и покатились по пухлым щечкам. Она не просто захныкала — она зашлась в горьком, безутешном плаче, прямо с капельками молока на губах.
— Эй, эй... ты чего? — весь сон с Марко как рукой сняло. Сердце в его груди тревожно екнуло. — Маленькая, ты чего плачешь? Я же здесь.
Он отложил бутылочку и прижал ее к себе так крепко, как только позволяла его сила. Она уткнулась мокрым лицом в его шею, ее крошечные плечики вздрагивали от рыданий.
— Ну всё, всё... Тише. Никто тебя больше не тронет, слышишь? — он начал быстро и ритмично похлопывать ее по попе, как она любила, и ходить по комнате широкими шагами. — Я рядом. Больше никакой боли. Только ты и я.
Он ходил так около часа, шепча ей всякие глупости, которые никогда бы не произнес при свете дня. Он обещал ей купить весь мир, если она только перестанет так горько плакать. Постепенно рыдания сменились икотой, а потом и тяжелыми вздохами. Она снова вцепилась кулачком в его футболку, словно проверяя, не исчез ли он.
Марко сел обратно у камина, чувствуя, как его футболка намокла от ее слез.
— Прости, что ворчал, — тихо сказал он, целуя ее в макушку. — Плачь, если надо. Я никуда не уйду.
Он так и не лег спать до самого утра, баюкая ее на руках и глядя на огонь, готовый разорвать любого, кто посмеет снова довести это крошечное создание до таких слез.
___________________________________________________________
От автора:
Как вам глава?❤️❤️