Глава смерти Ледошёрстки
Когти бродяги врезались Ледошёрстке в ухо.
Не обращая внимания на укус, она рванулась вперед и проскользнула между лап полосатого кота. Когда она с силой уткнулась лапами ему в живот, бродяга взмахнул задними лапами в воздухе.
Скривив передние лапы, он снова столкнулся с Ледошёрсткой.
Ледошёрстка хотела оглянуться через плечо. Дала ли она Тенесвету достаточно времени, чтобы убежать? Этот бродяга собирался столкнуть его в темную воду.
Бродяга набросился на нее.
Ледошёрстка оттолкнула его, прежде чем он успел дотянуться до ее морды. Сильно толкая задними лапами, она бросилась на полосатого кота, вцепилась когтями в его шкуру и, извиваясь, повалила его на землю. Она держалась крепко, перекатывая его на спину и прижимая так, что он не мог сопротивляться.
Каждая рана жалила; болел каждый мускул. Она думала, что битва окончена, когда Огнезвёзд и Крутобок окружили Уголька. Но бегущие бродяги вернулись, и поляна снова наполнилась запахами и звуками битвы.
Бродяга вырвался из ее хватки. Ледошёрстка вскочила на лапы. Она пошла назад, уводя бродягу от темной воды, которая когда-либо просачивалась дальше по поляне. Бродяга преследовал ее, прищурившись, готовый к новой атаке. Ледошёрстка посмотрела мимо него. Тенесвет был рядом с высокой травой, в безопасности от воды. Но он спотыкался. На ее глазах он рухнул. Казалось, ее сердце остановилось. Тенесвет получил травму!
Бродяга прыгнул к ней. Она встала на дыбы, чтобы защитить себя, но негодяй бросился на ее заднюю лапу и сильно вонзил зубы. Ледошёрстка взвизгнула, когда ее ногу пронзила боль.
Она опустила лапы на плечи бродяги и схватила его за шкуру. Захватив когтями и отбросив его в сторону, она заставила его отпустить лапу, затем прижала его к земле и прыгнула ему на спину. Уперевшись задними лапами в позвоночник негодяя, она снова взглянула на Тенесвета.
Ее шкура в панике содрогнулась. Рядом с ним был Уголёк. Темный воин схватил Тенесвета за шиворот зубами и потащил его к темной воде.
Нет! Она должна была спасти Тенесвета, прежде чем Уголёк бросил его.
Бродяга метался под ней. Она почувствовала силу в его мышцах. Когда он оттолкнулся от земли, она соскользнула с его спины. На это не было времени. Ей нужно было закончить этот бой сейчас. Она прижалась мордой к его шее и укусила.
Бродяга дернулся под ней, затем обмяк.
Выплевывая мех изо рта, Ледошёрстка вскочила и взглянула на Тенесвета. Уголёк тащил тело целителя ближе к темной воде. Маленький черно-коричневый кот в пятнах маячил перед ней, шипя и оскалив зубы. В нем было что-то знакомое… Муравейник! Когда-то он был воином племени Теней, но теперь находился под контролем Уголька. Она вытащила его передние лапы из-под него и, когда он упал, оттолкнула его и продолжила бежать. Другой кот врезался ей в бок, вырвав ее из равновесия, но она позволила себе упасть, перекатилась и, когда бродяга прыгнул на нее, схватила его и вцепилась ему в живот задними когтями. Он взвыл от боли, и она отбросила его, вскочив и снова бросившись к Тенесвету.
Целитель был всего в хвосте от воды.
У Уголька были плоские уши, его глаза сузились, когда он подтащил беспомощного кота ближе.
«Оставь его!» Ледошёрстка оттолкнула другого негодяя, когда он бросился на нее, ее внимание не покидало Тенесвета. Она должна добраться до него. Мышцы ее горели от усилия. Она промчалась мимо Гончего, когда он боролся с Соколятником, а затем протиснулась между Скорозубкой и Серебрянкой. «Я иду!»
Когти зацепили ее заднюю ногу, и она упала, растянувшись на земле. Она повернула голову и увидела Остролапа. Зубы воина Сумрачного Леса заблестели, когда он сжал губы. Он прыгнул на нее, сила его атаки была такой яростной, что
выбила ветер из ее легких. Она изо всех сил пыталась освободиться, но он прижал ее плечи к земле. Прыгая задними лапами, она пыталась оттолкнуть его, но он крепко держал ее, рыча ей на ухо.
«Ты готова умереть?»
Паника пульсировала в ее крови. Она протянула морду и впилась зубами в его переднюю ногу. Его хватка ослабла, и она корчилась, чувствуя, как ее шкура вырывается из его когтей. Пока она пыталась найти лапы, что-то тяжелое ударилось ей о щеку.
Она почувствовала, как еще больше когтей прорезают ее мех, и повернулась, чтобы увидеть, как Кленовница смотрит на нее. Кошка Сумрачного Леса схватила ее за шкирку, приподняла и провела когтями по шее.
Голова Ледошёрстки закружилась, и ее зрение затуманилось, когда она почувствовала, как из свежей раны хлынула кровь. Она пошатнулась и упала на живот, разочарование царапало ее грудь, когда вес Кленовницы ударил ее по спине. Теперь ее лапы были вокруг нее, царапая и царапая. Она почувствовала зубы Остролапа в своем хвосте, когда Кленовница прижалась мордой к земле. Она была беспомощна, давясь кровью.
«Тенесвет!» Она изо всех сил пыталась увидеть сквозь пятно шкурок, но они закрыли ей обзор. Как она могла избавиться от такого количества кошек? Когда отчаяние камнем упало ей в грудь, она услышала вскрик удивления. Груз был снят с ее спины.
Она приподнялась, ее бока вздымались. Тяжело повернувшись, она увидела Фиалку и Корнецвета. Благодарность
затопила ее сердце. Она стряхнула кровь изо рта, и, когда Остролап снова кинулся на нее, она выбила его лапы из-под него. Фиалка заставляла Кленовницу вернуться к середине поляны, нанося ей быстрые яростные удары. Корнецвет кинулся на Остролапа, толкнул его вниз и загрыз ему морду.
Ледошёрстка хотела их поблагодарить, но у Тенесвета были проблемы. Времени хватило только на то, чтобы поймать взгляд Корнецвета, когда он вонзил морду Остролапа в грязь. Ей было надо так много сказать ему, так много, что ей следовало сказать перед битвой. Ее сердце заболело, когда он посмотрел ей в глаза, его глаза расширились, когда он увидел рану на ее шее. Затем он взглянул мимо нее на темную воду.
Тенесвет был на краю, Уголёк стоял над ним.
За ними лужа расширялась, распространяясь по поляне. Ледошёрстка прижала уши. Ей придется остановить Уголька. Он уже причинил боль стольким ее соплеменникам - она не могла позволить ему убить Тенесвета. Ее ноздри раздулись, когда она вспомнила все время, которое она потратила, желая угодить самозванцу, даже когда его требования становились все более и более странными. Она знала его лучше, чем любой кот племени, за исключением, пожалуй, Тенесвета. Она знала, насколько он по-настоящему опасен.
Когда Уголёк переместил свой вес, она увидела свой шанс.
«Но теперь мне нужно двигаться. Не было времени сомневаться в себе». Глубоко она знала, что это правильно.
Не задумываясь, она взглянула на Корнецвета. «Мне жаль!»
Глаза Корнецвета тревожно вспыхнули, как будто он догадывался, что она собиралась сделать. Она моргнула. Невозможно было рассказать ему все, что она хотела. «У меня нет выбора». Не теряя ни секунды, она развернулась и помчалась к Тенесвету.
Крик Корнецвета раздался эхом за ее спиной. «Подожди!» Его крик был отчаянным, но она не могла остановиться. Уголёк вцепился в бок Тенесвета. Один толчок - и целитель исчезнет навсегда.
«Звёздное племя, помоги мне!» Мысль казалась нелепой.
Звёздное племя сражалось рядом с ней.
Достигнув Тенесвета, она ударила задними лапами о землю сильнее, чем когда-либо прежде, и бросилась на Уголька. Темный воин вырисовывался на фоне безотражающей поверхности расширяющегося озера. Низко пригнув голову, она врезалась в него, и когда он рухнул, она упала на него и на Тенесвета. Ее сердце, казалось, замедлялось со временем, и она посмотрела вниз и увидела, как темная вода бурлит под ней.
Этого нельзя было избежать.
Она ударила ее, как лед. Холод окутал ее, сжимая так сильно, что вырывало дыхание из ее тела. Она опустилась, темнота сгустилась вокруг нее. Нужно сражаться с этим! Она должна бороться с ледяной чернотой. Она стала думать о Корнецвете.
Она попыталась увидеть его небесно-голубые глаза. Она пыталась услышать его нежное мяуканье. Если бы только она могла держаться за него...
Она почувствовала движение рядом с собой и изогнулась, ее мех вздыбился вокруг нее. Что-то билось в хвосте. Тенесвет? Неужели она ни за что пожертвовала собой?
Паника охватила каждый волосок. Она нанесла удар, готовая к бою. Она спасет его. Ей придётся.
Но когда она увидела морду кота рядом с собой, она застыла. Это был не Тенесвет. Уголёк молотил ее лапами, пытаясь выбраться на поверхность.
«Нет! Я не могу позволить ему вырваться из воды...»
Ледошёрстка сделала выпад и оттолкнула его изо всех сил. Она смотрела, как он погружается в темноту внизу. Его морда была искажена водой, но его ужас был очевиден. Ледошёрстка ощутила прилив торжества.
Они сделали это! Уголёк наконец испугался. Он увидел ее, его глаза на мгновение округлились от недоверия, прежде чем он скрылся из виду и растворился в тени. Все, что осталось, - это его последний вздох, когда он вынырнул мимо нее на поверхность и исчез.
Он ушел. Все было окончено. Она делала то, что всегда хотела сделать, с тех пор, как была крохотным котёнком: она спасла свое племя.
Она спасла все племена.
Ледошёрстка повернулась и взглянула на поверхность.
Теперь она было очень далеко. Ее борьба с Угольком утащила ее тело в самые глубины темной воды, и она почувствовала, как последние силы ушли из раны на шее. Поверхность, живой мир, племена - они были вне ее досягаемости.
Ее тело расслабилось, и боль в ее ранах утихла. Темная вода больше не пугала ее; она была теплой и успокаивающей, охватившей ее, как в объятиях.
Пришло время уйти.
Но она еще раз взглянула на исчезающую поверхность.
Были ли там ее друзья, вглядывающиеся в воду? Она не могла быть уверена.
Фиалка? Ей показалось, что она увидела черно-белый мех, движущийся над водой, и желтую шкуру рядом с ним.
Корнецвет? Ее сердце болело от любви, и она почувствовала движение внутри себя. Как она могла оставить его? Она попыталась протянуть лапу и подтянуться, но не за что было схватиться, кроме воды, и вода никогда не отпустила бы ее. Горе пронзило ее сердце, горе не по себе, а по Корнецвету. Ее работа была закончена, но он любил ее, и теперь ему придется жить без нее. «Мне жаль». Ее разум затуманился. «Но мы его победили. Мы уничтожили Уголька. Мы спасли племена».
Мысли о Корнецвете заполнили ее разум. Он прижимался к ней под раскидистой ивой, его тепло просачивалось в ее мех. Это был сон или воспоминание? Она не могла сказать. Теперь они охотились, бегали по лесу, бок о бок, так близко... их шкуры соприкасались. А потом она увидела себя в гнезде с ним. Неужели они все-таки выбрали одно племя? «Несомненно», — подумала она с приливом любви. Сплетенные хвосты, они гордо смотрели на трех крохотных котят. Конечно, это было по-настоящему. Конечно, это были воспоминания о жизни, которую они, должно быть, разделили.
Холод, охвативший ее, казалось, наконец отпустил.
Она закрыла глаза и в последний момент почувствовала только тепло.
Только любовь.