Глава 68 - Мишель
Поезд, несущийся в сторону Манхэттена, был почти пуст. Голубые пластиковые сиденья отливали холодным светом под неоновыми лампами. Вагоны были длинные, слегка покачивающиеся, а их шорох по рельсам будто усыплял. Мишель сидела рядом с Сэмом, Нользом и отцом, Иллоном. Папа смотрел в окно, хотя там, в подземелье, не было ничего кроме темноты и отражения его лица. Мишель нервно постукивала пальцами по колену. Её глаза следили за электронным табло.
— Через три остановки мы сойдём, — произнёс Иллон, глядя на дочь. — Будь готова.
53-я улица... Именно туда им нужно. Мишель вдыхала затхлый воздух метро и представляла себе улицы города, который она видела только в фильмах и клипах. Но Нью-Йорк не спешил оправдывать её ожидания.
Как только двери поезда открылись, семья вышла и направилась к выходу. Подземные коридоры были шумные, пахло смесью бензина, канализации и кофе. А когда они поднялись наверх, солнечный свет резко ударил в глаза. Был жаркий июльский день. Ветер был горячим, но пронизывающим, как из вентилятора. Город кипел. Мишель прикрыла глаза рукой, оглядываясь.
Рестораны выстраивались вдоль улицы: корейские, китайские, тайские. Кто-то кричал на углу, кто-то ругался:
— Move your ass, lady! — выкрикнул мужчина, проходя мимо на самокате.
— What the hell is wrong with this cab?!
Это был Манхэттен. Здесь никто не извиняется, и никто не ждёт. Каждый занят только собой.
Светофор на второй авеню . Мишель стояла, ожидая зелёного сигнала. Она была одета в серые широкие брюки, а сверху — чёрная футболка с надписью «manifest», заказанная с китайской Temu. Она выглядела скромно на фоне остальных — вокруг были шорты, топы, открытые спины, солнцезащитные очки с цветными стёклами. Никому не было дела, кто как выглядит. Но только не Мишель. Она чувствовала взгляды, которых, возможно, даже не было.
— Если я так оденусь, на меня странно посмотрят, — подумала она.
Проехала полицейская машина, завывая сиреной. Словно город снова просыпался с криминальными хрониками. Может, очередная кража. Может, снова кто-то сбежал из под стражи. Мишель заметила желтый школьный автобус.
— Зачем летом школа? — шепнула она сама себе.
На улицах не было ни одной кошки. Ни одной. Зато собак — сколько угодно. Бульдоги, пудели, шпиц. Каждая с поводком, каждая с хозяином.
— Одни только собаки тут, — прошептала она.
Светофор на 1-й авеню. Мишель снова ждала. На противоположной стороне стояла группа девушек, человек шесть. У каждой — свой музыкальный инструмент: скрипка, гитара, виолончель. Видно, что они из музыкальной школы. Они смеялись, обсуждали что-то бурно. У них было что-то общее: стиль, энергия, свобода.
— Мне тоже хочется иметь таких друзей... Но кроме Мирабель у меня никого нет. Да и она редко обо мне вспоминает.
Она пересекла дорогу и оказалась на улице дипломатов. Именно здесь находился штаб-квартира ООН и работа её мамы в UNICEF. Семья остановилась у скамейки, где сели передохнуть. Мишель оглядывалась. Высокие здания возвышались, словно стражи. На одном из них была надпись: «Иди туда где нет выбора вернуться обратно». Она читала её несколько раз, словно это было послание.
А рядом — другое здание. Та же фраза, но добавлена подпись: «Если нужна помощь, я могу вам помочь— Джеймс Бэлл.» И телефон: +128958051.
Мишель не знала, кто это. Психолог? Коуч? Человек с прошлым? В любом случае, его послание застряло в её голове.
Справа толпилась группа людей у бара с неоновым названием «Pink Fantasy». Она прищурилась.
— Почему именно в этом баре столько людей? — подумала она. Но моргнув, поняла — никакого бара нет. Ни толпы. Ни неоновой вывески. Всё это было в её голове.
Она села на скамейку. Маленький городской парк был устроен скромно: фонтан, несколько лавочек, бабушка в очках писала в блокноте. Старики обсуждали чемпионат World Cup, который недавно прошёл в Нью-Джерси. Надпись на здании рядом: «74,000 soft floors. 866 unp.com».
И хотя Нью-Йорк поначалу показался ей тошнотворным, с мусором, шумом и бездомными, Манхэттен пробуждал в ней что-то новое. Она ощущала лёгкий прохладный ветер, словно он приносил надежду.
Мишель надела наушники. Включила любимую песню «Doubt» от 21 pilots. Музыка заполняла её душу, уносила в параллельную вселенную. В мечту. Где она — режиссёр. Голливуд. Netflix. Лос-Анджелес. Камеры. Премьеры.
Музыка — это всё, что у неё было. Её спасение. Её тайная дверь.
— Хочу снова пойти на Таймс-сквер... Но одна. Без семьи, без родителей. Я люблю людей, люблю вечеринки, но я — интроверт. Мне нужно одиночество. Нужно место, где я просто могу быть собой.
Папа кричал по телефону. Громко. Неловко. Люди оборачивались. В Америке так не принято. Мишель опустила глаза — стыдно. Стыдно за шум. За чужую культуру, которую они несли в незнакомый город.
К Сэму подошла чёрно-белая собака. Она лизала его ноги, весело виляя хвостом. Сэм хихикал, высунул язык. Мех прилип к одежде Мишель, ветер подхватил его.
— В Париже была похожая собака... Она украла у Сэма колбаску, — вспомнила Мишель, улыбаясь.
— Я хочу найти здесь друзей...
Millennium Hilton возвышался неподалёку. Роскошный отель. А напротив — UNICEF, работа мамы. И тут повсюду корейцы. Кругом. Как будто не Нью-Йорк — это просто ещё один Сеул.
И всё равно — Манхэттен стал для неё особенным. Он открыл её фантазии. И дал ей право мечтать.
Астория. Вечер.
Мишель остановилась у дома. Теплый свет пробивался из окон — её семья уже была внутри. Но она не двигалась. Её взгляд был прикован к дому Карсонов.
Из полутемной веранды вышла Дейзи. Та самая. Или... не та?
Дейзи (спокойно, глядя прямо в глаза):
— Мишель, очнись. Ты меня путаешь с кем-то другим человеком. Меня на самом деле... нету тут.
Мишель молчала.
Молчали не только губы, но и всё внутри.
Дейзи:
— Мишель...
— Мишель...
— Мишель...
Имя эхом разносилось в голове. Бесконечно.
Раз...
Два...
Сто...
Тысячи раз.
Она не слышала голос.
Она видела, как человек перед ней растворяется.
Будто несуществующий силуэт.
Сначала стали размываться черты, потом исчезали руки, плечи, лицо...
И через мгновение никого не было.
Пусто.
Мишель (мысленно):
«Может, всё, что я вижу — это моя фантазия?.. Может, и правда тут нет ни Карсонов, ни Андерсонов… ни Миры?..»
---
ПОЗЖЕ. ДОМА.
Мишель открыла глаза. Она лежала на диване. Тот самый диван, где обычно засыпала с Мирой.
Рядом — Мира, Дени, Леонора.
В комнате — тишина, напряжённая и трогательная.
Дени (тихо):
— Ты в порядке?..
Мира (встревоженно):
— Мишель… ты нас напугала…
Леонора (присев рядом, взяв за руку):
— Мишель, милая… ты в норме?..
Мишель лишь смотрела. Не мигала.
Словно пыталась понять, что — реальность, а что — призрак разума.
---
НЕМНОГО СПУСТЯ.
Леонора отвела Миру и Дени на кухню.
Леонора (серьёзно):
— Ребятки… Я на вас полагаюсь.
Попробуйте придумать что-то, что отвлечёт Мишель. Какой-нибудь кружок, хобби… куда-то сводите, увлеките.
Хоть на время… но пусть она вырвется из этой тьмы.
Мира и Дени (в унисон):
— Хорошо! Мы всё сделаем.