Глава 11. Добрая злая богиня.
Прошло не мало времени. Боты воссоединились, и наконец, Клиффджампер лежал на блоке подзарядки и приходил в себя.
– Опять эта еретичка, и тут свой кредит умудрилась вставить, – раздражённо сказал Неотроп, узнав о ситуации с двигателем и кораблём.
Скай, милая фемма-кузнец с восторгом осматривала корабль. Она таких ещё не видела. Вокруг неё весело бегали миниконы, как дети возле матери, вернее старшей сестры. В голову пришла странная мысль: а что если эта планета живое создание? Миниконы появляются из капсул в пещерах планеты под землёй. Может планета и есть та мать, о которой говорили малыши. Да и Оптимус сказал что-то про Хаос.
Саундвейв напрягся и продолжил работать с двигателями. В его груди сегодня как-то странно покалывало. Было не то что бы больно, скорее неприятно. Должно быть какая-то грязь попала в неё через топлев-передающую трубку, когда Саундвейв дал автоботу немного своего глубинного энергона. Если верить Неотропу, сидящему в окружении двух ботов-охранников, то напавшая на них фемботка пробила искру, Клиффу. Удивительно, что он остался в живых. Будто что-то или кто-то не дало ему умереть.
В прочем это могло быть обычное переутомление. Десептикрн не уходил в офлайн уже продолжительное время. Даже кассетники начали волноваться. Бот примерно рассчитал, насколько будет продуктивен его труд, если он продолжит в том же духе, и результаты оказались неутешительные. Однако, если он отключится сейчас, то высока вероятность, что он проснётся через 3 звёздных цикла, а это крайне нежелательно.
Вечерело. Работы было непочатый край, но деталей не хватало. Саундвейв поднялся и побрёл к Скай в надежде, что она сможет помочь. Фемма скромно сидела на бревне и грустно смотрела га нечто в своих руках. Она что-то пела. Бот узнал Древнекибертронский и задумался, а что, если фемма перед ним может быть намного старше, чем кажется.
– Ещё один, – тихо сказала она на древнем языке. – Ещё один родился без брони... несчастный малыш...
Мех не понимал, о чём идёт речь, пока не посмотрел, кого она держит. Саундвейв удивился. Это был маленький человеческий ребёнок. Такой же как те, которых миниконы выбрасывали в фиолетовую жижу. на теле в некоторых местах торчали куски металла. Они выглядели так, будто были вживлены в тело, были его частью.
– Я так устала видеть, как они умирают толком неродившись, – сказала Скай. – Я снова и снова пытаюсь помочь, но ничего не выходит. Вновь и вновь рождаются те, кто просто не может выжить в этих условиях... Чья в этом вина?
– Люди слабыми, – сказал Саундвейв на древнем языке. – Таков их удел.
– Вы знаете мой языка? – удивилась та.
– Мои знания ограничены.
– Не знаю, что такое «люди», но если Вы называете миниконов людьми, то Вы не правы. Миниконы сильны. Опасно сильны. Поодиночке они мало чего могут сделать, но когда они вместе... когда они объединяются с трансформерами, силы последнего значительно возражают, а представьте, если их будет двое или трое.
– Не вижу связи миникона и органиков, – бот указал на мёртвого мальчика.
– Связь прямая, – она указала на миниконов. – Миниконы рождаются в пещерах, в защитных капсулах. Они похожи на этого мальчика по началу, а затем в капсулы поступают металлические частицы и энергон, которые видоизменяют и кибернезируют эти создания в миниконов.
Пазл не складывался. Пауки вкладывали искры в капсулы, а в тех каким-то образом по такой логике должны появиться люди и медленно принять облик миниконов. Откуда вообще взялись эти искры в пещере, почему они такие маленькие и какого шлака из искры появляется человек? Об этом он спросил Скай, на что та ответила:
– Если я попытаюсь тебе обяъснить, ты не поймёшь. Лучше спустись в пещеру и спроси сам... Ты умеешь читать мысли, я знаю. Так что ты сможешь Её понять. А я лучше похороню малыша...
Она встала и ушла. Саундвейв пожал плечевыми сочленениями и направился в одну из пещер, забыв о корабле. Отсутствие офлайна, действительно на пользу ему не пошло.
***
– Ты снова здесь... что привело тебя на этот раз, кибертронец? Ах, я знаю... любопытство...
Саундвейв вновь почувствовал покалывание в искре. Оно было очень неприятным. Оно стало сильнее.
– Зерно зреет... Скоро оно пустит корни... Интересно, что выйдет из него...
Саундвейв ничего не понял. Какое ещё зерно? Бывший связист заметил паука. он подошёл к меху, хромая. Одна из ног была погнута. Бот опустился и, взяв того за лапу, вернул её в исходное состояние. Пауку это не понравилось. Он начал царапать десептикона своими острыми лапами, пока не был отпущен. Саундвейв заметил искру, выпавшую из брюшка паука. Она была маленькой, но меньше её оказалось нечто внутри... это нечто похожее на эмбрион. Так вот как появляются люди вкапсулах. Осталось понять, откуда берутся эти странные искры и как они работают.
– Мне нравятся органические существа... особенно те, что походи на кибертронцев. Напоминает о временах, когда Праймус видел во мне не только угрозу...
Саундвейв посмотрел на паука. Упоминание Праймуса вызвало у него двоякие чувства. Бот не особо верил в богов или сверхъестественные силы. Однако, стало интересно, что же за существо с ним решило поговорить, раз оно знает о творце? Почему оно не причиняет вред ему и другим кибертронцам на планете?
– Ответ проще, чем ты думаешь, Саундвейв... Ты знаешь, кто я... Просто нужная мысль не приходит в голову... Тебя ведь интересуют миниконы, верно?.. Я покажу тебе, как я создаю своих детей... вернее помогаю им родиться на этот свет...
Саундвейв направился по пути, что шептал ему голос в голове. В огромной комнате, размеры которой было сложно рассчитать, на стенах, потолке и полу были яйцевидные капсул. Однако не это удивило десептикона, а тепло кибертронца на одной из стен. Бот был очень древний. Ржавчина так покрыла детали, что, казалось, стоит дунуть на них, и тело рассыпется. Саундвейв подошёл ближе и разглядел его фейсплейт, вернее шлем, напоминавший эмблему десептикнов.
– Фолен...
Из стен, сливавшихся с его стальным телом начало течь что-то фиолетовое. Вопреки законам притяжения, текла жидкость вверх, покрывая ржавое тело бота. В мгновение ока, в потухшей оптике зажёгся свет, а знакомый голос устами мертвеца продолжил:
– Его зовут Фолен... мой сын... моя последняя надежда... Ответь мне, Саундвейв, почему я не чувствую Праймуса? Что стало с Кибертроном?
– Он пал, – ответил десептикон.
– Так Вот почему моя сила растёт, а голод меня более не тревожит... Какая ирония... мне всегда хорошо, когда он мёртв, но я отказываюсь от всего и снова загоняю себя в эти оковы... Быть может, я просто дура... Я начинаю рассуждать понятиями смертных... Пытаюсь создать новых существ, хотя я не Прймус. Они вновь и вновь появляются из искры, истощая мои силы, но вновь и вновь умирают не родившись... Быть может пришла пора сменить меня и Праймуса? – она помолчала, размышляя над этим, и вдруг спросила: – Скажи мне, Саундвейв, кибертронец, хотел ли ты вернуться в прошлое? Быть может изменить что-то или пережить вновь?
Саундвейв задумался. Он многое пережил. Не мало в его истории было плохого. Счастье всегда казалось мимолётным и хрупким. Приятные воспоминания можно сосчитать по пальцам. Возможно, он хотел бы вернуться ради этих моментов, но вряд ли бы он что-то кардинально мог изменить.
Всё-таки, Саундвейв метался в своих решениях. Бот так и не определился, кто он: атобот или десептикон. После стольких лет, наверное, ему были больше близки идеи автоботов, но их взгляд на политику, поддержка совета вызывали в нём негодование. Десептиконы же явно недостойны быть во главе Кибертрона. Даже столь горячо уважаемый Мегатрон на эту роль не подходил. Возвращение в прошлое заставит его выбирать.
– Я вижу твои сомнения. Мне знаком твой страх. Тем ни менее, тебе стоит сделать этот выбор сейчас.
Саундвейв думал. Он размышлял, как вдруг он почувствовал что-то в глубине болевшей искры.
– Я тебе помогу...
Мех вдруг прочувствовал каждую секунду своей жизни после приземления на Землю. Столько событий, столько всего где-то там, за горизонтом. Саундвейв всегда был в тени Мегатрона, занимая очень наивную и детскую позицию. Бот сам отдал своему кумиру себя, дал собой распоряжаться. Бывший связист сам втянул себя в зависимую позицию, и только сейчас понимает, как же это глупо. Инфантильная позиция жизни никогда не сулит ничего хорошего. Ему было выгодно, когда за него решали всё, но лишившись свободы, он начал терять волю чувствовать и жить самостоятельно. Да, он разрабатывал стратегии, искал информацию, изучал потоки информации, но, по большей части, решение всегда стояло за лидером десептиконов, и это доходило до безумного фанатизма. Мегатрон – импульсивный, не логичный и, временами, не адекватный параноик. Саундвейв знал это, понимал, что ему нет места на троне, но продолжал ему помогать.
Оптимус прав, во многом решение Саундвейва определил тот злосчастный день на Немезиде, когда Мегатрон спас его. Только вот Прайм сказал ему, что это ложь. Из огня его вытащил кто-то другой, но кто? Зачем Оптимусу врать о таких вещах? Десептикон стал сомневаться.
– Ответ положитель... нет, я хочу сказать, что хотел бы вернуться... Я хочу знать правду...
Саундвейв говорил это от всей своей искры, своим юным и приятным голосом. Он больше не искажал его спецэффектами. Мех был перед неизвестным созданием, как на ладони.
– Мне тоже знакомо это чувство, Саундвейв... Я тоже хотела бы многое исправить... только вот, я растеряла ту силу, что позволяла мне ввергать мир в хаос без физического воздействия... Вопреки смерти Праймуса, мои силы ограничены, как-никак я лишь Бог на половину...
– На половину? Погодите... неужели...
– Я – Юникрон, полубогиня смерти и Хаоса... Смерть – основа эволюции, хаос – важнейшая часть жизни любого живого существа... Люди – моё лучшее творение, хоть и косвенное, ведь они так напоминают мне о кибертронцах... такие же неидеальные, но такие же человечные...
Я стремилась, чтобы ваши отличия были минимальны, чтобы в какой-то момент, пропасть между вами сократилась... Разве ты не думал, почему люди так на Вас похожи? Почему вопреки логике многие элементы культуры людей и трансформеров пересекаются? Праймус создал Вас по готовому шаблону, придумал тысячи ограничений и условностей, чтобы вы могли существовать, а я же заставила органику прийти к вопросу морали самостоятельно. Постепенное создание разумных органических существ позволило закрепиться им во вселенной, и теперь, когда меня не станет, они будут продолжать функционировать, а вы нет.
Трансформеры – важная часть этого мира. Праймы стояли в начале сотворения мира. Исчезновение столь фундаментальной расы плохо скажется на самом мироздании, ведь ничего не должно исчезать или появляться просто так. Только ваше существование противоречит логике мироздания. Это парадокс ломает Вселенную, потому без Праймуса вы не можете существовать.
Этот мир скоро исчезнет, и вы даже не успеете понять, что произошло. Я знаю, о чём говорю, ведь проходила это не единожды Лишь миниконы, в которых теплится тёмный энергон и моя сила, будут помнить о событиях этого и прошлых миров. Так скажи мне, хотел бы ты вернуть своё сознание в прошлое и получить ещё один шанс? В твоих системах уже течёт тёмный энергон, так что у тебя есть все шансы... как и у твоих касетнников.
– Тёмный энергон? Он опасен для кибертронцев... я должен был умереть даже от незначительного количества энергона, разве нет?
– Ты попал в одну из капсул. Твоё тело и разум изменились под действием моей воли. Это коснётся и твоих друзей кассетников. Это неизбежно, ведь у вас есть особая связь. Теперь, ты можешь перенести сознание в прошлое, но я не могу сделать это самостоятельно, без твоего согласия. Вернее, могу, но не хочу.
– А как на счёт Клиффджампера?
– Он отказался. А ты? Не придумал?
– Нет.
– Тогда есть ещё кое-что, что ты должен сделать...
***
Саундвейв активировал свою оптику. Он медленно поднялся, ощущая помутнение в главном процессоре, будто он несколько дней лежал в стазисе. Он провёл анализ внутренних систем и обнаружил нечто странное и пугающее. Рубец на искре. Это повреждение появляется только в одно случае... Десептикон резко поднялся тут же сел на место, поскольку резкая встряска вызвало кратковременный сбой в оптике, из-за чего в ней потемнело. Мех посмотрел на грудную пластину и увидел засохшие потёки чего-то фиолетового...
Подождав какое-то время, бот поднялся и подошёл к двери, каюты. Стоп, что? Каюты? Бот осознал, что находится на Артемиде 51. Он поспешил в медотсек, и увидел... Человека? Маленькая девочка сидела на столе Рэтчета и махала ножками, свесив их с краю. Маленькие неестественно синие глазки смотрели на кибертронца.