Старшая Школа Стемфорд.

Я всегда думала, откуда же в нем столько жестокости? Откуда берется этот яростный огонь в поистине чистых, зеленых, словно свежая трава на лугу, глазах? Откуда берется ухмылка, от которой по телу пробегает дрожь? Почему из уст его вылетают слова, способные ранить любого? Почему в воздухе вдруг застывают мельчайшие кристаллики льда, стоит ему лишь появиться на горизонте? Откуда этот холод? Эта жестокость? Эта ненависть, способная поглотить его всего полностью? Однако потом я заметила, что взгляд его наполнен не столько злостью и ненавистью, сколько болью и страданием. Когда он хмурится — значит, ему больно. Когда ухмыляется — значит, что-то беспокоит. Когда смеется — значит, хочется плакать, а когда он плачет... значит, он устал. Устал от фальши, которую ежедневно ему приходится изображать. Которой приходится дышать и жить. Он скрывает свои чувства, скрывает свои переживания. Живя с ними, он позволяет им полностью пожирать себя изнутри. И ничего он не может сделать. Ни на кого не может положиться. Он один. Один в этом мире, жестокостью которого насытился сполна. Он один, однако позволит ли он сделать шаг к нему навстречу? Пустит ли в свой одинокий мир еще кого-то, кроме своей ненависти? Сможет ли открыть двери тому человеку, которому дорог? Буду ли это я или еще кто другой, но он должен повернуть ключ, ибо тогда тьма навсегда завладеет его сознанием...

- Не надо!! Прекрати! Не надо! - кричала она, срывая голос.

Слезы уже устали стекать по щекам, казалось, будто девушка нырнула в бочку с водой или же искупалась в Ирландском море. Ее глаза опухли, и она практически ничего не видела от слез, однако слышала. Удар. Удар. И еще раз удар. Продолжив, он явно бы убил этого человека. А того она допустить не могла. Если она позволит ему стать убийцей, то как же потом сможет смотреть в эти чистые глаза? Как же потом сможет бережно держать его руку, прижимая ее к себе? Как же сможет просыпаться каждое утро, мечтая снова увидеть его хмурый взгляд, ощутить запах дорогого парфюма и прикоснуться к густым, шелковистым волосам? Она не могла допустить такого.

- ПРЕКРАТИ!!! - вырвалось из ее души.

Она дернулась с места, летя вперед. Подбежав, она обвила руками его тело, прижимаясь сзади, уткнувшись носом в его спину. Ее маленькие ручонки крепко сжимали талию парня. Она старалась удержаться, не отпустить. Неожиданно для себя, для всех окружающих - для плачущей женщины, что стояла напротив, для того самого незнакомого мужчины, что лежал на тротуаре, будучи полуживым, с окровавленным лицом, он вдруг остановился, замер на месте.

- Не надо! Прошу тебя, прекрати! - крикнула она, тем самым, заставляя его дрогнуть.

«Не надо! Прошу тебя, прекрати!» - кричал женский голос из его памяти, отчего сердце замирало и сжималось, словно в кулак. И он не мог пошевелиться. Так и стоял. Не шелохнувшись. Продолжая думать о нежных, слабых, женских руках, что крепко обнимали его еще тогда, около десяти лет назад. В тот день они помогли ему остановиться. Не совершить того, о чем прежде мог бы сильно пожалеть.

За несколько часов до катастрофы.

- Шах и... МАТ! - Элла со всей силой ударяет ладошкой о поверхность парты, затем поставив руки в боки и широко улыбнувшись.

Парень корчится, громко цокая. Его глаза прикованы к той самой груди, что вот-вот должна была выскочить из лифчика, показывая себя во всей красе, но, видимо, не судьба...

- Черт! Черт! Черт! - ругается Зак, всполошив свои волосы. - Ты точно жульничала! - возмущенно восклицает шатен, надувая губы и внимательно смотря на ремень своих джинс. Кажется, кому-то придется отказаться от дорогих Dussault Apparel's Trashed Denim. Парень тяжело вздыхает, поднося руки к ремню. Щелчок, дорогой бренд падает на пол, а на парне остаются лишь Frigo No. 1.

- У-у-у, - улыбается Элла, открывая шатену вид на свои до Дьявола белые зубы. Зак корчится, снова переводя вид на ту самую колоду карт, которая отнюдь подвела его сегодня. Однако это ведь еще не окончательный проигрыш? Ведь сама Элла сейчас стоит перед Эфронов в лифчике и юбке! Так что еще не все потеряно!

Как вдруг в классе появляется та самая девушка, для которой данное зрелище не что иное, как - усиленное сердцебиение и холод по всему телу. Наша героиня - Демитрия Ловато, безусловно, краснеет и бледнеет, наблюдая своего Аполлона без штанов и футболки, а именно - в одних трусах, которые, глядишь, и вскоре тоже окажутся рядом со штанами.

- О, Деми! - замечает ее Зак, поманив к себе рукой.

Девушка вздрагивает, чувствуя, как щечки начинают гореть, словно на шампуре. Она громко сглатывает, пытаясь привести себя в норму. Пускай, Деми и не может дышать, однако ноги сами срываются с места, направляясь к нему - к тому, к которому всегда придет, стоит только позвать. Она оказывается вблизи него в считанные секунды. Эфрон тотчас притягивает девушку к себе, приобнимая. Глаза Ловато буквально выпрыгивают на длинных пружинах, ускакивая куда-то вдаль, за пределы класса. Мурашки начинают пожирать все тело, будто бы маленькие букашки, а сердечко, будь оно неладно, стучит так быстро, что, казалось, даже сплетни в этой школе разлетаются медленнее (что в принципе невозможно).

- Деми, будешь моим помощником! А то эта! - восклицает парень, тыча указательным пальцем в сторону ухмыляющейся Эллы, - Совсем стыд потеряла!

Деми безостановочно кивает, сама не понимая причину, даже не слыша слов, что произносит Зак. Она слышит лишь его голос, чувствует лишь его пальцы в районе ее плеча. Этого вполне достаточно, чтобы умереть.

- Тогда еще одну игру? - ухмыляется блондинка, изогнув бровь.

- Да пожа... - парень замахивается рукой, как вдруг край его глаза улавливает появление в классе мисс "я знаю это лучше, чем ты", а именно - Ванессы Хандженс. Он замирает, оставляя руку висеть в воздухе. Девушка проходит к задней парте, однако замечает его, ненадолго останавливая взгляд и слегка усмехаясь. Эфрон опускает висевшую руку вдоль туловища, а вторую убирает с плеча Ловато, позволяя девушке снова дышать. - Да пошла ты! - фыркает Зак, нагибаясь к полу и поднимая свою одежду. Элла слегка удивляется, ухмылка, присущая только ей, спадает с лица, и пухлые губки встают в позу "недоступность".

Зак быстренько запрыгивает в джинсы, превращаясь в приличного парня, и направляется к своему усадочному месту. Причина, по которой он оставил игру, неизвестна даже ему. Просто парню стало неуютно раздеваться в присутствии Ванессы. Ну, она все-таки... Ванесса!

Блонди провожает его взглядом "ого", затем тоже приземляя свою упругую попку на менее упругую поверхность стула. Ловато продолжает пребывать в состоянии шока, а в классе, тем временем, появляется учитель. Так то и начинается очередной учебный день в Старшей Школе Стемфорд. Доброго утречка, читатель!

***

А тем временем напротив школьных ворот, возле крепкого, высокого древа мудрости, пропитанного сплетнями и стонами, поцелуями и сексом расположилась крепкая мужская спина, принадлежавшая мистеру Стайлсу - самому темного из ряда темных этой школы. Парень стоял возле древа, и спина его опиралась прямо в его кору. О чем думал этот темных из темных, посылая никотиновый дым в свои легкие, затем извергая его наружу? Кто знает, что таилось в этой темной голове. Однако то, чем была забита голова прекрасной девушки, наблюдающей за ним, мы прекрасно знаем.

"Гарри! Гарри! Гарри! Ну, и... Гарри!" - это все, что вы найдете, посетив станцию "Мозг Лейтон". Больше там ничего нет, уж поверьте мне, я бывал(-а) там не раз.

Стоя неподалеку от него, но так, что парень находился в поле зрения девушки, а она нет, Лейтон Джонас внимательно следила за красавчиком Стайлсом. Ее мозг никак не мог выкинуть из памяти тот инцидент во дворе Стайлсовского дома. Неужели, и каменные могут плакать? Ронять слезы на землю, загребая их рукой? Неужели, лед может гореть, а огонь может потухать, пускай лишь на миг. Но потухать?

Все эти мысли могли быть вечны, однако девушка откинула их прочь, как только знакомая женская фигура появилась возле Гарри. Это была Клер. Как только женщина остановилась напротив парня, тот сразу скорчился и громко цокнул. Из своего "убежища" Лейтон не могла ничего расслышать, однако и так было понятно - Гарри был зол, а Клер расстроена. Женщина пыталась что-то сказать, но парень и слышать ее не хотел. Взмахнув руками в воздухе, он что-то крикнул, затем резко оттолкнувшись от древа, направился прочь от нее. И пускай Клер звала его, кричала, стоя возле ворот, но парень все же не обернулся, продолжил идти, все больше хмурясь, все сильнее сжимая руки в кулаки. Лейтон видела, как печальны стали глаза мачехи, как тяжело вздохнула она, прежде чем медленно развернуться и отправиться прочь от места, где ей нечего ждать, не на что надеется.

Такой вот он был. Недоступный. Одинокий. Чужой. Для всех и для самой Лейтон.

***

- Ну, и как там твоя свиданка? - спрашивает шатен, ухмыляясь, облокачиваясь о соседний шкафчик. Брюнетка переводит на него привычный, слегка суровый взгляд, заставляя парня широко улыбнуться.

- Нормально, - грубо кидает она, захлопывая дверцу своего шкафчика и направляясь вперед. Зак также срывается с места, поспешив за ней.

- Вы уже далеко зашли? - интересуется парень.

- Точно не твое дело.

Парень усмехается, чуть ближе подходя к Хандженс и кладя руку ей на плечо, тем самым, приобнимая, придвигая к себе. Девушка резко поворачивает на него голову, останавливаясь и замирая на месте. Ее взгляд становиться грозным, а губы снова искривляются. Краем глаза шатен чувствует, каким неровным становится ее злобное и возмущенное дыхание. Взгляд Эфрона падает на лицо девушки, и он усмехается, убирая руку с ее плеча.

- Мы же пара, чего так злишься?

- Идиот, - фыркает Ванесса, затем снова отводя взгляд и направляясь вперед по коридору. Теперь парень уже не бежит за ней, лишь улыбается, глядя вслед девушки.

Как только Эфрон оказывается во дворе школы, он тут же замечает неподалеку приближающийся знакомый черный rolls royce. Данный факт начинает напрягать Эфрона, чему и способствует его немедленное продвижение навстречу данной машины. Rolls royce останавливается прямо у ворот. Парень замирает, из машины показывается мужчина невысокого роста, чуть полноватый, однако с очень тонким и острым носом. Оказавшись на "свежем" воздухе, незнакомец (для нас с вами "незнакомец") тотчас достает из левого верхнего кармана своего пиджака белый носовой платочек, тут же протерев им лицо, а затем убрав пыль с пиджака.

Максимально очистившись от летающих в воздухе бактерий, мужчина пробегает глазами по округе, словно ища кого-то. Так и есть. Замечая Зака, он улыбчиво машет ему рукой, зовя к себе. Парню ничего не остается, кроме как подойти к этому маленькому, опрятному человечку.

- Льюис? - хмурится Зак, внимательно оглядывая подоспевшего.

- Мистер Уил сказал немедля привести вас домой, - произносит незнакомец, аккуратно сложив руки вдоль туловища.

- Что происходит? - с недоверием оглядывает мужчину Зак.

- Он скажет вам все на месте, прошу, - некий Льюис улыбается, приглашая Эфрона сесть в машину. Прежде чем коснуться дверной ручки, он опрыскивает ее антибактериальным средством, заставляя шатена громко цокнуть языком.

Зак запрыгивает в машину, пытаясь усмирить свой пыл. Только услышав это имя, только представив данный образ, шатен чувствует неприязнь и некий страх от предстоящего разговора. Это точно не приведет ни к чему хорошему. Уж он то знает...

***

- Мне кажется, мой член уже забыл такую функцию, как "встать"! - громко вздыхает Луи, падая на подоконник школьного мужского туалета. В воздухе тут же повисает никотиновый дым, что исходит из "ворот рая" (так представительницы женского пола привыкли называть рот Гарри). Стайлс откидывает голову назад, соприкасаясь затылком с холодным кафельным покрытием стены.

- Что же произошло? - спрашивает Гарри, не открывая глаз.

- Эль занята приготовлением к школьному празднику, все ее свободное время уходит на вырезание сердечек из цветного картона и составление меню, в котором обязательно должен быть розовый пудинг в форме попки младенца и жареный гусь с надписью из яблок "Я люблю тебя, Святой Валентин"! - Томмо громко стукает себя по лбу, затем растекаясь по подоконнику, при этом издавая слабые стоны отчаяния.

- Праздник? - Гарри приоткрывает глаза, переводя взгляд на друга.

- Да! День всех влюбленных, будь он неладен, - цокает Луи, - Такое ощущение, что все эти парочки для нее важнее, чем я и мой Томмо Младший! - Томплинсон приподнимается, усаживаясь на попу, затем доставая из кармана наручники из sexshop. - Вот, даже насилие не помогает! - вздыхает он, корчась.

- Мда... Как глупо праздновать подобный бред, - Стайлс снова закрывает глаза, полностью погружаясь в никотин и его зависимость.

- Согласен, - кивает Луи, снова громко хныча, - Сам то как? В последнее время слишком часто вижу сигарету в твоих руках. Что-то случилось?

- Нет, мне просто нравится запах никотина... - Гарри открывает глаза, смотря в окно. - Он отвлекает от всего этого... Благодаря ему даже людское гавно становится похожим на розы... пускай и с шипами, зато запах приятный.

Луи кивает, совсем не уловив ход мыслей друга. Томмо уже давно привык к минуткам философии у Гарри, поэтому просто слушает его, не вникая. Да и кто может вообще понять, что творится в этой томной голове? Еще ни одному не удалось залезть в нее, да и вряд ли когда-нибудь удастся.

***

- Познакомься, - улыбнулся мистер Эфрон, переводя взгляд в противоположный угол, в этот момент Зак почувствовал неладное, и это "неладное" он почувствовал не зря. - Это Даниэль, - он вытянул руку вперед, указывая на девушку, что вмиг каким-то неожиданным образом появилась здесь, прямо рядом с ним. Это была молодая особа, лет семнадцати. Красивая девушка - острые черты лица, выступающий подбородок, большие, голубые глаза и тонкие, словно в одну линию, губы. Острый кончик носа свидетельствовал об аристократизме. У нее была белая, словно бумага, кожа, особенно хорошо подчеркиваемая темными, каштановыми волосами, прямыми прядями спускающимися на плечи. Она стояла прямо, смотря вперед, непринужденно, твердо, словно и взгляд ее был прилеплен к одной точке. Ее взгляд - вот, что сразу поразило его, вызвало некое недоверие. Она глядела твердо, но в глазах ее читалась некая злоба, горечь, тотчас наполнившая и его сердце.

- Даниэль? - Эфрон чуть наклонил голову вправо, нахмурившись.

- Да, - ухмыльнулся Уил, поднимая на сына свой тяжелый, слегка насмехающийся взгляд. Его густые брови поднялись наверх, образуя с концами глаз острые углы. - Твоя невеста.

Зак вдруг покачнулся на месте, чуть приоткрывая рот. Его глаза наполнило непонимание, они сделались еще больше, нежели раньше, в привычном для него состоянии. Руки машинально сжались в кулаки, вблизи висков образовались капельки пота.

- Невеста? - на выдохе произнес он, хмурясь.

- Да, с этих пор... Ты должен беречь ее, - отец широко улыбнулся, переводя взгляд на девушку, которой тоже пришлось слегка приподнять уголки свои губ вверх. Ее улыбка была такой холодной, что Зак даже слегка содрогнулся. Такой она была далекой, таким далеким был и он.

***

- Ты спятил?!!! КАКАЯ К ЧЕРТУ НЕВЕСТА??!- рявкнул парень, резко ударив кулаком по столу, отчего маленькая статуэтка на нем покачнулась, едва не упав и не разбившись.

- Ее отец - мой коллега. От его вложений зависит будущее моей фирмы... - он поднял глаза на сына, сузив их, заставляя Зака насторожиться, - И твоей кстати тоже...

Парень сжал руки в кулаки, опуская полный злости взгляд в пол. Бездействие, слабость, страх перед диким зверем - все это раздражало его еще больше, нежели сами слова и поступки отца. Он ничего не может поделать. Он еще слишком слаб, чтобы перечить ему. Он не может помочь, ни себе, ни...

- Если хочешь жить в этом доме со своей матерью... - начал отец, однако сын не дал ему закончить.

- Не трогай мою мать, - сквозь зубы процедил Эфрон.

Парень разворачивается в обратную сторону, направляясь к двери. Медленными шагами он отступает назад. Снова. Он снова отступает, снова уходит, убегает. Снова поворачивается к проблемам спиной. Покидая комнату, он снова натыкается на печальные, полные тревоги и боли глаза матери. Она смотрит на него. Смотрит нежно, однако во взгляде ее читается слабость и отчаяние. Парень видит то, как зрачки ее носятся из угла в угол, поглядывая то на дверь, то на сына. Зак собирается сделать шаг, однако замечает, что женщина все глубже и глубже засовывает руку в карман своего халата. Тотчас его пронзает, он хмурится и хватает ее за локоть. Глаза женщины становятся в разы больше, и она начинает тяжело дышать, сопротивляясь. Парню все-таки удается достать ее руку из кармана. Увиденное заставляет Зака еще сильнее сжать кулаки, еще сильнее стиснуть зубы, еще сильнее возненавидеть этого человека.

- Это он? - спрашивает парень сквозь зубы, указывая на припухлость и посинение возле ее запястья. Голос его слегка отдает хрипотцой. Мать тотчас напрягается, это напряжение присутствует не только в ее взгляде, но и в небрежных, резких движениях. Женщина чуть отступает назад, слегка покачнувшись на месте и ударившись об угол локтем. Нерв дает о себе знать, и сильная боль пронзает ее в тот же миг, однако женщина словно не чувствует, не обращает на нее внимания. Ни крика, ни стона - словно уже и привыкла к этой боли. Смотря на сына, она ощущает душевное беспокойство, душевную тяжесть, которая и несравнима с физическими ощущениями.

- Сынок, - дрожащим голосом произносит она, кладя свою маленькую ладошку на его руку, - не переживай, все в порядке. Не нужно дерзить отцу, - она улыбается, так широко и лучезарно, что, пускай Зак и знает, насколько неискренна и фальшива ее улыбка, это заставляет его сердце оттаять. И он снова чувствует тепло.

***

Девушка медленно открывает дверь, тут же просочившись внутрь. Пусто. В раздевалке никого нет, да и кого она ожидала увидеть здесь так поздно? Гарри? Думала, он ждет ее? Стоит и ждет, когда она придет? Вот, сейчас откроется дверь, и он...

- Ты чего здесь делаешь? - слышится знакомый хриплый голос, заставляющий ее дрогнуть и резко обернуться, едва не упав с места.

Парень стоит прямо перед ней, голый по пояс. Судя по каплям, застывшим на его прекрасном теле, шатен только что вышел из душа. Внимательно оглядев каждую клеточку своего Аполлона, мисс Джонас тотчас покрывается румянцем с головы до ног. Ее глаза начинают панически бегать по потолку, а маленькие пальчики перебирать жесткую ткань от школьной юбки.

"Он здесь! Он со мной! Он... прекрасен!" - проносится в ее голове, однако не побуждает к действию.

Видя то, что Джонас собирается играть в молчанку, Гарри тяжело вздыхает, разворачиваясь к ней спиной и подходя к своей шкафчику. Шатен снова вычеркивает ее из списка тех людей, на которых стоит обращать внимания. Увидев этот холод с его стороны, Джонас злиться, делая шаг вперед, однако тут же останавливается, вспоминая эти настоящие, неприсущие ему эмоции, что ей удалось лицезреть совсем недавно. Она снова сожалеет ему. Снова готова на все.

- Гарри... - начинает девушка, однако на этом смелость заканчивается. Парень даже не подает виду о том, что ее слова долетели до его ушей, передав информацию в мозг. Он по-прежнему далек от нее, но Лейтон не готова сдаться, - Зачем ты делаешь это, Гарри? Я... я же знаю... знаю, что ты тоже можешь... чувствовать, - выдавливает из себя девушка, затем медленно выдохнув воздух, засевший комом внутри.

Секунда. Гарри медленно поворачивает на нее свой взгляд, чуть хмурясь и приоткрыв рот. Его глаза становятся уже, тем самым, придавая лицу более грозный оттенок. Сейчас они напоминают глаза тигра, обозлившегося на свою жертву.

- Что ты сказала? - сквозь зубы процедил парень, полностью развернувшись к Лейтон.

- Я знаю, что ты можешь чувствовать, я была там... во дворе в тот день и видела, как ты...

Однако девушка не успевает договорить. За считанные секунды парень оказывается прямо перед ней, всего в нескольких сантиметрах, впечатывая девушку в шкаф. Лейтон резко вздергивает голову, издав стон от столкновения с железной дверцей. Почувствовав резкую боль по всему телу, она на секунду прикрывает глаза, затем резко распахивая их в тот миг, когда чувствует пальцы Гарри в районе своей шеи. Парень сжимает руку у ее горла, при этом глаза его отдают яростным блеском, испепеляющим девушку. Они словно сжигают ее, пронзают насквозь. От этого взгляда она ощущает резкую боль в груди, сопровождаемую страхом. Страхом перед хищником, что так яростно вцепился ей в глотку, дабы порвать полностью.

- Г...Г...Гарри, - кряхтит Лейтон, пытаясь поймать губами недостающую порцию воздуха, однако его руки еще сильнее надавливают на ее кожу, отчего перед глазами девушки все начинает плыть.

- Не лезь в мою жизнь, - сквозь зубы произносит он, хрипя. Его слова лишь наполовину долетают да ее ушей. Воздуха становится все меньше, и девушка начинает терять сознание. Гарри по-прежнему давит на ее шею, по-прежнему не убирает руки, словно и не осознает свои действия.

- П...п... прошу... - произносит она тихо, однако этот шепот заставляет его остановиться.

Стайлс убирает руки от ее шеи, отходя назад. Девушка нагибается, начиная громко кашлять. На ее глазах наворачиваются слезы, что вперемешку с кашлем еще более усугубляет ее состояние. Лейтон корчится, хватаясь за шею. Стайлс разворачивается к ней спиной, направляясь к шкафчику. Девушка все еще стоит на месте, не шелохнувшись.

- Надеюсь, ты поняла, - спокойно произносит он, снова вонзая нож в ее сердце. Лейтон вытирает слезы с лица, выпрямляясь и вставая на ноги. Девушка смотрит на его спину, пытаясь понять, что же все-таки есть Гарри? - Я больше повторять не буду.

Шмыгнув носом, Джонас пытается сделать шаг вперед, однако оступается и падает на пол. Дикая слабость не дает шансу и пошевелиться. Услышав грохот, Гарри слегка поворачивает голову на девушку, при этом корчась и громко цокая языком.

- Какая же ты жалкая, - бросает он, затем резко захлопывая дверцу шкафа. Эти слова, словно выстрел для Лейтон, для невинного девичьего сердца. Слезы снова скапливаются в углу глаза, и брюнетка резко зажмуривается, чтобы не дать им вычесть наружу.

Стайлс разворачивается, направляясь к двери. Остановившись, он на секунду снова переводит взгляд на девушку, которую только что уничтожил, растоптал. Это зрелище не вызывает у него никаких эмоций и чувств, ничего, даже ухмылка не появляется на его лице. Пустота. Он уходит, оставляя Лейтон одну. Наедине со своими слезами и болью.

***

Сколько раз мама говорила тебе, не связываться с плохими парнями, Лейтон? Ну, ладно. Тебе говорила не мама, а брат, что практически одно и то же. Вот и получила!

- Шлюха! Шалава! Ненавижу тебя! - кричит парень, еще сильнее ударяя по лицу мужчины. Снова струя крови зависает в воздухе, снова крики женщин, пытающихся остановить это, пытающихся предотвратить цунами, свалившееся на них.

- Гарри, пожалуйста! - кричит женщина, раздирая глотку. Ее голос уже окончательно охрип, поэтому звучит очень низко.

- Это ты с ним хотела сбежать?! Хотела обмануть моего отца?!! Шлюха! Шалава! - снова удар, мужчина уже окончательно вырубился, уже не сопротивляется, - Тогда я просто убью его! Просто убью!!! - шатен замахивается кулаком, собираясь совершить решающий, последний удар, который точно убьет несчастного. Его глаза полны злости, они прожигают, стоит только на миг взглянуть. Эти глаза готовы убить, эти глаза не щадят никого. Глаза убийцы. Глаза Дьявола. Глаза смерти. 

***

После того, как шатен покинул школу, тотчас отправился на кладбище. Совсем недавно был день смерти матери, тогда ему не удалось посетить ее могилу. Он очень винил себя, ведь обязан был сделать это. Мать была единственным человеком на земле, к которой он питал нежные, искренние чувства. Да и то, порой ненавидел ее за то, что ушла, оставив его наедине с этим миром, частью которого ему никогда не стать. Просидев около двух часов возле ее надгробия, молча, не проронив ни слова, шатен направился к машине. Пускай дом - последнее место, где он хотел бы оказаться, однако отказываться от части своего наследства, оставляя все Клер, он не собирался. Парень сел в машину, отправляясь домой.

Неподалеку от дома ему пришлось остановиться. Шатен заметил одну довольно интересную сцену. Возле одного из домов, куда недавно переселился новый житель, стоял мужчина, который видимо и являлся этим "новым". Однако он был не один. Напротив него стояла Клер, это то и привлекло внимание Гарри. Парень вылез из машины, дабы получше разглядеть, проверить свои догадки. Мужчина и Клер о чем-то болтали. Он держал ее за руку, при этом смотря прямо в глаза женщины. Стайлс нахмурился, руки его затряслись. Гарри никогда не доверял этой женщине. Он всегда считал, что она лишь играет с отцом. Именно поэтому Гарри направился вперед, именно поэтому услышал то, что не должен был слышать.

- Бросай его! Бросай своего старика! - умолял мужчина, - Ты же знаешь, я всегда приму тебя!

- Нет, Бен, я не могу! - отчаянно произнесла Клер, однако по-прежнему стояла, держась с ним за руку.

- Зачем тебе он? Зачем тебе этот хахарь? Я дам тебе все! Хочешь деньги? Я дам тебе их! - продолжал настаивать Бен, в то время как Гарри был уже совсем рядом. В то время как Гарри уже во всю разрабатывал пальцы, в то время как Гарри уже был слишком зол, когда частички души, что были в нем, погасли, когда не осталось и капли света, когда полностью поглотила тьма.

- Шлюха, - сквозь зубы процедил он, заставляя Клер обернуться и вскрикнуть.

- Гарри! Это совсем не то... - однако, ей не суждено было договорить. Поздно.

Срываясь с места, он кидается на мужчину, тот даже не успевает вскрикнуть, как оказывается на земле, под Гарри. Теперь ему уже несдобровать. Нет даже шанса на спасение.

Время катастрофы.

Он замахивается, однако вдруг резко останавливается. Ее руки обвивают его тело, да так сильно, что лишают способности дышать. Маленькие пальчики скрепляются вместе, создавая что-то вроде бронежилета. Этот жилет спасет его от непоправимых последствий, от тяжкого бремя и звания убийцы. Ее нос утыкается в его плечи, она тяжело дышит, неровно и быстро, от слез. Ее глаза перестаю видеть, а уши слышать. Она просто крепко сжимает его, не позволяя совершить этот самый последний удар.

- Не надо, - произносит она, плача. Ее голос звучит очень тихо, но он все же слышит. Он слышит и опускает руку. Этот голос, этот слабый голос звучит в его ушах так же, как и десять лет назад. Он отговаривает его, оберегает, он снова не позволяет ему совершить неверный поступок. Он снова становится спасительным билетом.

- Не надо, - снова повторяет она, снова тихо, но это снова действует.

Парень опускает взгляд в землю, садясь на нее. Его дыхание становится слишком быстрым. Она продолжает держать его, продолжает оберегать. Клер резко падает на землю, закрывая лицо руками. Еще чуть-чуть и ей бы пришлось вызывать полицию. Взгляд женщины падает на полуживого мужчину, случайно попавшего в их семейную "разборку". Он никогда не верил ей. Никогда. Однако сейчас она, наконец, увидела, как сильно он жаждал ее ухода, как сильно ненавидел все, что связано с ней. От этих мыслей стало слишком больно и тяжко. Ведь она, правда, старалась. Она, действительно, надеялась заменить ему мать. Но что она получила взамен? Что же это?

***

Поднимаясь на ноги, Гарри заставляет Лейтон разомкнуть руки. Парень все еще тяжело дышит, все еще не может прийти в себя. Девушка слегка покачивается на месте, ее ноги подкашиваются, кажется, она отдала ему всю силу.

- Что же ты сделал... - тихим, неживым голосом, произносит Клер.

Стайлс поворачивает голову, глядя на живой труп. Пока еще живой. Его голову вдруг резко пронзает боль. Он хватается руками за нее, зажмуривая глаза. Кровь. Столько крови. И всему виной только он. Срываясь с места, Гарри идет вперед быстрым шагом. Лейтон тотчас направляется за ним, вдруг резко останавливаясь, когда слышит слабый женский голос.

- Спасибо, - произносит Клер, глядя на девушку добрыми, чистыми глазами.

Брюнетка кивает, затем покидая данное место, спеша вперед, за любимым. Подойдя к машине, Гарри резко раскрывает дверь, однако не успевает заскочить, Джонас хватает его за руку, заставляя обернуться.

- Ты никуда не поедешь в таком состоянии, - твердо произносит девушка, сама поражаясь своей смелости.

- Я тебе уже говорил... - еле дыша, произносит парень. Он пытается выдернуть руку, но силы вмиг покидают его, и у парня ничего не выходит.

Лейтон замечает, что лицо его бледно, а глаза тусклы. Девушка прикладывает руку к его лбу, тут же отдернув, словно обжигаясь.

- У тебя жар, пойдем, - она тянет его за собой, однако парень не двигается с места.

- Лучше отпусти меня, - рычит Стайлс.

- Нет.

- Предупреждаю в последний раз.

- Нет.

Выдыхая, Гарри резко хватает девушку за запястье и срывается с места. Он тащит ее к двери, ведущей на заднее сидение машины. Распахнув дверь, он бросает Лейтон туда, затем сам залезая следом. Девушка испуганно отползает к окну, прижимаясь всем телом к стеклу. Ее глаза расширяются, как только парень закрывает дверь. Сердце начинает бешено колотиться, неужели он...

- Я предупреждал тебя. Теперь ты отсюда не выйдешь, - ухмыляется он, пододвигаясь все ближе.

- Гарри... - шепчет девушка, тяжело дыша. Ее голос дрожит, однако это действует для Стайлса, как наркотик.

Гарри резко хватает Лейтон за ногу, пододвигая к себе. В мгновение ока девушка оказывается уже под ним. Стайлс нависает сверху, внимательно оглядывая ее, затем облизывая губы.

- Теперь ты никуда не выйдешь, - широко улыбнувшись, произносит он.

В этот миг Лейтон забывает, как дышать. Руки Гарри сдирают с нее кожанку, откидывая затем в сторону. Девушка пытается сопротивляться, но Стайлс тотчас достает из кармана что-то блестящее и серебряное, что заставляет Джонас еще шире распахнуть глаза. Это наручники (между прочим, он отжал их у Луи), в темноте они выглядят, как холодное оружие. Стайлс ухмыляется, хватая девушку за руку. Он надевает на ее руку один наручник, а другой пристегивает к креслу, находящемуся спереди. Девушка поднимает свой взгляд на Стайлса, пытаясь отговорить его, она всеми силами молит его о пощаде. Но он не слышит. Или не хочет слышать?

Стайлс накидывается на Лейтон, словно титан. Его руки мнут ее тело, заставляя издавать стоны, он вцепляется пальцами в ее кожу, причиняя боль, оставляя на ней синяки и ссадины. Девушка все еще пытается сопротивляться, однако Гарри быстро лишает ее такой возможности. Резко раздвигая ноги девушки, Стайлс усаживается между ними. Его руки оказываются в районе ее майки и тотчас разрывают ее пополам, вмиг. Лейтон вскрикивает, отчего Стайлс резко впивается в ее губы, делая надкус. Его руки начинают блуждать по ее телу, полуголому телу. Каждое прикосновение заставляет девушку покрываться мурашками, каждое прикосновение рождает новый стон, оглушающий самого шатена. Но ему это даже нравится. Он хочет, чтобы она кричала. Чем громче, тем лучше! Значит ей больно, значит, она наказана!

Руки Гарри касаются ее груди, отчего Лейтон чуть прогибается в спине. Дыхание перехватывает, она не может пошевелиться. Гарри слегка приподнимает ее, расстегивая лифчик. Звук щелчка равносилен взрыву атомной бомбы. Как только бюзгалтер оказывается где-то на переднем сидении, девушка начинает задыхаться. Пальцы Гарри мнут ее грудь, отчего она покрывается мурашками. Ярко розовые соски, торчащие вверх, манят Стайлса, и он прикасается к ним губами, заставляя Джонас вскрикнуть. Его зубы сжимаются, и девушка чувствует резкую боль в груди. Джонас закрывает глаза, дабы не чувствовать этой боли. Его язык скользит по ложбинке между грудями, вызывая тянущие, ноющие движения внизу живота и в пояснице. Девушка готова кончить прямо сейчас, однако страх периодически перекрывает это желание. Рука Стайлса спускается ниже, доходя до начала юбки. Как только его пальцы проникают внутрь, Лейтон резко распахивает глаза, закусывая губы. Она чувствует движения в своих трусах. Гарри касается ее лобка, начиная массировать его, девушка громко стонет, вцепляясь свободной рукой в его плечо. Она так беспомощна сейчас. Только он повелевает ею.

- Гарри... - тихо, изнеможенно произносит она, тяжело дыша. Но он словно не слышит.

Его руки касаются ее клитора, чуть надавливая на него, девушка снова откидывает голову назад, громко крича. Его действия становятся для нее невыносимыми. Гарри играет с нею, издевается. Она громко дышит. Ее тело полностью покрывается потом. Оно требует его! Требует Гарри! Стайлс наклоняется к девушке, оставляя на шее пару засосов. Проскользив языком по ее шее, он делает надкус на мочке уха. Его пальцы по-прежнему мнут клитор, по-прежнему создают ощущение "мнимого" секса.

- Гарри, пожалуйста... - шепчет она.

Стайлс ухмыляется. Ее стоны и молитвы возбуждают егосамого, и он решает начать настоящее наказание. Стайлс резко переворачивает девушку на живот, отчего она вскрикивает, ибо чувствует боль в руке, что прикована наручниками к креслу.

- Привстань на колени, - приказывает он, на что девушка поначалу отрицательно качает головой. Тогда Стайлс со всей силы ударяет по ее попе, и она встает, закрывая глаза от страха. Парень снимает юбку с девушки, откидывая ее в сторону. Так как пространства слишком мало, он не решается снимать трусы и просто рвет их на ней, снова заставляя Лейтон вздрогнуть.

- Г...Гарри, - испуганно произносит она.

- Ты такая не послушаная....

Стайлс ухмыляется. Лейтон слышит, как бренчит застежка на его ремне, этот звук приводит ее в ужас, ведь она девственница. Первый раз должен быть особенным, аккуратным, а не таким...

Она слышит, как Стайлс усмехается. Чувствует, как руки его ложатся на ее бедра. Девушка резко зажмуривает глаза, приготовившись ощутить боль. И она ее чувствует. Толчок. Что-то большое резко входит в нее, заставляя слезы ручьем потечь по щекам. Девушка вскидывает голову, громко крича. Гарри тихо стонет, закрывая глаза от удовольствия. Этот секс приносит удовольствие только ему, но не ей.

Лейтон со всей силы впивается ногтями в кожаное сидение. Брюнетка пытается привыкнуть к новым ощущениям, но Гарри не собирается давать ей поблажек. Новый толчок, он входит еще глубже, отчего в глазах ее мутнеет. Джонас до крови закусывает губу. Слезы градом стекают по щекам. Слыша ее всхлипы, он делает свои движения еще более резкими, дабы продлить их.

- Я говорил тебе уйти, ты сама осталась! - довольно вскликивает он, снова шевелясь в ней.

Ноги и руки сводит. Джонас словно находится под параличом. Гарри выходит из нее, затем также резко входя, отчего она снова громко кричит, опуская голову вниз. Его руки ложатся на ее грудь, начиная мять ее. Колени девушки трясутся, а бедра сильно сводит. Со временем не становится лучше. Ей по-прежнему очень больно. Слезы падают на кожаное сидение вместе с кровью. Стайлс усмехается, видя это. Он выходит из Лейтон, позволяя передохнуть.

- Прекрати... - тихо шепчет она, заставляя его широко улыбнуться.

Гарри хватает ее за руку, резко переворачивая к себе передом.

- Так, а теперь с этой стороны, - усмехается он.

Девушка с ужасом распахивает глаза, начиная громко кричать, однако Стайлс закрывает ей рот рукой, пригрозив при этом взгляд. Брюнетка замолкает, понимая, что может стать еще хуже. Хотя, куда уж хуже!

Его губы скользят по ее животу, спускаясь ниже. Она чувствует скользкий Стайлсовский язык в районе бедра. Он скользит по внутренней стороне бедра, переходя на лобок. Девушка сжимает челюсть, пытаясь унять сосущее внутри чувство. Стайлс приподнимается, снова нависая над ней. Он разводит ее ноги в стороны, сгибая их в коленях. Девушка снова перестает дышать. Ее одолевает страх. Страх перед неизвестным.

- Сейчас будет больно, - усмехается он, заставляя Лейтон покрыться холодным потом.

Гарри наклоняется ниже. Девушка чувствует что-то твердое в районе клитора. Смешок. Стайлс резко входит в нее, что приносит немыслимую боль. Джонас прогибается в спине, чуть приподнимаясь. Гарри начинается быстро шевелиться в ней. Девушка теряет голос от собственных криков. Боль. Она уже даже, кажется, привыкла к ней. Быть может, просто нет сил кричать. Сил нет ни на что. Перед глазами мутнеет. Руки Гарри со всей силы впиваются в ее ягодицы, сжимая их, оставляя памятные следы. Она уже не чувствует своих сосков, когда его пальцы слишком сильно сжимают и выкручивают их. Она не может кричать, не может издать и звука. А он все движется и движется в ней. Все мнет и мнет ее кожу. Как только девушка перестает шевелиться, Гарри со всей силы ударяет по ее попе, заставляя ее вновь оживиться.

Сейчас он демон, а она - его пленница. И разве это награда за ее любовь? Разве это то, что она хотела? Хочет ли она быть с ним? Хочет ли быть с ним, несмотря на его грубость? Хочет ли быть с ним таким образом? Нужно сделать выбор сейчас, а иначе... потом может быть слишком поздно...