Глава 39. И снова без тебя.

Сегодня утром, при входе в школу, я заметила нечто интересное. Счастливые лица студентов, подарки для близких друзей, разговоры о празднике — что ещё нужно перед новогодними каникулами?

Ещё у самого порога я увидела наш класс, особенно тех самых звёзд, сидящих на скамейке. Их улыбки сияли под утренним солнцем, ветер играл с волосами, хотя о снеге в Токио пока и не шло речи. Это редкость. Я сделала вид, что иду прямо в лобби, будто не замечаю их взглядов. Но, как и ожидалось, хитрый голос Дженнифер тут же раздался за спиной:

— Элис, доброе утро. Пойдём к нам, поговорим.

Оказавшись среди них, я не чувствовала ни дискомфорта, ни интереса. Уже привыкла — в первые дни, было точно так же. Дженнифер взглянула на ребят:

— Как собираетесь праздновать Новый год?

— В Киото поеду. Родители давно хотели именно туда, — ответил Ник, небрежно пожав плечами.

— О нифига, традиционный Новый год, значит, — улыбнулась Дженнифер, облокотившись на скамейку.

Я заметила, что Лауры нет. На вопрос о ней, ребята ответили, что она с Миленой возится. Дилан спокойно прокомментировал:

— В последнее время Лаура сильно занята, работает не только с Миленой, но и с другими девятиклассниками — создаёт мангу. Думаю, ей нужна поддержка.

— А ты, Элис? Как планируешь праздник? — спросил кто-то.

— Как все японцы. — Я ответила просто. Вдаваться в подробности — не мой стиль. Но чтобы не выглядеть отстранённой, решила задать встречный вопрос:

— Дилан, а ты?

Он сначала замолчал, будто стеснялся, но всё же ответил:

— Мы должны были поехать в Чикаго к родственникам, но я решил остаться в общежитии с Кеном и Харукой. Будем тренироваться — нельзя подводить команду.

Дженнифер достала из сумки небольшую картонную коробочку.

— Ребята, вы все подготовили нэнгадзё?

Я посмотрела на коробку и непонимающе нахмурилась:

— Если честно, даже не знаю, что это...

Лицо Ника исказила едва сдерживаемая ухмылка, прикрываема рукой:

— Нэнгадзё — это новогодние открытки с пожеланиями. Весь день ученики анонимно кладут их тем, кому хотят. Обязательно.

Ребята улыбнулись, вспоминая прошлые годы.

— Помню, как Дилан раздавал открытки на отвали, а Дженнифер всю ночь портила маникюр, делая их половине класса! — рассмеялся Ник.

— И всё равно больше всех получал Дилан! — добавила Дженнифер с наигранным возмущением.

— Краш всех девчонок всё-таки! — подмигнул Ник.— Харизматичный тип, не правда ли?

Я наблюдала молча, периодически улыбаясь. Только Дилан, похоже, замечал, что моя улыбка не настоящая. Его взгляд читал меня, но у всех здесь есть свои маски, с этим я смирилась. Даже у него есть своя маска, если верить слухам у него строгий отец и очень ласковая мама, они любят друг друга, но не сына. В связи с этим, он живёт в общежитии. По правде, он больше из них, любит свою младшую сестру. Что очевидно для него. В школе мало что известно о его семье, он всегда пытался её скрыть.

Я улыбнулась. Уже собиралась уходить.

— Пойду, найду Мику Сато

— Лаура тебя тоже искала. Увидимся на уроке, — крикнули мне вслед. В последнее время Лаура часто ко мне подходила. А вот Мика — милая, общительная, но слишком легкомысленная чистокровная японка, что редкость для школы. Такие люди не имеют мотива, а я всегда ищу его. Мне это нужно, чтобы просчитывать ходы других. Но, она на мои цели не повлияет.

Как только я вошла в здание, вместо звонка заиграла новогодняя музыка, наполняя школу атмосферой праздника. Проходя по коридору, я увидела Лауру с коробками.

Мика болтала позади, но я не обратила внимания. Лаура, как и ожидалось, попросила о помощи. Мы пошли вместе на урок японского.

— Какие планы на каникулах? — спросила она.

— Ну, в Париже я уже была. Хочу встретить Новый год с друзьями. Только вот Дженнифер — в Нью-Йорке, Николас — в Киото, а Ева, кажется, в Хиросиму. Мы с ней не так близки, неизвестно мне о её планах. — в голосе прозвучала легкая грусть.

— А Дилан будет в общежитии с Кеном и Харукой, — добавила я.

В течение дня я получила множество нэнгадзё, что удивило. Даже после всего, что было в начале, многие решили порадовать меня. Некоторые открытки были анонимны. Но всё же, несмотря ни на что, внутри жила капля надежды, что одно письмо будет от брата.