Крышесносная смесь
Колеблющиеся от легких порывов вечернего ветра, снежные кристаллы покрывали белоснежную поверхность своими блестящими телами. Темное пространство зимних сказочных мерцаний дальних фонарей было пронизано морозными нитями, блеском замерзшей воды под ногами и неловкостью между двумя молодыми людьми. Хруст ломающихся снежинок с каждым шагом становился все более осязаемым. Или же это ломалась непоколебимость брюнетки, в нос которой ударил теплый аромат терпкого парфюма голубоглазого юноши. Девушка позволила себе краем глаза полюбоваться скалой на фоне ночного города - крышесносная смесь. На взъерошенные черные волосы ложились крупицы снега, кожа на щеках и кончике носа немного порозовела, а глаза налились хрустальным блеском и казались бездонными. Сильные мужские плечи в черной коже порывисто поднимались, пока спортивные ноги в грубых ботинках шагали по белому ковру. Терять голову от Ролана Лойта вполне свойственная для Виты занятие в последние дни, о котором она никогда не признается.
Холод покалывающими прикосновениями гладил кожу. Ветер поддувал, равномерно распределяя снежные молекулы. Ветки деревьев, черной паутиной вились вокруг ярких фонарей. Мелкие огоньки развешанные на столбах, окнах, заборах и вывесках гроздями снятых с небес звезд поблескивали в темное время дня.
- Обожаю зиму. - Раздается мужской голос где-то в глубине моих раздумий.
- Потому что снаружи так же холодно, как и внутри? - Шучу я, причем кажется глупо.
- Возможно, я никогда не задумывался. Просто нравится и все. - Спокойным тоном говорит голубоглазый, смотря прямо перед собой, в то время как я в суете пыталась найти подходящий ответ среди хаотичных мыслей.
- Зима...поистине сказочное время. Вокруг столько волшебства, добрых улыбок, вкусной еды, посиделок с семьей. - Восторженно говорю я, бегая глазами по украшенным улочкам.
- Да. - Сухое согласие сигнализирует о том, что разговор не особо клеиться. Мы подходим к небольшому ограждению, за которым словно на ладони открывается вид на ночное превосходство города. Домики, будто рассыпанные детали лего, лежали на изрезанной дорогами земле. Горящие огни ночной жизни подобно созвездиям на водной глади извиваются и собираются в разные фигуры. Несколько людей, любуясь красотой стояли поодаль от нас. Захватывающий вид побуждает меня потянуться к камере, которая висела на шее, прячась под теплым шарфом.
- Это твоя камера? - Осматривает приборчик в моих руках Лойт.
- Да, мой верный друг. - Улыбаюсь я, щелкая кнопочкой несколько раз.
- Давно ты фотографируешь?
- В общей сложности с девяти лет. Но были периоды, когда я вообще не прикасалась к камере.
- Почему?
- Не было желания, - дергаю плечами, рассматривая вещь в своих руках. - Хочешь? - Протягивая камеру в сторону парня, приподнимаю брови.
- Фотографировать? - Удивляется юноша.
- Да. - Меня веселит его реакция.
- Я ни разу не пробовал....
- Ну же, мистер Лойт, где ваша самоуверенность? - Дразню парня я. В ответ на это Ролан ухмыляется, протягивая мне руку. Вкладывая в широкую ладонь пленочный фотоаппарат olympus, чувствую обжигающее тепло его кожи, от чего шестеренки внизу живота начинают двигаться. - Просто наведи камеру на то, что хочешь сфотографировать и щелкни на эту кнопку, - потягиваясь, чтобы показать как пользоваться камерой, приближаюсь к Ролану, ловя нагревающееся напряжение между нами. Его довольное лицо находится в небольшом расстоянии от моего, из-за чего на щеках начинает плясать смущение.
Пока юноша с горящими голубыми глазами осматривает вид перед ним, настраивая объектив под лучи своего скрытого таланта, я любуюсь его сосредоточенным выражением лица, которое ускоряет пульс своей суровой серьезностью. Брови немного хмурятся, губы сжимаются в полоску, щеки покрываются румянцем холода. Решаю отвлечь себя от любования прекрасным глыбой, задавая вопрос.
- Какое у тебя самое яркое воспоминание из детства, связанное с зимними праздниками? - Поворачивая голову и с интересом осматривая серьезную тучу, который хмурит брови, раздумывая над ответом.
- У меня н...
- Такого не может быть! - Угадывая ответ молодого человека, протестую я. Глубоко выдыхаю, замечая пар.
- Расскажи о своем. - Бездонные глаза, ставшие темнее ночного неба, зажглись интересом. На их поверхности отражались все огни нашего города, словно созвездия на неспокойной глади Северо-Ледовитого океана. Вохдух задерживается в легких, пока по спине прокатывается странное ощущение.
- Когда мне было девять, - после недолгого молчания начала я, - мне подарили мой первый фотоаппарат. Мне так сильно его хотелось, что когда он оказался в моих руках, можно сказать, что я обезумела. - Теплая улыбка разливается на моем лице, как глазурь по праздничным пряникам. - Мы тогда часто переезжали, что мне совершенно не нравилось, ведь друзей у меня не было, кроме камеры. Я старалась сохранить воспоминания о тех местах, где мы жили, фотографируя все, что вижу. - Кладу подбородок на опирающуюся на подмосток руку, утопая в аромате зимнего какао и воспоминаний, совершенно забывая про моего притихшего слушателя. - После того, как мы покидая один дом, заселялись в другой, я устраивала фотовыставки для своих родителей, представляя себя известным фотографом. Так мне казалось, что постоянная смена жительства нужная жертва для моего творчества. - Задерживаю взгляд на мерцающем в дали огне, карабкаясь между стенами лабиринта памяти. - Благодаря отцу, я стала считать себя действительно классным фотографом. Он так радовался каждому моему снимку, что я старалась совершенствоваться. Но потом... - Я запнулась, когда грустившая любовь к родному родителю проткнула сердце иглой.
- Потом? - Оживился голубоглазый, с интересом смотря на меня. Однако в глубине его глаз блестело что-то еще...Пытаясь рассмотреть, что именно, я спугнула его взгляд.
- Потом я...я...я стала интересоваться тем, кого это быть по сторону.
- По ту сторону? Тебе захотелось нарушать закон?
- Ахахахаха... - В хрустальном морозном воздухе звучание моего смеха казалось громче, чем обычно. - Нет. По ту сторону камеры. Но, к сожалению, я не создана для этого. - Как только мои плечи дергаются в неуверенном рассуждении я слышу щелчок камеры. Поворачиваю голову, ловя лукавую улыбку глыбы за объективом. - Эйй!
- Что? - В голосе чувствуется самодовольство, пока я с сердитым видом пытаюсь вернуть свою вещь. Мои попытки нельзя назвать удачными: стараясь дотянуться до камеры, я сначала сержусь, слушая симфонию нажимающейся кнопки, а потом утопаю в бархатистом смехе юноши, начиная улыбаться сама. Скала, словно маленький ребенок, игрался с новой игрушкой, светясь подобно елке. Наблюдать за действиями парня было сплошным удовольствием, но в какой-то момент я вспоминаю, что прицел его курка, который я вложила в мужские ладони по собственной воле нацелен на меня.
- Перестань! - Нужно быть сердитой. - Я не разрешала тебе меня фотографировать.
- А мне и не нужно разрешение. - В своем стиле сказал скала, осыпая меня щелчками камеры со всех возможных ракурсов. На какой-то момент меня обняла неуверенность в себе и я стала чувствовать как обостряются все мои комплексы, закрываясь от Ролана рукой.
- Прошу тебя, хватит!
- Рокс, - горячая ладонь хватает мое запястье, опуская его. Голубые глаза впиваются в мои, серьезностью намерений, что немного сбивает с толку и без того через раз функционирующий мозг. - Ты даже не представляешь насколько ты красивая, особенно сейчас. Здесь. Передо мной. - Эти слова полностью лишают меня возможности здраво думать. - Не нужно прятаться. Я уже заметил тебя. - Лойт нежно раздвигает свои пальцы по всей ширине моего запястья, слегка поглаживая, согревая жаром своей кожи. Этот жест кажется милым и немного интимным, от чего я перестаю дышать. - Мне так нравится, когда ты такая. - Притягивает к себе ближе, вкладывая мне в руку olympus.
- К...ка...какая? - Охрипшим от растерянности голосом спрашиваю я.
- Очарованная мной. В такие моменты ты такая милая. - Самодовольно выговаривает мятное дыхание скалы, что ненадолго меня отрезвляет.
- Только ты можешь все испортить своей напыщен....
- Я хочу, чтобы ты была рядом, Рокс. - Моя жалкая попытка выкрутиться из под его чар, словно комета разбивается о поверхность Луны. Эти слова и налившиеся космическим превосходством красоты мерцающих звезд глаза заставляют мою голову пойти кругом, в противоположную сторону. - Если ты хочешь парить себе мозг и считать нас друзьями, то это твое право. Но ты нужна мне. Просто рядом. - Говорит настолько искренне, держа меня в кольце сильных рук, пока сердце бьется в конвульсиях. - Может ты и правда план вселенной, чтобы проучить и наказать меня, но черт.... я в восторге от этого.
С посеревшего неба начинает срываться снег, осыпая нас сверху, словно двух пряничных человечков сахарной пудрой. Я поднимаю глаза вверх, устремляя глаза в небо, позволяя кристаллам мерзлой воды сыпаться мне на лицо в надежде, что это поможет справиться с тем жаром, что пышет сейчас внутри.
- Ты говоришь это сейчас....зачем? - Тихо спрашиваю я.
- Я не могу больше держать это все в себе. - Трезво отчеканивает каждое слово, вводя меня в еще больший ступор.
- Но я не знаю... - Мой голос звучит еще тише. - Мне страшно. - Больше для себя озвучиваю свои мысли я, но у парня отличный слух.
- Мне тоже. Ты даже представить не можешь в какой панике от всего этого нахожусь я.
- Я...я...я...
- Нет. - Палец Лойта ложится на мои губы, смыкая их. - Ты можешь ничего не говорить сейчас, я подожду. Просто знай, я нуждаюсь в тебе. - Глубоко выдыхая, киваю, давая хоть какую-нибудь реакцию, иначе можно подумать, что я потеряла сознание. Хотя, будучи честными, я близка к этому. Удовлетворившись ответом, голубоглазый убрал палец с моих губ, цепляясь прикосновение кожи за них. От этого по моей спине начинают бегать мурашки. Его теплая рука гладит мою щеку, а я готова замурлыкать, точно кошке. Поднимаю трепещущие веки, утопая в ледяном водовороте беспокойного океана, захлебываясь и стремительно идя ко дну.
Лукаво ухмыляющиеся глаза юноши прогуливаются по коже моего лица, как по старому скверу, медленно очерчивая некоторые детали. Опасная близость его соблазнительного дыхания затягивает желание сильнее. Секунды начинают тянуться словно жвачка, прилепившаяся к парте каким-нибудь невежей школьником, пока мужская ладонь легла мне на шею, точно в том месте, где сердце подавало признаки жизни. Несколько волосинок спадают перед глазами, губы жадно приоткрываются, легкие горят от смеси холодного воздуха и терпкого аромата Ролана. Я снова не в себе.
- Ты меня с ума сводишь. - Бархатистый басс проникает в мои уши, от чего колени подкашиваются. - Я снова не в себе. - От последней фразы, меня словно током прошибает. Неужели мы чувствуем одно и тоже?
Его губы приближаются, готовясь вручить то, чего так жаждет мое марципановое сердечко. Я закрываю глаза, желая поскорее раствориться в уже полюбившемся дыхании, запахе, поцелуе этого холодного, мрачного, самонадеянного скалистого мальчика.
Однако этому не суждено случиться. Между нашими телами начинает что-то вибрировать, напоминая о том, что поцелуи под снегопадом, окруженные слоями мерцающих звезд случаются только в романтических фильмах. Резко отпрянув друг от друга, отходим на безопасное расстояние. Сбитые с толку, взъерошенные шальными фантазиями разума делаем вид, что несколько секунд назад ничего не было. Пока Ролан линейными движениями достает телефон, отвечая на звонок, я кручу в руках камеру, строя из себя великого знатока этих устройств. Глупое и забавное зрелище.
От услышанных отрывков ледяного тона глыбы на душе становится морозно. Настроение падает в тартары, варится в котле разочарования, когда до моих ушей доносится имя мисс совершенство Камиллы. Желудок сворачивается в тошнотворных позывах, когда я распознаю ноты ее пищащего голоса в трубку парню, который стоял ко мне боком, устремив взгляд вперед. Брови нахмуренны, мышцы лица сосредоточено слушают то, что ему объясняет черный металлический квадратик, ноги уверенно чувствуют себя на земле, пока рука покоится в кармане. Совершенно отстраненный, отрешенный и такой холодный айсберг в кожаной куртке и черных ботинках. Ревность колется где-то под диафрагмой, когда низкий голос произносит: "Буду через десять минут". Стараюсь не подавать вида, что я недовольна складывающимися обстоятельствами, но раздраженные глаза дают о себе знать.
- Что-то не так? - Осторожно спрашивает скала, а я готова на него закричать.
- Та нет, все в порядке. Делая пару шагов в сторону дороги к дому, - спасибо за вечер. Приятно было поболтать, друг. Не буду больше тебя задерживать.
- Но...
- До свидания, Ролан.
_____________________________________________________________________
Спешу сообщить, что я до сих пор жива! Спасибо всем, кто ждал, интересовался, читал и поддерживал мое творчество! Для меня это очень важно!
А спонсорами этой главы являются: долг перед моими читателями, разбитое сердце, осенняя меланхолия и мой недавно появившийся звукорежиссер саундтреков...да-да, ты поймешь!
Спасибо!🧡🧡🧡
С уважением,
Миель Миллс!