Глава 2. Пепел
Эли
Огонь ревел, как зверь.
Пламя пожирало металл, крыша рушилась, а в воздухе стоял запах горелой резины и крови.
Я стояла, не чувствуя ни лица, ни рук — только жар, ударяющий в кожу, и отчаянное желание броситься внутрь.
— Ян! — крикнула я, когда он шагнул ближе к ангару. — Ты не можешь!
Он не обернулся.
Схватил железный лом, сбил замок с двери.
Жар ударил в лицо. Изнутри повалил густой дым.
Эмиль рванул за ним:
— Ян, чёрт тебя возьми! Там всё горит!
— Там могли остаться люди! — крикнул Ян, перекрывая гул огня. — Наши!
Я стояла, чувствуя, как ноги дрожат. Всё внутри кричало, но тело не слушалось.
Эмиль бросил взгляд на меня — короткий, жёсткий.
— Эмиль прошу. Если он войдёт, не дай ему погибнуть.
Он пошёл следом.
Минуты тянулись, как вечность.
Я видела, как языки пламени лизали стены, как рушился металл, и вдруг — вспышка.
Огненный взрыв выбросил наружу волны жара.
Я закричала и бросилась вперёд, не чувствуя ничего, кроме страха.
— ЯН!
Из облака дыма показалась тень.
Он вывалился наружу, кашляя, с обожжёнными руками, на лице сажа.
В глазах — ярость и боль.
— Никого, — хрипло выдавил он. — Они всех увели. До того, как подожгли.
Я сжала его куртку, вглядываясь в его лицо.
Он не смотрел на меня — только в пылающий ангар, будто в пламени видел ответ.
— Это Ворон, да? — прошептала я.
— Нет, — Ян сжал кулаки. — Это кто-то, кто хочет, чтобы мы поверили, что это он.
Он обернулся к Эмилю.
— Нам нужен доступ к архиву камер. Всё, что рядом с ангаром, за последние сутки.
Эмиль кивнул.
— Я уже отправил людей.
Ян вытер ладонью копоть со щеки.
— Если Ворон был здесь... он оставил след.
Он всегда оставляет.
Я молчала, потому что видела — Ян дрожал. Не от страха. От злости, от бессилия.
И где-то в глубине я знала — этот пожар был не просто предупреждением.
Это было объявление войны.
Ян
Дом был тише, чем ожидалось.
Свет лампы мягко падал на стены, но в комнате висело ощущение густой тревоги.
Я разулся, скинул куртку, а Эли сидела рядом, аккуратно обрабатывая ожоги на руках.
Тело её склонилось над моими руками, движения точные, уверенные.
Я смотрел на неё, но мысли были далеко — ждал видео от Эмиля, знание о том, что могло произойти после пожара, висело над нами, как тёмное облако.
В этот момент телефон Эли завибрировал в третий раз.
Она вздохнула, отложила бинты, достала трубку.
— Мама... — прозвучал обеспокоенный голос.
— Эли, ты вернёшься домой? Я могу вызвать знакомых копов, они помогут найти твоего отца.
Я слышал, как внутри неё вспыхнула злость. Она сжала телефон.
— Мама, — её голос дрожал, но был твёрдым, — это бесполезно. Они безнадёжны. Всё уже слишком серьёзно.
Она отключилась, и тишина снова обрушилась на комнату.
Я чувствовал, как её сердце всё ещё бьётся рядом, когда она вернулась к обработке моих рук. Я наблюдал за каждой её линией, за тем, как пальцы двигались осторожно и точно.
Минуты тянулись. Я слышал только её дыхание и лёгкое шуршание бинтов.
— Ян... — наконец, она решилась спросить, — отец всегда был таким жестоким, чтобы выжать информацию?
Я поднял взгляд на неё, осторожно, без злости, но с тяжёлой серьёзностью:
— Эли... твой отец — человек достаточно серьёзный и жестокий. Если ему нужна какая-то информация, он не остановится ни перед чем.
Она опустилась на мои колени, ближе прижалась ко мне, и я почувствовал, как напряжение внутри нас переливается в что-то иное.
Её руки коснулись моего лица, губ, и я не устоял — начал целовать её.
Мягко, но с силой, словно хотел защитить от всего, что происходило снаружи.
Её тело дрожало под моими ласками, и я продолжал, осторожно проводя губами по её плечам, шее, ощущая её тепло и силу рукой начал сжимать её грудь,она окинула голову назад давая дорогу моим губам к её шеи легкий стон вышел из её губ,мой член уже стоял и готов был погрузится в её рай.
Но телефон снова завибрировал. Эли отдернулась, и я достал его, видя уведомление от Эмиля.
— Чёрт... — выдохнул я.
Мы с Эли включили видео.
На кадрах — пожарный ангар, пламя, дым.
Пару людей Ворона схватили наших. Они были живы, но их начали избивать пока они не вырубились.
Тот, кто поджигал ангар, повернулся к камере. На маске — нарисованная улыбка.
Я откинул телефон, кулаки сжались.
— Чёрт возьми! — проревел я.
Эли осторожно положила руку на моё плечо.
— Ян... успокойся...
Я взглянул на неё, дыхание тяжёлое, сердце горело, но её спокойствие действовало на меня как ледяная вода.
Мы медленно легли на кровать, её руки обвили меня, и наконец позволили себе заснуть, сжимая друг друга до утра, пока мир снаружи продолжал гореть, дымить и угрожать.
Ян
Утро было суровое, холодное, с запахом гари, который тянулся из ночного кошмара.
Эли спала у меня на груди, мягко дыша, её волосы падали на плечи и грудь. Я лежал неподвижно, прислушиваясь к каждому шороху за окном, к каждому движению во дворе.
Телефон лежал рядом
Я осторожно поднял руку, провёл пальцами по её плечу, по линии шеи, словно проверяя, что она жива, что рядом со мной.
Она вздохнула во сне и прижалась ближе, и внутри что-то урчало, смесь тревоги и чего-то более тёплого, сильного.
Я думал о пожаре. О тех, кого забрали люди Ворона. О том, что ночь не закончилась.
Но в этот момент мне было важно одно — Эли. Чтобы она была в безопасности, чтобы я был рядом.
Её глаза медленно открылись. Свет утра падал на лицо, но внутри её взгляд был ещё полон того шока, который оставила ночь.
— Ян... — сказала она тихо, почти шепотом. — Что мы будем делать?
Я обнял её сильнее, прижимая к себе.
— Мы найдем их. Я обещаю. Но сначала нам нужно понять, что у нас есть. Что они сделали.
Мы лежали так несколько минут, пока тишину не разрезал знакомый звук — уведомление на телефоне.
Я взглянул — незнакомый номер.
«Чёрт...» — подумал я, снимая уведомление.
Сообщение содержало видео. Я включил его на экране, и мир рухнул внутри нас.
Темная комната, едва освещённая тусклым светом. Тело её отца было связано, раны от ножа и синяки от ударов — каждая деталь выпячивала жестокость.
Крики боли, удары — всё это стекало в сердце, словно раскалённый металл.
Эли замерла рядом, ступор пронзил её тело. Слёзы текли по щекам. Я почувствовал, как её дрожь передается мне.
Я прижал её к себе, обхватив плечи, грудь, чтобы она почувствовала хоть какую-то защиту.
— Ангел... — прорычал я, гнев горячим ядром разрывал меня. — Эти ублюдки заплатят.
Она медленно приподнялась на локти, всхлипывая:
— Ян... нужно что-то придумать... скорее. Они... они его убьют...
Я провёл пальцами по её щеке, стирая слёзы.
— Я обещаю, малышка... — тихо сказал я, глядя в её глаза. — Я всё сделаю. Я не дам тебе переживать. Никогда.
Сердце стучало бешено. Я включил телефон, набрал номер Эмиля:
— Эмиль, слушай меня внимательно. — голос был твёрдый, без лишних слов. — Срочно встречаемся в баре Джека. Нам нужны все крепкие ребята, все, кто готов действовать. Те, кто может быть полезен — сволочи, которые не боятся драки.
— Понял, Ян. Я соберу людей. Будем действовать быстро.
Я отключился и посмотрел на Эли. Она сидела рядом, сжимая мои руки. Я почувствовал, как гнев и тревога смешались с решимостью.
— Всё будет, — сказал я снова, сжимая её руку. — Мы заберём его. И они заплатят.
Эли кивнула, глаза ещё блестели слезами, но теперь в них была решимость.
Я знал одно: ближайшее дни,будут длинными,но мы не остановимся, пока Джек старый упёртый болван,не окажется в безопасности, а те, кто причинил ему боль, не получат возмездия.