Глава 4
Весь вечер Даша не могла найти себе места — не сводила глаз с телефона и совершенно не могла думать об экзаменах.
А всему виной голубоглазый суворовец, который каким-то непостижимым образом забрался в ее мысли и занял там почти все место. Это чувство и волновало, и беспокоило ее... Придуманный образ снежной королевы трещал по швам, стоило ей только подумать о нем.
— Дочка, можно? — в комнату, тихо постучав, зашла мама.
Даша сложила по-турецки ноги, усаживаясь на постели и пряча телефон за спину.
— Как ты? Не сильно устала? На тебя тут столько всего навалилось: и экзамены, и турнир, и репетиции...
— Ничего, я справляюсь, мам.
Мама прищурилась и прищелкнула языком:
— Что-то в тебе в последние дни изменилось, дорогая...
Даша вспыхнула и слишком суетливо опустила ноги на пол.
— Просто я собрана и нацелена на результат, — она попыталась улыбнуться.
— А, по-моему, ты, наоборот, где-то витаешь...
— Не выдумывай, мам, — собралась было Даша пуститься в просторные объяснения, целью которых было увести разговор в безопасное русло, но в этот самый момент за ее спиной раздался характерный для входящего сообщения звук, и она выдала свое волнение, дернувшись как от удара электрошокера...
— Допустим... — с интонацией неверия добавила мама и улыбнулась каким-то своим мыслям. — На самом деле, я хотела с тобой поговорить по поводу билетов в Москву. Мы с папой предлагаем поехать через пару дней после твоего выпускного. Арендуем на три недели квартиру. И город посмотрим, и в приемную комиссию до основного наплыва сходим, и время все вместе проведем. Что думаешь?
Даша поспешно кивнула, даже не вникнув до конца в то, о чем говорила мама — настолько ей не терпелось скорее закончить их разговор и прочитать пришедшее сообщение.
— Ну, хорошо, — мама встала и пошла к двери. — Не засиживайся, послезавтра экзамен...
— Хорошо, хорошо, мам, — уже сжимая в руке за спиной телефон, ответила она.
Как только дверь за маминой спиной закрылась, Даша схватила телефон и открыла мессенджер. Сердце, совершив четверной тулуп, неудачно приземлилось и грохнулось о грудную клетку.
«Привет, Даша! Это Глеб»
«Тот самый, которому я сказала, что мне нельзя писать?» — дрожащими от волнения пальцами с третьего раза набила она ответ.
«Тот самый...»
«У меня послезавтра экзамен по алгебре. Я готовлюсь и очень занята» — включила она вредину.
«Я сегодня в библиотеке тоже готовился. Как твои успехи?» — словно бы и не замечая ее колючести, ответил он.
«Не люблю точные науки. Тоска смертная!..»
«Значит, литературу любишь?»
«Люблю».
«А поступать на гуманитарный или журналистику будешь?»
Даша в который раз за вечер подскочила на кровати:
«Как ты догадался???»
«Катя рассказала...»
«Все! Удалила контакт этой девушки из своего телефона. Она не подруга, а настоящий вражеский шпион!»
Глеб прислал улыбающийся смайлик, и Даша почувствовала, как и ее губы растянулись в улыбке.
«Я очень рад, что мы снова встретились, Даша...»
Она и сама не поняла, как ее пальцы набрали ответ и нажали на «отправить»:
«Я тоже»
Что?! Что-о-о-о?!
Ее пробила испарина. Ну что за идиотка?! А как же довести парня до ручки своим равнодушием и отказами, лишить его сна и любой радости жизни, кроме как лицезреть ее особу и только потом снизойти до ответного благосклонного взгляда?.. Взгляда! А не признания, что она рада видеть его!
Стоило уже сейчас констатировать, что придуманная ею назло киношным и книжным штампам «схема» идеальной любви на деле оказалась профанацией. Как тут удержаться, когда так хочется не то, что ответить ему благостным взглядом, а бросить все и бежать навстречу?..
Даша вздохнула, расписываясь в своей неожиданно быстрой капитуляции.
«Куда ты планируешь поступать?» — телефон завибрировал в ее руках, вырывая из размышлений.
«В МГУ».
«Это здорово».
«А чем ты думаешь после выпуска заниматься?» — не удержалась она.
«Поступать в Михайловскую военную академию. Это в Питере».
«Понятно. Мечтаешь стать военным?»
«Да, это моя давнишняя мечта...»
Даша поморщилась. На мгновение мелькнувший образ их с Глебом будущей жизни ей совсем не понравился: казармы, постоянные распределения в провинциальные городишки, ненормированные рабочие дни и долгие командировки... А как же успешная карьера на телевидении или в известном информ.агентстве? Бррр!
«Расскажи что-нибудь о себе» — написал снова Глеб, не дождавшись ответа на последнее сообщение.
«Я очень красивая, умная, успешная и самодостаточная девушка» — злорадно улыбнувшись, набрала она ответ.
«Я даже не сомневался, что мне повезло с тобой».
Даша почувствовала, как краснеет. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов и приведя дыхание в порядок, она ответила:
«Может, я шутила? А ты... Ты всегда такой прямолинейный?»
«Обычно да. Не люблю ходить вокруг да около».
«Никогда не задумывался, что кого-то это может напрягать?»
«Я думал, что людей напрягают недосказанности и поступки, не соответствующие их настоящим желаниям».
Даша фыркнула и откинула телефон в сторону. Какое-то время она смотрела в окно, переваривая слова Глеба, а потом легла в постель и укрылась одеялом с головой.
Телефон вибрировал еще несколько раз, но собрав всю свою волю в кулак, она не взяла его в руки.
Недосказанности и поступки, которые не соответствуют желаниям...
Если подумать, то почти вся Дашина жизнь именно такой и была. В школе она делала все, чтобы ее считали идеальной — первой поднимала руку на всех предметах, сама просила дать ей дополнительные задания на дом, участвовала во всех проектах школы, была вежлива и услужлива с учителями и всегда давала списывать одноклассникам. При этом она всегда держала с ними дистанцию. В танцевальной школе она тренировалась больше всех, став гордостью Агаты Олеговны и примером для подражания для других танцовщиц. Из-за этой ее настырности и постоянного желания быть лучше всех, Даше пришлось сменить трех партнеров — не выдерживали напряжения — ее требовательности и высокомерия. Единственная оценка, которую она воспринимала как должную — это «превосходно», все остальное — не про нее.
Но неужели это именно то, чего ей на самом деле хотелось?
Даша зажмурилась, отгоняя мысли, грозившие разрушить так идеально выстроенный мир ее жизни. Она должна перестать млеть перед этим парнем, который заставляет ее чувствовать себя последней лицемеркой! Выбросить его вон из головы!
Но как она ни старалась, не могла забыть прямой и до мурашек открытый взгляд голубых глаз в обрамлении длинных ресниц, темные брови, красивые губы и острые скулы, до которых ей так хотелось хотя бы разок дотронуться...
Уже утром, открыв не прочитанные вчера сообщения, она нахмурилась.
Глеб извинялся за свою прямолинейность и обещал постараться не смущать ее своими высказываниями, а еще... Еще он приглашал ее на свидание. Завтра, после экзамена по алгебре, на том же самом месте в горсаду, где они впервые встретились.