Его единственная слабость

Как же я давно тут не была! Я подправляла макияж и расчёсывала волосы, стоя на обочине. Расчесала свои длинные блондинистые волосы, подкрасила тушью ресницы, которые подчёркивали мои голубые глаза. Спустя тридцать минут я подъехала к своему старому дому. Город сильно изменился.

— А что я ожидала? Я здесь не была лет сто, — посмеявшись над собой, я достала чемоданы и сумки из багажника.

Прикинув, что донести всё за раз нереально, я махнула рукой, оставила вещи на месте и, цокая каблуками, направилась к двери. В отражении окна мелькнула моя фигура: чёрная кружевная майка, подчёркивающая то, что нужно, мини-юбка, чёрные очки и такие же высокие каблуки. Идеально.

Мне наконец открыли дверь. Дэймон застыл, уставившись на меня, как на привидение.

— Скучал? Братец! — я накинулась на него с объятиями.

— Подожди, ты... — он ткнул в меня пальцем.

— Да-а, скажешь спасибо своей подружке Кэтрин, — я отпустила его и оглянулась на гору вещей. — Помоги мне. Я к вам на ближайшие лет двадцать точно.

Я вернулась к машине, Дэймон молча пошёл за мной. Вдвоём мы затащили чемоданы в дом.

---

Мы уже сидели в гостиной. Я забросила ногу на ногу, сделала глоток виски и посмотрела на брата.

— Рассказывайте, что у вас стряслось? Я ж не просто так приехала. Почувствовала: что-то не так.

— Первородные, — выдохнул Дэймон.

— Поподробнее? — я лениво крутила бокал.

Он начал рассказывать про Клауса, проклятие, гибридов и всю эту кашу. Я слушала вполуха, когда в дом ворвался Стефан с какой-то девушкой.

— Стефан! — я подскочила и повисла на брате, расцеловав его в щёки.

Он замер, уставившись на меня теми же шокированными глазами, что и Дэймон.

— Кэт? — я перевела взгляд на спутницу Стефана. Девушка была вылитая Кэтрин.

— Елена, — поправила она с лёгкой улыбкой.

— А, ну да. Ладно, я в душ и отдыхать. Долгая дорога.

Я подхватила небольшую сумку и ушла наверх, в свою старую комнату. Всё те же обои, та же кровать. Дом пахнет детством. И кровью. Мило.

---

— Боже, Дэймон, не хочу я в ваш этот бар! — Дэймон буквально тащил меня к выходу, пока я цеплялась за перила.

— Там люди, повисимся, выпьем. И только попробуй сказать Стефану, — он закатил глаза.

Бар оказался типичным для такого городка: полумрак, стойка, местные пьяницы. Мы уселись, и я заказала виски.

— Дэймон, кого в этот раз собрался в кровать затаскивать? — я усмехнулась, но договорить не успела.

Рядом со мной возник высокий блондин. Очень высокий. Даже на моих каблуках он возвышался надо мной, как скала. Красивый, самоуверенный, с хищной улыбкой.

— В этот раз симпатяжка, — он посмотрел на меня в упор, подходя почти вплотную.

— Отойди от неё, Клаус! — Дэймон вскочил, сверкая глазами. — Это моя младшая сестра.

— Младшая Сальваторе? — блондин изогнул бровь, разглядывая меня с нескрываемым интересом. — Интересно.

Я сняла очки, медленно оглядела его с ног до головы и усмехнулась.

— А ты, значит, тот самый первородный, который рисует картинки в гробике? Дэймон, ты не говорил, что он такой высокий. Жаль, что мозги с ростом не растут.

Клаус моргнул. Один раз. Второй. А потом рассмеялся — громко, искренне, откинув голову назад.

— О, Дэймон, где ты прятал эту драгоценность все эти годы? — он снова перевёл взгляд на меня, и в его глазах заплясали опасные искры. — Ты хоть знаешь, малышка, что я делаю с теми, кто так со мной разговаривает?

Я допила виски одним глотком, поставила бокал на стойку и встала. Теперь расстояние между нами сократилось до сантиметров. Пришлось задрать голову, но я не собиралась отступать.

— Во-первых, я не малышка. Во-вторых, я знаю о тебе достаточно, чтобы превратить твои причиндалы в кубики льда, если ты ещё раз подойдёшь ко мне так близко без приглашения.

Тишина в баре стала звенящей. Дэймон замер с открытым ртом. Клаус смотрел на меня так, будто я только что предложила ему самое интересное развлечение за последнюю тысячу лет.

— Лилиан, — медленно произнёс он, пробуя имя на вкус. — Ты ведь не просто вампир, правда?

Я улыбнулась самой сладкой улыбкой.

— А ты не просто тупой красавчик. Угадал.

И, развернувшись на каблуках, я направилась к выходу, бросив через плечо:

— Дэймон, я в машине. Когда закончишь пялиться, подходи.

---

Я вылетела из бара, дробно цокая каблуками по деревянному крыльцу. Адреналин кипел в крови — чёртов первородный, чёртовы его голубые глаза и эта наглая ухмылка. Кто он вообще такой, чтобы называть меня «малышкой»?

— Лилиан!

Голос раздался прямо за спиной. Я вздрогнула и резко обернулась. Клаус стоял на крыльце, опершись плечом о дверной косяк. В свете уличного фонаря он выглядел ещё более хищно, чем в баре. А в руке у него...

Зажигалка.

Маленькое пламя вспыхнуло, когда он поднёс её к сигарете, зажатой в губах. Огонь осветил его лицо на секунду — скулы, глаза, эту чёртову самоуверенность.

А у меня внутри всё рухнуло.

Я замерла. Ноги приросли к земле. Воздух перестал поступать в лёгкие. Перед глазами поплыло — нет, не бар, не фонарь, а тот старый сарай, жар, треск досок, крик, который я не могла остановить...

Клаус затянулся, выпустил струйку дыма и сделал шаг ко мне.

— Ты чего так убежала, малышка? Я тебя напугал? — в его голосе сквозило веселье.

Я не ответила. Я смотрела на тлеющий кончик сигареты. Руки задрожали. Магия внутри меня забилась в панике, но не могла найти выход — я сама её блокировала, потому что если бы я сейчас выпустила силу, я бы либо убила его, либо сбежала, либо...

— Эй, — голос Клауса изменился. Веселье исчезло. — Ты чего?

Он сделал ещё шаг. Я отшатнулась и врезалась спиной в припаркованную машину. Сигарета всё ещё тлела. Он был слишком близко. Я видела только эту маленькую точку огня, пульсирующую в темноте.

— Убери, — выдохнула я. Голос прозвучал хрипло, чуждо. — Убери это, пожалуйста.

Клаус замер. Он смотрел на меня — не с насмешкой, а с каким-то новым, изучающим выражением. Потом перевёл взгляд на сигарету в своей руке. И до него дошло.

Медленно, очень медленно, он разжал пальцы. Сигарета упала на асфальт. Он наступил на неё носком дорогого ботинка, вдавливая огонь в камень.

— Всё, — тихо сказал он. — Нет огня.

Я судорожно вздохнула. Колени подкосились, и я сильнее вжалась в машину, чтобы не упасть. Клаус не двигался. Он стоял в метре от меня, больше не приближаясь, но и не отходя.

— Дыши, — его голос звучал странно... мягко? — Просто дыши.

— Я... — я сглотнула, пытаясь вернуть контроль. — Я в порядке.

— Врёшь, — спокойно ответил он. — Но я подожду.

Мы стояли так несколько секунд. Или минут. Я потеряла счёт времени. В голове постепенно прояснялось, паника отступала, оставляя после себя только унизительную дрожь.

— Ты боишься огня, — сказал Клаус. Это был не вопрос.

— Не твоё дело, — огрызнулась я, но голос всё ещё предательски дрожал.

— Значит, боишься, — он кивнул, словно запоминая. — Любопытно. Вампир, который швыряет меня воздушными волнами, не боится первородных, но паникует при виде зажигалки.

Я подняла на него глаза. Он стоял, опустив руки, и смотрел на меня без обычной хищной усмешки. Просто смотрел.

— Никому не говори, — выдавила я.

— Обещаю, — ответил он так легко, что я не поверила. Но в его глазах мелькнуло что-то... настоящее? — Твои секреты в безопасности, Лилиан Сальваторе.

— Лили!

Мы оба обернулись. Из бара вылетел Дэймон, злой как чёрт. Он подлетел ко мне, оттеснил Клауса плечом и встал между нами.

— Ты что ей сделал, ублюдок?

— Ничего, — Клаус поднял руки в примирительном жесте, но глаза его смеялись. — Мы просто беседовали.

— Дэймон, всё нормально, — я коснулась его плеча. — Поехали домой.

Клаус проводил нас взглядом, когда я, стараясь не шататься на каблуках, пошла к машине. Уже садясь, я обернулась. Он стоял на том же месте, освещённый фонарём, и смотрел на меня.

Я захлопнула дверь.

— Что он тебе сказал? — Дэймон завёл двигатель.

— Ничего. Просто курил, — ответила я, отворачиваясь к окну.

Но всю дорогу до дома я чувствовала на себе этот взгляд.

---

Утром я спустилась на кухню. Стефан жарил яичницу, Елена пила кофе, Дэймон читал газету — да, он до сих пор это делал, старомодный идиот.

— Выспалась? — спросил Стефан с улыбкой.

— Ага, — я плюхнулась на стул и налила себе кофе. Потом замерла.

На столе, рядом с моей чашкой, лежала пачка сигарет. «Marlboro». А под ней — записка.

Я развернула её. Аккуратный, старомодный почерк:

«Надеюсь, сегодня ты не убежишь. Н.М.»

— Лили? Ты чего такая бледная? — спросил Дэймон.

Я скомкала записку и сунула в карман.

— Ничего. Просто аллергия на некоторых гибридов.

Дэймон переглянулся со Стефаном. А я смотрела в окно, за которым уже вставало солнце, и думала: как, чёрт возьми, этот психопат узнал, где моя комната?

И главное — почему от одной мысли о его наглой физиономии у меня внутри всё переворачивается?

— Лилиан, — осторожно позвал Стефан. — Ты уверена, что всё в порядке?

— Абсолютно, — я отхлебнула кофе и улыбнулась самой невинной улыбкой. — Братец, а что ты знаешь о способах убийства первородных?