Глава 12.Подарок.
Я продолжаю баловать вас атмосферными главами!
Но не переживайте, стекло обязательно будет. Спасибо вам за такой актив, для меня это самая сильная мотивация!
______________
«Аллах не любит, чтобы зло произносилось вслух, кроме как тем, кто был притеснён»
Сура «Аль-Фатх», 4:148
Жасмин
Я поехала по магазинам с Лейлой. Шопинг нам был очень нужен.
- Уф, надо было взять больше вещей, Жаси! - возмущалась Лейла, на что я просто закатила глаза. Да, мы и вправду взяли слишком мало вещей,поэтому я мысленно согласилась с Лейлой.Хотя,новые вещи тоже нужны,правда?
Сначала мы зашли в бутик «Gucci» и провели там около 20 минут в поисках вещей и наконец нашли.Это была белая,атласная,длинная юбка.Она безупречно села на нас,поэтому мы купили именно её.Дальше пока мы шли,мы наткнулись на еще один бутик и купили там верх для юбки.Лейла взяла себе чёрный элегантный жакет,а я-пиджак небесного цвета.
Так мы купили очень много вещей,а когда мы стали голодными,поднялись на второй этаж.Там была маленькая уютная чайхана,и мы зашли туда.
Чайхана оказалась спрятанной от всего мира. Не из тех мест, куда заходят случайно - скорее туда приходят, когда устал не только телом, но и душой. Тёплый жёлтый свет мягко ложился на стены, низкие столики были украшены маленькими вазами с сухоцветами, а в воздухе витал запах свежей самсы, чёрного чая и специй.
Мы с Лейлой сели у окна. За стеклом мерцали огни торгового центра, люди спешили с пакетами, кто-то смеялся, кто-то говорил по телефону - обычная жизнь, в которой всё продолжалось, несмотря ни на что.
- Вот это место... - протянула Лейла, оглядываясь. - Здесь даже мысли становятся тише.
Я улыбнулась и сняла пиджак, аккуратно повесив его на спинку стула. В груди было странно спокойно. Не радостно до головокружения, не тревожно - просто ровно. Так, как бывает после долгой дороги, когда наконец-то можно присесть.
Нам принесли чай. Прозрачный, янтарный, с тонким ароматом чабреца. Я обхватила чашку ладонями, позволяя теплу медленно расходиться по пальцам.
- Ты заметила, - вдруг сказала Лейла, помешивая ложечкой, - как после свадьбы всё будто встало на свои места?
Я посмотрела на неё и кивнула.
- Да. Как будто пазл сложился. Не у нас... - я чуть усмехнулась, - а в жизни вообще.
Лейла хмыкнула.
- Главное, чтобы теперь никто этот пазл не начал снова разбрасывать.
Мы тихо рассмеялись. Потом молчали. И это молчание не давило - наоборот, в нём было уютно.
Я смотрела в окно, на отражение огней в стекле, и думала о том, как странно всё сложилось. Ещё совсем недавно я была полностью погружена в подготовку свадьбы, в чужие заботы, в ответственность. А теперь - просто сидела, пила чай и дышала.
Альхамдулиллях.
Когда мы вышли из чайханы, вечер уже полностью вступил в свои права. Воздух стал прохладнее, небо потемнело, а фонари отражались в мокром асфальте, словно кто-то аккуратно рассыпал по земле свет.
- Поехали домой, - сказала я, поправляя сумку на плече.
Лейла странно на меня посмотрела.
- Домой... да. Только сначала - на парковку.
Я нахмурилась.
- Мы же приехали на такси.
- Знаю, - слишком быстро ответила она. - Просто... пойдём.
В её голосе было что-то подозрительное. Я уже хотела начать расспросы, но Лейла ловко сменила тему, заговорив о покупках, о том, что мы забыли зайти ещё в один бутик, и я позволила себя увести.
Парковка оказалась почти пустой. Машин было немного, шаги отдавались эхом, а где-то вдалеке негромко гудел двигатель.
И вдруг я заметила её.
Она стояла чуть в стороне, под фонарём. Новая. Чистая. Словно ещё не знавшая дороги. Машина небесного цвета - мягкого, спокойного, такого, какой бывает у неба ранним утром.
Я замерла.
- Лейла... - тихо сказала я, не отрывая взгляда. - Это что?
Она ничего не ответила. Только улыбнулась.
В этот момент я услышала шаги позади. Медленные, уверенные. Обернулась - и увидела Хамзу.
- Ассаляму алейкум, - сказал он с лёгкой улыбкой.
- Ва алейкум ассалам... - я растерянно посмотрела на него, потом снова на машину. - Что происходит?
Хамза подошёл ближе и протянул мне ключи. Они тихо звякнули в его ладони.
- Это от отца.
Мир на секунду словно притих.
- От... папы? - переспросила я, будто не до конца понимая смысл слов.
- Да, - кивнул он. - Он сказал, что давно хотел это сделать. Просто ждал подходящего момента.
Я медленно взяла ключи. Пальцы дрожали.
- Но... зачем? - выдохнула я. - Это слишком...
- Жасмин, - Хамза посмотрел на меня серьёзно, по-братски. - Ты даже не представляешь, сколько ты сделала за этот год. Для семьи. Для друзей. Для всех. Отец видит это. Мы все видим.
Я почувствовала, как к горлу подступает ком.
- Это твой цвет, - добавила Лейла тихо. - Я сразу сказала: только небесный. Другого быть не может.
Я подошла ближе. Провела рукой по двери, по гладкой поверхности. Машина была настоящей. Не сном. Не фантазией.
- Он сказал передать, - продолжил Хамза, - что гордится тобой. И что ты заслуживаешь ездить не только ради дел и забот, но и ради себя.
Я закрыла глаза. На мгновение. Чтобы не расплакаться прямо там.
- Передай ему... - голос предательски дрогнул, - что я очень благодарна. И что я его люблю.
Хамза кивнул.
Я села за руль. Осторожно, будто боялась нарушить что-то хрупкое. Руки легли на руль - уверенно, спокойно. Как будто так и должно было быть.
- Ну что, - Лейла села рядом и хлопнула дверью. - Прокатишь?
Я улыбнулась. По-настоящему.
- Конечно.
Двигатель завёлся тихо. Машина мягко тронулась с места.
Я посмотрела вперёд. Дорога была свободной.
И в этот момент я поняла: иногда счастье - это не громкие события. А такие вот вечера. Чай. Смех подруги. Поддержка семьи. И небесный цвет, который ведёт тебя дальше.
Альхамдулиллях.
***
Я неслась со всей скоростью по гоночной трассе.
Руль в руках ощущался как продолжение меня самой, а дорога под колёсами напоминала идеальный стартовый круг Формулы-1. Казалось, вот-вот погаснут красные огни — и я сорвусь вперёд, как болид на Гран-при Монако. Сердце билось в такт двигателю, ровно и уверенно, без паники. Я жила этим моментом.
Ночной Торонто сверкал, будто трасса под прожекторами. Огни небоскрёбов тянулись длинными линиями, словно размазанные кадры на высокой скорости. Мосты напоминали пит-лейн, где нет места ошибкам, а каждая секунда решает всё. Я чувствовала себя пилотом, выходящим на чистый круг — только я, машина и идеальная траектория.
В зеркале заднего вида вспыхнули фары. Они держались на расстоянии, выверенно, точно, как будто рассчитывали каждый метр. Я улыбнулась. Так ездят только те, кто знает цену скорости. Так ездит Азиз.
Он появился рядом плавно, без резких движений, словно болиду не нужно было доказывать своё превосходство. Его машина скользила по трассе уверенно, будто он читал дорогу наперёд. Мы шли бок о бок, как два пилота на последнем круге — без агрессии, но с негласным уважением.
Я представила, как комментатор кричит где-то в голове: «Это чистая борьба, дамы и господа!»
Никаких касаний, никаких ошибок. Только скорость, ночь и город, который стал нашей трассой.
Азиз слегка прибавил ход, словно бросая вызов. Не резкий, не показной — элегантный, как обгон по внешнему радиусу. Я ответила тем же, не отставая ни на секунду. В этот момент я была абсолютно счастлива. Потому что скорость — моя стихия. А он — единственный, кто умел быть рядом и не мешать лететь.
Торонто мчался мимо, растворяясь в свете фар. И я знала: если бы жизнь была гонкой, то сейчас это был бы мой лучший круг. Без ошибок. Без страха. С идеальным соперником рядом.
Мы сбавили ход почти одновременно, словно по негласному сигналу. Машины выровнялись, окна были опущены, ночной воздух ворвался внутрь, холодный и свежий.
— Ты летишь так, будто на старте Гран-при, — сказал Азиз, не повышая голоса.
— А ты преследуешь, как будто у тебя DRS открыт, — усмехнулась я, не отрывая взгляда от дороги.
Он тихо хмыкнул.
— Ты всегда любила рисковать.
— Нет, — ответила я. — Я просто знаю свою траекторию.
Мы снова ускорились, но уже не соревнуясь. Скорее синхронно, будто ехали в одном ритме, как две машины одной команды. Ночной Торонто продолжал сиять, принимая нас в свои огни, а асфальт под колёсами казался идеальным, словно созданным для скорости.
— Красивая машина, — добавил он после паузы.
Я чуть улыбнулась.
— Небесного цвета. Ты же знаешь.
— Знаю, — ответил он. — Тебе идёт скорость.
Я не сказала ничего. Иногда лучшие моменты — как идеальный круг: их не комментируют, их просто проживают.
Мы свернули с трассы почти одновременно. Город остался позади, шум растворился, будто его выключили одним движением. Перед нами раскинулась смотровая площадка — огни Торонто отсюда выглядели иначе: мягче, тише, как будто город позволил себе выдохнуть.
Я остановилась первой. Заглушила двигатель и несколько секунд просто сидела, положив руки на руль. Сердце всё ещё билось быстро — не от скорости, а от адреналина. Как после идеального круга, когда ты понимаешь: лучше уже не будет.
Азиз припарковался рядом и вышел из машины. Я тоже вышла, запах холодного асфальта смешался с ночным воздухом. Небо было тёмным, глубоким, и где-то далеко мерцали редкие звёзды.
— Ты правда неслась, как на Формуле, — сказал он, облокотившись на капот. — Я думал, ты не сбросишь скорость даже на повороте.
— В Формуле нельзя бояться поворотов, — ответила я спокойно. — Если сомневаешься — ты уже проиграл.
Он посмотрел на меня внимательнее, будто пытался прочитать что-то между строк.
— И давно ты так думаешь?
— Всегда.
Я подошла к ограждению и посмотрела вниз. Город жил своей жизнью: машины, свет, движение. Всё шло вперёд, не оглядываясь.
— Это подарок от отца, да? — вдруг спросил Азиз.
Я кивнула.
— Он сказал, что я заслужила. И что цвет… — я чуть улыбнулась, — должен быть небесным.
— Он хорошо тебя знает.
— Он просто принимает меня такой, какая я есть.
Между нами повисла тишина. Не тяжёлая — скорее правильная. Та, которую не хочется нарушать словами. Азиз подошёл ближе, но остановился на расстоянии. Как будто знал: шаг вперёд сейчас будет лишним.
— Ты счастлива? — спросил он негромко.
Я задумалась. Не над ответом — над ощущением. Над ночным Торонто, над новой машиной, над дорогой, над этим моментом.
— Сейчас? — я посмотрела на него. — Да.
Он кивнул. Без споров. Без вопросов.
Мы простояли так ещё несколько минут, а потом я вернулась к машине.
— Поедешь? — спросила я, уже открывая дверь.
— Да, — ответил он. — Но без гонок.
Я усмехнулась.
— Обещаю. До следующего старта.
Двигатели снова ожили, и мы разъехались в разные стороны, оставив ночь хранить то, что так и не было сказано.
Конец главы.