3 глава
Как только мы с отцом пришли домой, я был искренне рад, что отец не начал разговор о сегодняшнй встрече с Дашей. Обычно меня огорчало это... Ведь отец никогда не интересовался ни моей жизнью, ни моими друзьями, иногда ради приличия спрашивал про учебу, не более того, но не сегодня. Этот инцедент - весьма смятая встреча и этот разговор, отчего-то они очень обеспокоили меня... Как отреагировала Даша? Впрочем я быстро отогнал от себя все лишние мысли и занялся домашними делами. Отец как всегда сидел на диване и с пустым взглядом смотрел в окно. Обычно по вечерам, когда можно было остаться в уединении с мыслями, он возвращался в воспоминания и все о чем-то думал... Я знал, что после сметри моей матери ему тяжело было аддаптироваться и прывыкнуть к жизни без нее, именно на этой нервной почве у него появилась недоброкачественная опухоль. Затем постановление врача и спаравка с надписью "Рак головного мозга. Третья степень.", потом химиотеррапия, шесть операций, год реабилитации. Само восстановление проходит неопределенный срок, но в седнем 1-3 года. Как сказал врач, с таким диагнозом люди больше трех лет не живут.
Папе шел второй год...
Дорогие лекарства, учеба и прочии расходы заставили меня начать работать с четырнадцати лет, как только мне выдали паспорт. По началу я раздавал листовки, клеил объявления, а ночью садился за уроки. В шестнадцать лет, когда я уже возмужал и подходил для работы с людьми, устраивался доставщиком чего-либо. Но как-только я стал совершеннолетним, то меня приняли работать в кафе "Chandelier". Это был оптимальный вариант: здание находится за городом, оно небольших рамеров, смахивающее на обыкновенную придорожную кафешку. Поэтому я был уверен, что никто из моих одногруппников не попрётся к черту на рога ради этого кафе.
Но все же одна нашлась....
Сказать честно, я был чем-то рад увидеть Дашу. Все-таки я сильно накричал на нее из-за этого теста. А причины толком не было. Моя вспыльчивость до добра не доведет...
Зайдя в свою комнату, я просто упал на кровать. Да, у нас была однокомнатная квартира, но это комната была очень больших размеров, поэтому хозяйка разделила ее на две маленькие.
Мне так было мало времени просто отдохнуть. Институт-кафе, кафе-аптека, аптека-дом. Поэтому ужин я начинал готовить ближе к одиннадцати вечера. Не скажу, что я был величайшим поваром и кашеваром, но обыкновенные куриные супчики и незамысловатые котлеты с картошкой я готовить умел. Питался я по большей части в кафе. С моей смены оставалось много булочек и круасанов, чем я пререкусывал в перерывах. Команда у нас была из пяти человек- это ночная смена.
Костя Калашников, Витя Сивальнев, Никита Платов, Катя Корнева и я.
Костя - это наш бармен. Мастер рисования на пенке и просто хороший друг. Он часто помогал мне материально, хотя сам не отличался особым достатком.
Витя был прекрасным кондитером. Именно тортики этого повара я трескал за обе щеки. Не могу сказать, что он отличался доброжелательностью, так как часто был замкнут в себе.
Никита тоже работал на кухне, только вот его "друзьями" были не мука и варенье, а мясо и специи. Он мог приготовить все, что угодно. Начиная с обыкновенных бульонов и заканчивая штруделем из индейки. Именно благодаря ему я и познал некоторые детали в домашней кухне.
Вика работала со мной в зале, тоже была официанткой. Она была довольно симпатичной и открытой девушкой. Мы с ней были хорошими друзьями. Порой я просил ее подменить меня, и она,вместо отдыха в Подмосковье, приходила на смену, да еще и подругу с собой захватив, я ее благодарил всяческими шоколадками или просто скромным букетиком из ромашек. Но вот симпатии, как к потенциальной девушке у меня к ней никогда не было, да и она не горела желанием иметь такого парня.
Когда клиентов не было совсем, мы устраивали посиделки. Иногда это были просто разговоры по душам, а иногда и карты на раздевание. Не скрою, проигрывал чаще всего я. Но это только первое время. Нет, у нас не было какой-то определенной цели поглазеть на обнаженные тела друг друга, просто хотелось посмеяться и отдохнуть.
Сегодня у меня был день работы по дому. Поэтому приготовление еды, уборка всей квартиры и попытки дописать доклад по социологии закончились тем, что на часах было уже почти одиннадцать. Как обычно я дал папе все препараты, заварил чай и на всякий случай измерил давление, которое оказалось чуть пониженым. Уложив его на диван с пультом от телевизора и телефоном, я вышел на улицу.
Ледяной зимний воздух заполнил мои легкие и немного взбодрил мой разум.
Сев на свой мопед, я решил проехаться по ближайшему микрорайону. Мотоцикл - это единственное, на что мне хватило сбережений, которые, зная мою ситуацию, очень тяжело накопить.
Проезжая по той злосчастной улице, где мы встретились с Дашей, я заметил до боли знакомую машину. Я ее пару раз видел около нашего института. Она мне запомнилась тем, что ее хозяин всегда очень хорошо парковался, в отличии от некоторых студентов.
Заглушив двигатель, я заглянул в окно и увидел... Дашу?!
Сначала, я подумал что это просто какая-то ошибка, но нет! Девушка, свернувшись в клубочек и спрятав свой носик в шарфе, посапывала на переднем сидении.
Меня не столько волновала сама Воскресенская, сколько то, что ее машина стоит на трассе почти ночью в феврале.
Постучав в окно, я не получил никакой реакции в ответ. И тут, я словно озверевший, начал тарабанить по стеклу и сумел разбудить эту путешественницу.
Воскресенская выглядела испуганной и даже немного шокированной от того, что перед ней стоит человек и жестами пытается объяснить, что нужно открыть дверь. И она ее открыла.
- И снова здравствуйте! - воскликнул я присаживаясь на корточки, чтобы быть на одном уровне с девушкой, которой, как мне показалось, было абсолютно параллельно, где она, что она. Ей просто хотелось спать. - Дарья, вы что в столь поздний час делаете на трассе, а?
- Хабаров, давай без этого, а? Я взрослая девочка и сама разберусь что мне делать и где мне спать!- громко ответила она, на что мои брови всползли вверх.
- Нет, я конечно могу уехать и сделать вид, что мне плевать на всю эту ситуацию, только вот я знаю, что ты будешь жалеть о своих оговорках со мной. Поэтому, давай выкладывай! - пытаясь сделать как можно более жестокий тон голоса , ответил я. Хотя смотря на эту юную хамку, которая сейчас была похожа на беззащитного ребенка с растрепанными волосами и красными глазами, я не мог не улыбнуться.
- Я поругалась с мамой, поехала домой, а бензин закончился, телефон сел и я решила...
- Поспать?
- Нет! Я решила дождаться утра, а потом уже и решать.
- Ну вздремнуть на часок другой тоже входило в твои планы?- решив окончательно вывести ее из себя, спросил я.
- Я ему тут душу изливаю, а он...- надув губки ответила Даша.
Я дотронулся до ее ладоней, на которых наполовину была натянута кофта, и понял, что еще бы чуть- чуть до переохлаждения недалеко.
- Давно ты тут?
- Часа два, точно.
Решив не медлить, я поднял Воскресенскую на руки и усадил на мотоцикл, а сам сел спереди, перед этим убедившись, что она закрыла машину. Она, словно все понимая,крепко обвила мой торс руками и уткнулась носом в мое плечо. От чего невольно
пробежались мурашки.
И с каких это пор эта девчонка стала причиной моих мурашек?
- Тебе чай с малиной?- спросил я , пытаясь найти хоть что-то в запасах этого кафе. Я знал, что с субботы на воскресенье ночной смены нет, поэтому повез девушку именно сюда. А ключи у меня всегда были в запасе, так как хозяин мне доверял.
- Мне что-нибудь горячее...- совсем тихо протянула Даша своим охрипшим голосом. Она сидела на диванчике, подмяв под себя руки и разглядывая рисунки.
- Может кипяточку?- пытаясь хоть как-то разрядить обстановку, спросил я, заваривая чайник.
Подойдя к ней, я понял, что ее чуть ли не колотит от холода. Скинув с себя свою куртку и накрыв Воскресенскую, я направился на поиски пледа. Когда в кафе периодически не было отопления, то посетителям предлагали теплый плед, но когда оно нормализовалось и перебоев не было, то эту так называемую традицию забыли, но одеяла-то остались. Я их нашел на складе, чему не удивился, туда вечно прятали все ненужные вещи.
- Снимай свою куртку.- строго приказал я, подходя к Даше.
- А больше тебе ничего не надо?
-Я так и знал, что ты где-нибудь да съязвишь! Поэтому отвечу : надо! Ботинки тоже снимай.
Вместо ответа- оговорки она послушавшись меня, сняла куртку и ботинки. А я укутал всю ее в один огромный плед.
- Слушай, а вот зачем ты меня нашел?- неожиданно спросила Даша, делая глоток чуть остывшего чая. Как мне показалось, ей стало теплее, что и грело мою душу.
- Я тебя не искал, просто решил покататься по городу, а тут ты.
- Знаешь, я бы поговорила, но, Артур, я так спать хочу!...- ответила девушка, улыбнувшись мне и поправляя одеяло. Странно, но я очень редко видел ее улыбку, как-будто она дарила ее только мне, хотя, скорее всего я заблуждаюсь, но со мной эта куколка хотя бы была искренней.
Она сделала из моей куртки себе подушку и завернувшись с плед, сказала мне лишь одну фразу : " Спасибо, Артур. Спокойной ночи"
А я, удобно устроившись на кресле тоже провалился в царство Морфея, не подумав о завтрашнем дне.