Встреча у бара
Вокруг темно. Так темно, как будто ночь не просто сожрала их маленький город, а тщательно пережевала. Лекси слезает с велика и нервно поправляет волосы. Она не знает, что привело её сегодня к двери этого бара, просто что-то настойчиво тянуло изнутри.
Недавно был дождь, поэтому на улице холодно. Мокрый асфальт, освещаемый тусклым светом фонарей и огнями проезжающих машин, пахнет копотью, почти дымится. Его поверхность твёрдая и бугристая, и это успокаивает.
Лекси кутается в толстовку, потому что холод начинает вгрызаться в кости. Густая темнота ложится на ресницы, рассеиваемая миганием неоновой вывески бара. Вокруг кислотно-зелёного света витает мошкара.
Это напоминает бабочек, летящих на огонь свечи и теряющих в её огне крылья.
Это напоминает Лекси, если честно.
Она переминается с ноги на ногу. Всю свою жизнь Лекси была в тени своей сестры, поэтому каждое решение даётся ей с трудом. Она приехала в этот бар только с одной целью - увидеться с Фезко. Они встречались не так уж часто - только на вечеринке в честь Нового года и позже в магазине, когда она пыталась предупредить его об отце Нейта. Но всё тщетно. А всему виной её нерешительность.
Легкое облако пара срывается с искусанных губ. Она прикрывает веки, окунаясь в непроглядную черноту; её лихорадит, пальцы дрожат так мелко, что приходится убрать их в карманы.
Идиотка. Иди домой. Ты только всё портишь.
Дверца бара хлопает. Ночную тишину наполняет гомон подвыпивших голосов; она распахивает глаза, отступая на шаг, укрываясь под пологом темноты. На улицу вываливаются высокий парень в толстовке и девушка, на плечах которой подрагивают светлые кольца волос. Определённо крашеные. Лекси не видно отсюда, но ей хочется думать, что да - крашеные. За ней - ещё двое неизвестных в кожаных куртках, и...
Фез.
Лекси подносит сжатый кулак к губам и прикусывает костяшку.
В почти кромешной темноте он выглядит ещё лучше, чем при свете дня. Чёрная кожаная куртка сидит, как влитая; неоновый зелёный свет ложится на одну половину лица, очерчивая скулы, заставляя играть огнём бледно-серые глаза. Он явно пил, но движется всё так же уверенно, с такой же непоколебимой осанкой, что внутри Лекси происходит апокалипсис.
И она обещала себе, что не будет совершать глупостей. Выскальзывая ночью из дома, в пронизанный недавним дождём холод, она клялась всем известным ей божествам, в которых не верит.
Но.
Это неконтролируемо.
Его лицо слегка повернуто вбок. Выражение непроницаемо; оно становится то ярче, то бледнее, от мигания кислотно-зелёного света. Глаза устремлены куда-то вдаль, губы пожаты. Дымящаяся сигарета зажата в пальцах, но он не курит.
И чем больше длится давящая тишина, тем больше она ненавидит.
— Привет, — нервно смеётся, засовывая пальцы в карманы толстовки. — Дашь закурить?
Ненавидит.
Так ненавидит себя за это.
На этот раз он поворачивается, и нечто, застывшее в бледно-серых глазах, буквально лупит по голове. Такое вязкое раздражение. Раздражение в квадрате. В кубе. В сто семьдесят пятой степени.
— Завязывай с этим, Лекси, — он стряхивает пепел и смотрит почему-то серьёзно.
Её снова морозит. Как будто по коже проводят кусочком льда. Вытаскивает из карманов пальцы, согревает их дыханием. «Я что, так навязываюсь?».
— Я... эм, — опять эта лихорадочная усмешка. — У нас вроде свободная страна.
— Я не про сигареты.
— Слушай, я не понимаю, о чём-ты...
— Да брось, — он приподнимает бровь и полуулыбается. Лекси могла бы подумать, что его это забавляет, если бы не глаза - серьёзные и бесконечно уставшие. — Хватит таскаться за мной.
На мгновение у Лекси замирает сердце. Она хочет провалиться под землю. «И зачем я только притащилась? Вот же дура!».
Блондинка с надутыми губами поворачивается и мажет по ней взглядом.
— Фез, кто это?
— Да так, знакомая малолетка. Не знаю, что она хотела.
Лекси отворачивается и с невозмутимым видом идёт прочь, чувствуя, как на глазах начинают закипать слёзы. Почему он так грубо с ней обошёлся? Должна же быть причина этому... «Молодец, Лекси. Ты как всегда сделала всё только хуже...»