Часть 3
Услышав голос Джини она поспешила одеться в голубой спортивный костюм, выбранный ранее перед душем.
— Да что ты хотела?
— Су тебя господин Чон зовёт срочно, сказал если не прийдешь повторит то что вчера. А что было вчера? — в спешке говорила подруга.
— Неважно, ладно я пошла, — Су уже собиралась закрывать дверь с той стороны но, — А где его кабинет Джина?
— Пойдем проведу.
Девушка зашла с дрожью в ногах, она его боялась, очень. Ведь такой велик во всем. В телосложении, в сексе, во власти, и это ещё не всё. Он был развернут к окну. В отличии от интерьера дома, эта комната была вся чёрной. Чон повернулся с фирменной ухмылкой.
— Ты звал?
— Да звал, хотел кое-что сказать важное, но важное только для тебя, хотя после случая я не уверен что и тебе важно, — он произнес эти слова всё с той же ухмылкой, но при этом у него выходило говорить грубо, — И так, я тут инфу получил, что твой старик здох.
У Су Дже как будто в голове колоколами ударили, глаза округлились, слёзы выступают, так и просятся литься рекой. Ведь как никак он ей родной отец. Это папа который её создавал, воспитал, любил в конце концов. Это новость была для Пак не просто шоком, а чем-то нереальным. Она сразу поняла что он про отца ведь больше у неё никого нету.
— Ты ведь шутишь? — истерически смеясь и плача, спрашивала девушка.
Она действительно не могла поверить, как так? Он не был болен, из-за алкоголя? Да ну нет, из-за алкоголя это почти невозможно, хотя кто его знает.
— Не шучу, смысл мне шутить? А ещё ты сегодня идёшь со мной кое-куда, — легкая улыбка присутствовала на его губах, будто бы совсем ничего не произошло, но в тоже время в голосе сохранял грубость и ясность, а в глазах равнодушие и безразличие.
— Я тебе не верю, отец не мог умереть, — Су уже упала на пол в истерике, зарываясь руками в волосы, абсолютно не веря в происходящие. Ей хотелось что бы это всё было страшным сном, но увы это реальность.
Может быть отец и пил, но любил дочь как и она его. Когда мать Су Дже была беременна ею он с трепетом ждал когда де родиться его доченька, он тогда делал все для своей семьи. Он прекрасно заботился о своих девочках, у него была хорошая робота, но после смерти Тэин он потерял смысл жизни, но тем не менее мужчина взял себя в руки что бы вырастить дочку. Ему было нелегко, он очень старался, правда старался, когда Су Дже было уже семь лет он не смог и конкретно начал пить, иногда избивая свою дочурку. А потом приходил и молил прощения и говорил что такого больше не повториться. Всячески пытался бросить, но слишком зависим был на алкоголе и казино.
— Не хочешь не верь, так и быть помогу тебе, устрою ему похороны, — вновь на его губах улыбка. Как так можно лыбиться когда умер человек? — А ещё это значит что ты теперь точно принадлежишь мне.
Pov Су Дже
Господи я очень хочу думать что это просто очередной кошмар. Я не хочу пожизненно быть шлюхой этого психа, он неадекватный сумасшедший извращенец, которому только бы отрахать кого-то. После такой новости в которую я до сих пор не верю, меня провела Джина до спальни, я вновь не ела абсолютно ничего. А зачем? Я ведь толстая корова которая положит любого мужика.
Я легла на кровать вновь пуская слёзы на волю. Папа почему ты ушёл за мамой? Почему? Я теперь сирота, я ещё даже не совершеннолетняя, это просто ужас. На душе как будто кошки скребут острыми наточенными когтями, и разрывает сердце на части. Ещё и идти куда-то с ним. Да я манала с ним шляться! Задолбал, боже, почему жизнь на столько не справедлива? За что мне такие муки а?
Ко мне постучали. Это была Джина.
— Су, господин Чон сказал что бы ты собиралась и одела это, — она протянула мне какое-то платье с каблуками на довольно высоком каблуке.
— Хорошо, спасибо Джина, — натянула улыбку я и поблагодарила, она ушла а я одевалась.
Платье было чёрного цвета, немного выше колена, ну вообщем короткое. Был один длинный рукав, а с левой стороны была шлейка в виде сияющих камешках, в самом низу были такие же камешки только брюликами обшитые вокруг. Само платье было в обтяжку, подчёркивали мои достоинства, а именно – грудь, попу, и талию. Каблуки были лаковыми в таком же чёрном цвете. Я порылась в ящиках и нашла косметику что бы прикрыть мои синяки под глазами. Легкий макияж и вуаля.Я красотка!
Я оделась, но перед этим конечно же приняла душ и спустилась в гостиную попить воды. Еле нашла кухню, дом такой большой, нашла стакан и воду, налила и опустошила всю ёмкость. Тело почувствовало что кто-то так таращиться что сейчас дыра появиться честно.
И да я была права во всю разглядывал меня Чонгук.
— Вау, приятно удивлён что тебе подошло, соблазняет конкретно конечно, так и хочется тебя на этом столе отыметь, — поправил он рубашку возле шеи, будто нечем дышать.
Видок у него конечно тоже отменный и отрицать это глупо. Как всегда идеально выглаженная белая рубашка, на которой пуговицы так и просят что бы быть расторгнутыми, она идеально прилигает к накаченному сексуальному телу, чёрные брюки, что обтягивают упругие бёдра и белые как снег кроссовки. Вид отпадный, крутой, сногсшибательный, сексуальный одновременно. Не стой тут я, какая-то другая уже б накинулась на него.
— Идём мы уже должны быть там, — подходит ко мне и обнимает за талию вовлекая в страстный и властный поцелуй.
Мне противно от его действий, ведь я всё ещё помню что он сделал со мной вчера, его хитрый язык уже прополз по нёбом. В секунде не знаю почему но я невольно мычу ему в губы, наслаждаясь ими. Нет нет нет Су Дже ты чего совсем? Он тебя изнасиловал.
— Надо остановиться ведь я так и не сдержусь, — отпрянул он от меня и томно с улыбкой произнес слегка хриплым сексуальным голосом.
Но эти губы настолько прекрасны что я хочу вечно ощущать их на своих, — Идём.
Он взял меня за руку и вывел из дома к чёрному Мазарати. Мы уже сели в машину, я пристегнулась.
— Пристегнись, — говорю я видя что он не пристегнут, мало ли что может быть, возможно он и сделал мне больно, но человеку смерти я никогда не пожелаю.
— А что волнуешься? — усмехается, по словам слышу.
— Может ты и ужасный человек, но смерти я никому не желаю, не хочу что бы повторилось так как с моей матерью, — я самостоятельно потянулась к нему и пристегнула.
Мы отправились в путь, за нами, сзади ехала машина на гелике походу охрана...