часть 6
После звука столкновения у меня потемнело в глазах, и всё далее происходящее было как в тумане. Я помню лишь отрывками: было много крови, мой младший брат лежал на асфальте и не подавал признаков жизни, я не смог сдерживать слёзы, пока какой-то мужчина не выбежал из машины и не начал судорожно брать моего брата на руки. Я ничего не понимал и просто со страхом в глазах, переживанием и тревогой следовал за мужчиной. Таким образом, мы очень быстро оказались в больнице, следующее, что я помню — это как я сидел возле кабинета операционной и ждал, когда выйдет врач и озвучит, что же с моим братом.
— Доктор, как мой брат? Он жив, теперь ведь уже всё в порядке, прошу, ответьте мне! — я подбежал к доктору весь в слезах и молился, чтобы тот быстрее мне ответил, что с моим единственным близким человеком всё хорошо.
— Я сделал всё, что мог в данный момент, — не дослушав врача до конца, я рухнул на пол, после чего от шока потерял сознание, а когда открыл глаза, врач стоял рядом и что-то записывал.
— Доктор, как же так...
— Вы такой нетерпеливый, я ведь даже не договорил. Я сделал всё, что мог в тот момент, состояние вашего брата сейчас стабильное, но он потерял очень большое количество крови, и в связи с столкновением он получил несколько переломов. Как мне прискорбно вам это говорить, он впал в кому, когда он очнётся, к сожалению, никто не сможет сказать, остаётся только ждать и надеяться, что он выкарабкается и очнётся. Но ему необходим аппарат искусственного жизнеобеспечения до тех пор, пока у вашего брата не наступят существенные улучшения и он не очнётся. Это не самая дешёвая вещь, у вас есть кто-нибудь ещё из взрослых, кто мог бы помочь вам с оплатой больничных счетов, или вы планируете сами оплачивать их?
От слов врача, что мой брат всё ещё жив, мне стало легче, но тот факт, что ему придётся неизвестно какое время пребывать в больнице и находиться под аппаратом искусственного жизнеобеспечения, не радовал меня, а слова врача о том, что это будет достаточно долго и лечение дорогое с учётом того, что у него несколько переломов и он находится в коме, вселяли в меня некоторый ужас. Как я могу оплатить лечение брата? Плюс ко всему — это уплата долгов отца. На мою зарплату в месте, где я сейчас работаю, денег будет недостаточно, я начинаю впадать в отчаяние. Но своим видом не выдаю этого, брат — единственный лучик счастья в моей жизни, и я сделаю всё для того, чтобы он поправился и снова был рядом со мной.
— Я сам буду оплачивать счета. За этот месяц я мог бы оплатить прямо сейчас, как раз пришла зарплата, так что, пожалуйста, дайте мне номер счёта, на который я должен буду скидывать деньги, и на какую сумму будет лечение? Я сейчас же всё оформлю.
— Хорошо, тогда я вам через пару минут принесу номер медицинского счёта, где будет указана сумма за лечение на этот месяц, и ежемесячно я вам буду присылать счета с расходами, потому что они будут всегда разниться.
— Конечно, доктор, я всё прекрасно понимаю, и ради своего брата я готов на всё, так что я смогу оплачивать его больничные счета. В таком случае, я подожду, пока вы принесёте, а после — оплачу всё.
После этого врач ушёл к себе в кабинет и вернулся только спустя пятнадцать минут с бумагами для заполнения того, что мой младший брат будет лежать у них в больнице под аппаратом искусственного жизнеобеспечения, и там был указан счёт и стоимость за его лечение за этот месяц. Я, естественно, всё оплатил и без остатка каких-либо сил просто отправился домой. По пути домой я пересёкся со своим соседом Гришей Шурупом, с которым мы познакомились относительно недавно, я рассказал ему, что случилось, потому что я просто не выдержал, когда он начал расспрашивать, почему я в таком состоянии. Я выплакался ему, несмотря на то что я его почти не знал, он не хотел оставлять меня одного в таком состоянии, но я сказал, что со мной всё будет хорошо и просто хочу отдохнуть, так как мне завтра нужно на работу.
Зайдя в квартиру, я просто рухнул на кровать и погрузился в глубокий сон. Проснулся я лишь от того, что кто-то проник ко мне в квартиру, и я точно понимал, что это уже не может быть младший брат, я еле открыл глаза и увидел, что это был Аори.
— Эй, ты чего не на работе, у тебя же сегодня смена, или тебе уже не нужно выплачивать долги? — я сейчас был в таком состоянии, что у меня не было ни сил, ни желания ему что-либо отвечать, и я посмотрел на него такими же глазами, какие у меня были в тот самый день, когда я хотел утопиться вместе со своим младшим братом.
— Да, сколько сейчас времени, разве не ночь ещё? — как-то вяло для себя и ответил я и потянулся за мобильным телефоном, на нём был час дня и очень много пропущенных вызовов от шефа и от Аори.
— Да что с тобой происходит, почему ты так выглядишь, что с твоими глазами и почему они такие покрасневшие и опухшие, а самое главное, где твой младший брат?
Я посмотрел на своё место сбоку, где обычно лежал милый младший брат, лишь только от мысли о брате я вспоминал вчерашний день, и у меня на глазах навернулись слёзы. Увидев их, Аори метнулся ко мне и просто неожиданно для меня обнял.
— Вчера мы хотели погулять там, где он захочет, и он побежал через дорогу, вроде как был зелёный свет, ну или мне так показалось, и из-за поворота неожиданно для меня и для моего младшего брата выехала машина на высокой скорости, она не заметила его, а он в то время не успел добежать до конца дороги, и машина врезалась в него. Сейчас он лежит в больнице, ему вчера делали операцию, и он подключён к аппарату жизнеобеспечения. Он в коме, неизвестно, сколько он будет в ней находиться, врачи не уверены, что он вообще выберется из неё, и я не знаю, что мне делать, — после моих слов Аори на какой-то момент задумался и показался мне достаточно серьёзным, после пары минут молчания он отодвинулся от меня и посмотрел прямо в глаза.
— Запомни сейчас мои слова, твой брат жив, да, он может быть в коме, но он ещё дышит, значит, у него есть все шансы выбраться. Зная твоего младшего брата, могу сказать, что он такой же энергичный и явно будет цепляться за свою жизнь ради близких ему людей, ради тебя. Он слышит тебя даже в таком состоянии, так что просто навещай его и разговаривай с ним, говори, как скучаешь по нему, как тебе его не хватает, и я уверен, что однажды он откроет свои глаза и крепко-крепко тебя обнимет, а сейчас постарайся не плакать и быть сильным ради своего брата. Так что прекращай плакать и просто подумай над тем, что ты можешь сделать прямо сейчас, а больничные счета... давай, я их сам оплачу, и мы добавим их к твоему долгу, для тебя ведь уже нет смысла, больше он станет или меньше, всё равно оплачивать тебе придётся, да и где ты собираешься такие деньги за месяц брать, чтобы оплачивать больничные счета, проценты за долг, да и сам долг гасить? — сначала я удивился, что он может говорить такие достаточно умные, подбадривающие и поддерживающие слова, но то, когда он сказал про добавление долга и оплачивание счетов за счёт долга, то я вспомнил, кто он такой и какова его натура, я оттолкнул его от себя и посмотрел на него достаточно злобным взглядом. Несмотря на то, что его начальные слова были очень добрыми, моё сердце даже, на удивление, пропустило удар.
— Да, как ты сказал ради брата я буду крепким и буду сильным, но брать ещё деньги у тебя в долг, тем самым увеличивая его, я точно не собираюсь, я сам разберусь с больничными счетами и с тем, где и как мне найти деньги, неважно, какой это будет способ, даже если мне придётся начать продавать своё тело, — я был немного в шоке от своих же слов, но я головой уже понимал, что только там я смогу зарабатывать приличные деньги на лечение младшего брата и на то, чтобы гасить кредит.
— Значит, ты готов уже пойти в бордель, но у меня есть одна идея, как насчёт того, чтобы не продавать своё тело каждому второму или каждому первому, кто тебя захочет, а отдаваться только мне, ты должен был понять, что я тебя очень даже хочу, — он ухмыльнулся и прошёлся рукой по моему бедру, моё тело отреагировало как-то само собой, но, взяв себя в руки, я убрал его кисть от себя.
— Я пока не готов дать ответ, мне нужно время...