𝓅𝒶𝓇𝓉 𝟸
Прошёл месяц. Время тянулось медленно, но в какой-то момент Ми Ран поняла, что сама она изменилась. Папка с сценарием уже не казалась чуждой, а слова на страницах стали чем-то более личным. Она читала, перечитывала, учила реплики и погружалась в персонажа, который был частью её самого. Пак Джи Ён — девушка с прошлым, с тяжёлым выбором и борьбой внутри себя. Она понимала её, чувствовала, но не знала, как будет играть. В поисках правильного ощущения она экспериментировала с голосом, жестами, реакциями
В свободные минуты (если их можно было так назвать) она встречалась с другими актёрами. Иногда просто сидели и пили кофе в ближайших кафе, иногда обсуждали сценарий, а порой, когда настроение было лёгким, даже просто смеялись. Были и тяжёлые моменты — стрессы, бессонные ночи, когда она переживала, что не справится с ролью. Но встреча с актёрами на репетициях, разговоры с режиссёром давали ей ощущение, что она не одна. Все переживали и боялись. Оказавшись среди таких же людей, как она, Ми Ран наконец-то почувствовала себя частью чего-то большого. Этого было достаточно
И вот наступил тот день, когда Ми Ран наконец-то выехала в город, где будут проходить съемки. Она была немного нервной, но в то же время не могла скрыть своего волнения. Она смотрела в окно, когда машина с личным водителем остановилась, и перед её глазами возникла величественная студия, окружённая большим городом. Это было как в кино — огромные павильоны, десятки людей, бегущих туда-сюда, камеры, свет, сцены, которые уже стояли на площадке
Съёмочный город был далёким от того уютного района, в котором она жила. Здесь всё было новым, и это заставляло её чувствовать себя немного потерянной, как если бы она оказалась в другом мире. Ожидание было нарастающим. Весь месяц готовилась, тренировалась, изучала сценарий, а теперь её глаза, полные амбиций, отражали всё то, что она так долго ждала
После того как она вышла из автобуса, её встретил менеджер и сразу провёл в павильон, где всем актёрам, участникам и съёмочной группе предстояло пройти инструктаж. На входе их ждали большие баннеры с логотипом дорамы «Игра в кальмара» — яркие и вызывающие. Внутри было много людей, каждый из которых выполнял свою роль: кто-то контролировал оборудование, кто-то следил за техническими моментами, другие занимались костюмами или мейкапом
Она прошла через все эти коридоры, наполненные людским движением, пока не оказалась в главном зале. Там уже стояли другие актёры, которые так же, как и она, были в ожидании начала работы.
— Ми Ран! — обернулась к ней одна из ассистентов и пригласила её к столу, где раздавали одежду
Она подошла и увидела, как всем актёрам выдают свои костюмы. Это были униформы для игры —зеленые, одинаковые, с номерами. Всё было очень простое, без излишней роскоши. Она получила номер 247. Это было её место в этой истории.
— Вот, ваша униформа, — сказала ассистентка с улыбкой. — Это ваш костюм. Попробуйте примерить. Смотрите, чтобы всё подошло
Она вошла в раздевалку и оглядела своё отражение в зеркале. Это было не то, что она ожидала. В этой простой одежде с номером на груди она выглядела совсем иначе. Никаких украшений, никаких ярких цветов. Только однотонный зеленый и её номер. Это всё
Примерив костюм, Ми Ран ощутила, как её ощущения изменились. Вдруг всё стало реальнее, чем она себе представляла. И хотя она всё ещё чувствовала некоторую неловкость, было и что-то завораживающее в этом. Она была частью этой истории
Вся группа актёров собралась в одном из павильонов для первых инструктажей. Режиссёр и несколько помощников знакомили их с планом работы, давали советы по сценам и поведению. Всё было тщательно продумано, каждый шаг, каждый взгляд на экране должен был быть точным
— Внимание! — встал режиссёр, привлекая внимание. — Мы начинаем с первых сцен. Сегодня у нас основная работа — репетиция массовых сцен. Номера, как вы знаете, имеют значение, но помимо этого важно правильно «поставить» настроение, которое мы хотим передать. Мы снимем несколько общих кадров, и потом уже начнём работать по сценам
Ми Ран смотрела на других актёров, пытаясь запомнить их лица. Здесь было много новичков, но и опытных людей тоже хватало. Ми Ран была действительно знаменитой актрисой, и снялась во многих популярных дорамах. Но сейчас она почувствовала себя немного скромно, но и вместе с тем была горда, что оказалась среди них. Её номер 247 — это была её роль, её возможность доказать, на что она способна
Процесс пошёл. Камеры начали двигаться, свет выставили, и всем было предложено начать репетировать первую массовую сцену. К каждому подходили помощники, помогали настроиться, корректировали позы, жесты, особенно для тех, кто не так часто снимался в подобных проектах
Сначала всё казалось хаотичным: актёры размещались по площадке, ждут команд, репетируют свои движения, и среди этого шума и волнения Ми Ран пыталась сосредоточиться, чтобы не забыть ни одну деталь своего персонажа. Она, как и все, стояла на своём месте, готовясь к репетиции. Чувство нервозности с каждым моментом усиливалось. Ей нужно было сыграть уверенность, но внутри было всё наоборот
В это время она заметила девушку рядом. Та стояла на некотором расстоянии от неё, немного нервничая, но при этом улыбаясь, когда их взгляды пересеклись. Это была актриса, играющая номер 308 — Ким Сын Хи
У неё было мягкое лицо, и в глазах читалась некоторая застенчивость. Она не была такой известной, как многие другие, и это сразу бросалось в глаза. Но в этом не было ничего плохого — скорее, в её скромности и неприметности было что-то по-настоящему искреннее
— Привет, я Ми Ран,— сказала она, подойдя и улыбнувшись. — Я так нервничаю, а ты?
Ким Сын Хи, явно немного застенчиво, но с искренней улыбкой ответила:
— Привет, я Сын Хи. Да, я тоже волнуюсь. Но, знаешь, мне кажется, что этот проект... он такой особенный, что мы все должны быть немного нервными
Ми Ран рассмеялась. Казалось, эта девушка просто не могла не понравиться
— Это точно, — согласилась она. — Все такие важные сцены, и столько людей, столько камер. Я просто надеюсь, что смогу справиться
— Не переживай, — ответила Сын Хи. — Я вот тоже не совсем уверена, как мне подойдёт этот проект. Но, по крайней мере, ты не одна. Мы все здесь, и мне кажется, что на съёмках вообще важно поддерживать друг друга
Ми Ран почувствовала, как её напряжение немного спало. В эти первые моменты в новом месте, среди незнакомых лиц, казалось, что они обе переживали одинаковые страхи. Сын Хи была такой простой и искренней, что Ми Ран сразу почувствовала — с ней будет легче работать
Они продолжали болтать, пока их не позвали на следующую репетицию. Вместе они начали разминаться и готовиться к сцене. Через какое-то время Сын Хи, заметив, что Ми Ран переживает, подошла ближе
— Если хочешь, можешь потренироваться со мной, — предложила она с улыбкой. — Я вообще не очень хороша в массовых сценах, так что нам будет проще учить реплики вместе
Ми Ран с благодарностью кивнула. Чувство лёгкости от общения с Сын Хи было как глоток свежего воздуха. Нервозность начинала отходить, и она уже не чувствовала себя так одиноко среди всей этой суеты
Примерно через полчаса началась первая сцена. Камеры начали снимать. Режиссёр отдавал указания, а актёры, включая её, занимали свои позиции. Мир вокруг неё стал как бы тускнеть, сводясь только к этим действиям. На экране должны были появиться те эмоции, которые она так долго пыталась понять и осмыслить
Её сцена была важной — Пак Джи Ён должна была быть частью большой группы игроков, которые занимали свои позиции на старте. Это был момент, когда персонажи впервые выходят на игру, и важно было передать ощущение страха, неизвестности, волнения. Ми Ран старалась не думать о том, как её будут оценивать, а сосредоточиться на самой роли. Она почувствовала, как её сердце бьётся чаще, когда камеру направили прямо на неё. Это был первый кадр, когда её лицо попадало в объектив
И вот, наконец, камера начала двигаться, режиссёр дал команду, и началась съёмка. Она следила за своими движениями, подстраивалась под общую атмосферу и ощущала, как постепенно, шаг за шагом, в её теле оживает персонаж. Это было страшно, но невероятно захватывающе. В этот момент она поняла, что съёмки — это не просто работа. Это было как дыхание, которое заставляло её существовать