3
— Ну привет, — как-то язвительно произнёс Чонгук, наблюдая за удивлённой физиономией на одну голову ниже него.
А Чимин хмурится. Как в такого гада вообще можно влюбиться? Лишь из-за внешности? Они чисто небо и земля — слишком разные и слишком далеко друг от друга.
«Придурок ты, Чимин, придурок. Омерзительно влюбляться в человека по его лицу. То же, что и книгу по обложке судить — неправильно, — рассуждал парень. — Хватит думать об этом, только больнее себе делаю»
И это правда. В области грудной клетки вновь начались адские боли, словно кто-то иголкой тычет по лёгким. Сложно и больно дышать.
— Что, даже поздороваться не желаешь? Человек, который так яростно интересуется моей жизнью.
Гук только подливал масла в огонь. От каждого небрежно сказанного слова становилось всё тяжелее переносить эту режущую боль.
— Можно просто... Чимин.
— Пф-ф, мне по барабану, если честно.
Начало тошнить. По голове словно барабанными палочками стучат, а в глазах всё мутнеет.
Прежде чем поддаться вперёд, Чим пошатнулся, но не сделал больше трёх шагов.
Капли крови начали капать на землю. Чонгук всё же подхватил старшего, чтоб тот нос при падении не разбил.
Вокруг них скопилась толпа зевак, Гук всех отогнал едкими фразами, уверяя, что всё в порядке. Если бы.
Очнулся Чимин в машине. В глазах всё ещё всё было мутным, но он понял, что за рулём сидит Чонгук.
— Куда везёшь? — еле-еле выговорил парень, ибо сил на большее не было.
— Туда, где тебе самое место. В больницу.
По салону раздалось тихое «блядь» и Чимин взял всю свою волю в кулак, чтоб подняться и хотя бы присесть.
— М-мне нельзя.
— А сдохнуть в моей машине, значит, — можно? Знаешь, я не хочу сидеть потом из-за тебя, поэтому терпи. Мы скоро доедем.
Тон был спокойным и, в какой-то степени, безразличным. Чон просто боялся за свою репутацию — не более. Это не обижало Чимина. Наверное. Он просто почувствовал новый прилив маленьких цветочков и, быстро найдя какой-то пакет в кармашке переднего сиденья, отправил содержимое из своих лёгких туда. Какое-то красно-синее месиво.
Чонгук всё видел и не мог поверить в это.
— Ты что, жрёшь цветы? Да тебе не в больницу, а в психическую лечебницу надо.
— Это не я. Оно сам-мо, — заикнулся Пак, откинувшись на заднее сидение. — Прошу, Чон... Чон Гук, не вези меня в больницу.
Младший глубоко вздохнул и развернул машину.
Около десяти минут они ехали тихо и парень следил за дорогой, пытаясь понять всю эту дичь, которая происходит. Попал в пробку.
— Говори свой адрес, розовый гном, — буркнул тот Чимину, но потом понял, что он уснул.
Остался только один вариант.