46
На удивление Ники по прибытии в башню ее отвели в жилую комнату, а не стали допрашивать. Никто из команды Мстителей ее не трогал и даже не заходил. Только Логан остался с ней, рассказав, что данная идея, обратиться за помощью с ее спасением, пришла в голову к Питеру. Но так как они не смогли договориться, кто пойдет, да и вообще, где им скрываться, отправились всем скопом. Но, на их удивление, Старк уже был в курсе всего и сообщил, что за Никой выслали группу своих людей на помощь.
Пока ждали прибытия Ники, Логан договорился об убежище в башне. По крайней мере, Роджерс заверил мутантов, что тут их точно никто не тронет. Только поставили условие, чтобы никто не покидал здание. В принципе, все на это согласились.
Ну и вопросы по поводу Альтрона. Естественно, Паркер, самый несдержанный человек из их отряда, проговорился, что часть команды сильно разозлилась на людей и покинула их. Даже убийственный взгляд Логана не смог заткнуть подростка. Пришлось частично рассказывать.
— Барнс очень злился, что мы тебя оставили одну, — между делом сообщил Логан, потому что эта информация сама собой хорошо пришлась к общему рассказу.
— Нас что-то с ним связывало? — уточнила Ника, сидя на кровати. Его слова ввели ее в некоторое смятение. — Ну, в смысле, что-то большее, чем дружба?
— Этого я не скажу, сама у него спросишь, — Логан не хотел лезть туда, куда ему по сути не следует. Однако каким-то образом на вопрос ответить ему было необходимо. — Но могу сказать точно, что ты, Рождерс и Барнс близки, — твердо обозначил мужчина. — А сейчас отдохни. Нам всем нужно выспаться и восстановиться. Я, конечно, доверяю твоему мнению. Но все-таки не могу так безусловно верить в Мстителей, — на несколько мгновений губы Расомахи растянулись в прямую линию, и он отвел взгляд в сторону.
— И все-таки ты тут, — обозначила девушка, чуть ухмыльнувшись.
— Выбора не было, — пожал он своими широкими из-за мышц плечами. — Но если бы мы знали, что за тобой послали агентов, чтобы вытащить из лап охотников, то все мы точно были бы где-нибудь в Мадрипуре, — обозначил почему-то без особых эмоций Логан.
— О да-а-а, — протянула девушка, представляя перспективы мутантов в том месте. — Идеальное убежище. Особенно для Паркера.
— Он и Вижен, между прочим, нашли общий язык со Старком. Все, спи. Я и так за сегодня перевыполнил свой лимит на разговоры на полгода вперед, — уже знакомо пробурчал мужчина и стремительно покинул комнату.
Всю ночь Нику мучали кошмары: то она заживо сгорала на огромной летающей посудине, то ее убивал Барнс, смотря на нее ледяным безэмоциональным взглядом. Отчего девушка несколько раз просыпалась, вскакивая и смахивая с себя одеяло в холодном поту и с неровным дыханием. Большую часть сновидений после пробуждения она не могла вспомнить, но ощущения от них все равно были жуткие и очень сильно терзающие душу.
За кошмарной ночью последовало такое же кошмарное утро. Девушка чувствовала себя крайне разбитой. А весь внешний вид с бледным лицом и темными синяками под глазами кричал, что ей нехорошо.
Но Ника все равно собралась со своими у нее в комнате и провела в приятной компании практически весь день. Единственное, Вижена и Паркера в один момент позвал искусственный интеллект Старка, чем напугал Нику до чертиков. И вызвал этим у нее сильный приступ головной боли. Она, пульсируя, расходилась от висков до затылка, иногда опоясывала голову полностью, создавая ощущение, что ее череп сейчас просто лопнет. Потому что по ощущениям голову настолько сильно сжимали, что порой у девушки темнело в глазах. И так было каждый раз, когда она пыталась разобраться с ощущением, что Джарвис ей знаком...
Но самым адом для девушки стало внезапное появление гостей на пороге выделенной ей комнаты. Буквально пять минут общения с Роджерсом и Барнсом, и Ника попросту отключилась от того, что ее организм не выдержал пульсирующей пытки из-за эмоций, которые вызвали в ней двое мужчин. Мало того, что у девушки очень сильно защемило в душе, когда она их увидела. Так еще ее решил обнять Баки. Его прикосновения вызвали, в буквальном смысле, адскую боль, и Ника будучи не в силах издать и звука от сковывающих и острых ощущений, попросту осела в его осторожных, но крепких объятиях.
В итоге она пролежала без сознания сутки, чем заставила сильно поволноваться всех. Особенно Барнса. Он не находил себе места и постоянно психовал, впадая то в одну крайность, где он во всем виноват, то в другую, где чувствовал себя бесполезным, потому что не знал как Нике помочь. А когда Паркер и вовсе проболтался о том, что на девушку действует барьер, блокирующий воспоминания и силы, желанием Баки номер один стало оторвать голову Ванде. Так не должно быть! Это неправильно и... несправедливо.
Но холодные головой Вижен, Тони и Брюс пришли к общему мнению, что пока они не придумают, как безопасно вернуть Нике воспоминания, ей лучше не пересекаться ни с кем из Мстителей, так как каждый приступ был вызван встречей с кем-нибудь из них. Точнее разговорами, как у базы Гидры с Барнсом, или же их объятиями в комнате. И хоть Баки не был согласен, ведь по прибытии Ника относительно нормально отреагировала на его присутствие, спорить он не стал. Меньше всего он хотел навредить любимой, по которой безумно соскучился. Но если так ей будет лучше, и это сможет приблизить ее к тому, что скоро ей вернут память, то пусть. Он так долго ждал ее... Можно сказать, что практически всю человеческую жизнь, а значит, и сейчас дождется.
Единственное, в этот же день Баки остриг свои волосы, избавившись от последнего, что ему напоминало о личности Зимнего Солдата. Он словно надеялся, что так Нике будет легче, если все-таки они пересекутся. Скорее всего, случайно, потому что он пообещал сам себе, что пока что не будет попадаться ей на глаза.
***
— Первый плюс, тут очень крутой зал для тренировок, — заявил Логан, врываясь в комнату Ники. Она сидела в кресле у панорамного окна и пила кофе, приходя в себя после случайной отключки, — Второй, тут есть с кем подраться.
— Ты мог и со мной тренироваться, — недовольно пробубнила она, уже чувствуя себя ущемленной.
— Да, но есть разница драться вполсилы с девушкой, или выложиться на полную с мужчинами, — довольно заключил Логан, присаживаясь в кресло напротив Ники. Его настрой явно был бодрее, нежели пару дней назад.
— Ты мне поддавался? — возмутилась Ника, а Логан лишь развел руки в стороны. — Ну и сволочь же ты.
— Так, миледи, попрошу не выражаться, — усмехнулся он.
— Поменьше общайся с Роджерсом... — начала Ника, но тут же схватилась за голову руками, выронив кружку с кофе. Воспоминания явно прорывались наружу несмотря на барьер, выстроенный Вандой.
— Твою же! — прорычал Логан.
Он практически подлетел к ней, схватив за плечи. То, что с каждым днем Нике становилось хуже, его очень сильно беспокоило. И было непонятно, влияло ли это нахождение в башне вблизи Мстителей, или так нестабильно вела себя магия. Никто из великих умов: Брюс, Старк и Вижен так и не смогли прийти ни к чему, что могло помочь девушке.
Но несмотря ни на что еще пять дней прошли спокойно. Просто Ника умалчивала о своих кошмарах и периодических потерях сознания, видя, насколько нервничают ее друзья. Но она забыла о Джарвисе, который все передавал Старку.
Решение как ей помочь, было принято спонтанно. Поэтому и так же к Нике в комнату зашли Логан с Тэо, когда та уже почти заснула.
— Вы бы еще в два часа ночи пришли, — недовольно пробубнила она, но, заметив потрепанный внешний вид ребят, немного испугалась. — Что-то случилось? — приподнялась она на кровати, пытаясь сфокусировать взгляд на ребятах.
Но в итоге девушка вскочила с кровати и подошла к ним: на щеке Тэо виднелся сильный порез, на который было наложено несколько швов. Парень не имел возможности быстро заживлять раны, это и выдавало его с потрохами.
— Меня учили самообороне, — он показал на свою рану и довольно заулыбался. — Я уложил Старка. Есть чем гордиться, — чуть ли не выпендривался он, говоря это наисчастливейшим, но все-таки немного уставшим голосом.
Ника закатила глаза, ожидая все-таки чего-то дельного. Не ради этого же она вскакивала!
— Он был в костюме, надеюсь? — съязвила она, возвращаясь к теплой кроватке, потому что стоящих объяснений все еще не было.
— Умеешь ты порадоваться за друзей, — пробубнил Тэо, скрестив руки на груди.
— Я же любя, — недовольно заключила Ника, поправляя одеяло.
Ей было уже совсем нехорошо и долго находиться в вертикальном положении сил не хватало.
— Мы придумали, как тебе можно помочь, — заявил Тэо, подходя к ней.
— Не мы, а гениальные умы этого сборища супергероев, — пробубнил Логан, закатывая глаза.
Ника приподняла брови от удивления. Это уже были интересные новости. Если она перестанет чувствовать себя глубоко умирающей амебой, то это уже будет подарком.
Следом без стука в комнату ввалился Вижен и Питер. Причем подросток весь сиял, будто лично сделал какое-то открытие.
— Браслеты! — заголосил Паркер, пока остальные соображали, как бы лучше преподнести информацию девушке.
— Блокирующие способности? — уточнила Ника.
— Да, — монотонно согласился Вижен, собираясь объяснить. — Когда ты прибыла в башню, то была в них и никак не отреагировала ни на Барнса, ни на остальных. Это пока что максимум, что мы можем предложить. Но так хотя бы купируются приступы, — закончил он объяснения и посмотрел на девушку.
Она приподняла брови. Звучало логично, ведь в данный момент ее силы могли лишь усугубить положение. Так что отказываться было глупо. Хотя и лишиться последней возможности защитить себя было страшно. Но и погибнуть глупой смертью тоже не хотелось.
— Окей, — согласилась Ника, протягивая руки.
Мутанты синхронно подняли брови: все они думали, что придется Нику уговаривать. Все... Кроме Паркера, который не был удивлен и больше всех верил в благоразумие девушки, которая и сама прекрасно понимала, что другого выхода у нее нет.
И в браслетах наконец-то Ника смогла отдохнуть. Сны ее полностью покинули, и она начала высыпаться уже от крепкого сна. А через пару дней она и вовсе пришла в себя на радость всем. Наконец-то позволила себе выйти из комнаты и пройтись по башне.
Но одно мутантов и Мстителей не радовало: девушка находилась настолько в своих мыслях, что даже особо не замечала ничего и никого перед собой. Она позволяла себе несколько мимолетных фраз со Старком, несколько осторожных с Роджерсом и Барнсом уже без припадков, что несомненно радовало. Но не больше. Ну и Мстители старались все равно особо не показываться перед Никой, все-таки переживая и перестраховываясь, потому что браслеты — это не панацея.
***
Ника сидела на своем излюбленном кресле и смотрела на город. В лучах заходящего солнца он выглядел волшебно и манил, поэтому и так надоевшее ей заключение в башне начинало по-настоящему утомлять. Она даже уже сбилась со счета, сколько времени провела взаперти, ведь все дни были однотипными.
Так Ника заскучала по времени, когда они жили в тоннелях под Чернобылем, где она чувствовала себя куда свободнее, чем тут. Здесь же была будто тюремная камера с повышенным уровнем комфорта!
— Пообещай, что не будешь истерить, — попросил Тэо, снова неожиданно заходя в комнату к Нике.
— Не буду, — спокойно отреагировала она, не испугавшись. Ника привыкла к незваным, но желанным гостям.
Но когда девушка посмотрела на парня, а за ним увидела рыжую копну волос, то сильно нахмурилась.
— Блудные дети решили вернуться в семью? — пробубнила она недовольно, а потом сжала губы.
— Альтрон и Пьетро у охотников, — дрожащим голосом сообщила Ванда. — Ал хотел освободить мутантов. Но, пробравшись к ним на базу... — ее голос дрогнул, и она осеклась.
Сколько бы Ника ни была зла на них, как бы ей ни хотелось прибить их самолично, заметив слезы подруги, у нее самой встал ком в горле.
— Что там? — спросила Ника, чувствуя подступающую панику.
— Они... Большинство мутантов погружены в криостазис, но остальные... Они изможденные, ни на что не реагируют. Мы видели, как одного парня пытались обнулить. Его посадили в...
— Идем к Старку! — перебила Ника Ванду, заставляя ее моргнуть и скрыть почти пустой из-за слез взгляд ее огромных глаз. — Тэо, если он отказывает, то вытаскиваем сами. Убиваем всех в таком случае! — заявила Ника, вскакивая с кресла.
— Я знал, что ты так отреагируешь, — довольно заключил он. — Я к нашим. А вы с Вандой к Мстителям, они на 37 этаже, — продумывал он план на ходу. — Ванда, если не послушают, покажи им свои воспоминания, — предложил Тэо.
— Хорошая идея. Я думаю, сразу с показа интересных воспоминаний и начнем, — твердо заявила Ника и остановилась около подруги. — Ты ведь сможешь?
— Да... Прости за твои воспоминания. Ал хотел обезопасить тебя, а я не представляла, что это будет настолько критично...
— Освободим наших, потом я из вас сделаю фарш, а уже после поговорим. Сейчас времени нет! — твердо обозначила Ника.
Давно у нее не было такой решимости. Да и такого адреналина тоже. Она уже действовала необдуманно и вышло тогда все не очень. Ника не помнила причин, но ощущения от событий хорошо проклевывались сквозь барьер, глушащий воспоминания.
На появление Ванды и Ники Мстители отреагировали очень спокойно.
— Джарвис уже сообщил? — поинтересовалась Ника, смотря в глаза Старку.
На ее удачу тут собралась вся команда. И Наташа, единственная, кого она помнила, была спокойна, в отличие от остальных, сидевших хмуро, как грозовые тучи.
— Это рискованно и... — как всегда встрял Роджерс.
— Стив, я все равно пойду, с вами или без, — заявила чересчур решительно Ника, прервав его. Ей было совершенно все равно, кто и что здесь думает. Не согласны — прорвется сама, как и планировала в своем плане «Б».
— Я в любом случае иду с ней, — поддержал Барнс, скрестив руки на груди. Он не собирался бросать ее одну. Тем более, когда она нестабильна, но так решительна.
— Я ей обязан, — поднял руки вверх Бартон и подмигнул девушкам с мимолетной и хитрой улыбочкой на одну сторону. — Тем более, нужно собрать воедино ясельную группу. И я давно уже говорю, что охотники меня смущают.
— Я вообще с другой планеты и за любую битву, если она во имя справедливости! — громко поддержал Тор.
— Согласен с ними, — поддержал Тони. — Уж очень хороши девушки, не будет правильным оставлять их в беде, — возможно, он соглашался просто наперекор Роджерсу.
— Ну, вы как обычно, — недовольно пробубнил Бэннер, нахмурив брови и скрестив руки на груди, размышляя над последствиями.
— Мы или команда, или каждый сам по себе, — тяжело выдохнул Роджерс, которому пришлось согласиться с большинством. — Я не имею права оставаться в стороне. Уже не раз допускал критические ошибки. Единственное, бездумно вторгаться к ним мы уже не можем. Моника точно не позволит забрать мутантов. Нам нужны доказательства и только потом мы сможем действовать, — на выдохе сообщил Капитан, приподняв брови. Он был еще на пути смирения с тем фактом, что все складывается не в пользу его мнения.
***
Ника сидела на козырьке крыши небоскреба. Идея Тони поставить на нее наножучки и отправиться прямиком в руки охотников ей понравилась. Чего было не сказать о Барнсе, который готов был убить всех, который рвал и метал, лишь бы девушка не смела снова рисковать собой. Этот план резал его по живому, но Ника была непреклонна.
Если честно, ей было уже все равно, потому что к Баки она непонятно что чувствовала, а эти события помогут ей отвлечься от заточения. Да и браслеты, которые перед уходом из башни с девушки все-таки сняли, пустоту в ее душе не заполнили.
Ей настолько было морально больно, что эту дыру не могли заполнить ни ее друзья, ни вкусняшки, которые часто приносили то Питер, то Тэо. Еще и становилось хуже из-за взглядов Барнса и Роджерса... Хоть вой.
А сейчас же Ника испытывала страх, что смог унять ее муку. Во-первых, за дурака Альтрона и Пьетро. Ведь если Ванда решилась прийти за помощью к Мстителям, к Старку, то дело действительно плохо. Во-вторых, Ника боялась и за себя. Не хотела, чтобы ее использовали, если, не дай бог, у Мстителей ничего не выйдет. Быть безвольной марионеткой в чужих руках, как она считала, это самое страшное, что могло случиться с человеком.
Да и она не помнила, чтобы ей когда-нибудь было так жутко. В эту ночь в свете неона от Манхэттена, настолько казавшимся чем-то нереальным, она старалась вести себя естественно. И, если охотники не явятся за ней, то придется нарочито идти гулять по улицам, и привлекать внимание.
Но самым страшным оказалось хоть и ожидаемое, но внезапное появление охотников на крыше. Ника даже обернуться не успела, как ей в плечо прилетела небольшая капсула. Неприятное покалывание моментально прошлось по ее телу, и девушку просто отключило.
***
Ника чувствовала твердую и плоскую поверхность, на которой лежала. В помещении было очень холодно, а воздух казался слишком спертым. Ее голова несильно болела.
Она открыла глаза, когда неприятный, резкий ярко-синий свет ударил в них. Отчего Ника моментально зажмурилась и тихо простонала.
Для того, чтобы сесть и сфокусировать плывущее зрение, у девушки ушло довольно много времени. И когда ей это удалось, она обратила внимание, что ее камера полностью стеклянная, посреди сотен таких же. Пока все не так плохо... Хоть и уже достаточно жутко.
Но когда Ника рассмотрела в соседнем стеклянном помещении Альтрона, лежавшего без сознания под проводами и капельницами, она застыла от ужаса. Но беспокойство и интерес брали вверх, и поэтому Ника подошла к стеклу, чтобы хорошенько рассмотреть парня. И зря, потому что ужас сковал девушку настолько, что она застыла в той же позе, в которой и находилась. Хорошо, что рядом была стеклянная стена, одновременно ненавистная из-за открывающегося зрелища и удобная, потому что на нее можно опереться, когда пройдет ступор и девичьи ноги подкосятся.
Что же из Альтрона сделали... Это уму непостижимо! Половина юного тела заковано в железные пластины, как и часть лица. Еще Ника рассмотрела на мониторе, стоявшем рядом с железной кроватью, на которой лежал Альтрон, медленную и почти ровную линию пульса.
— Ты не вовремя очнулась, — недовольно пробубнил мужчина, заставляя девушку выйти из транса мыслей и зрелища.
Ника резко обернулась и расширила глаза. Возле ее камеры стоял Уорд. Все его лицо было в жутких шрамах, а взгляд его стал безумным и злобным. А самое страшное, что Ника не смогла бы ничего сделать, ведь ее кисти снова сковывали браслеты. Причем они существенно отличались от привычных ей: из крепкого металла, который очень плотно прилегал к коже и неприятно ее обжигал. Ощущения были не из приятных, но терпимые. Оставалось надеяться, что чип, встроенный в зуб Ники, был еще при ней.
— Уорд... — удивленно произнесла Ника, давая понять ее команде, что тут члены Гидры.
По-идее, уже этого было более, чем достаточно, чтобы заявиться на базу и ко всем чертям перебить сотрудников.
Грант прошелся оценивающим взглядом по немного дрожащей девушке и ухмыльнулся. Он протянул руку и продемонстрировал висящий на его пальцах браслет Ники. То, что его смогли обнаружить, уже говорило о серьезности их оборудования.
— Удивлена? — спокойно отреагировал он на ее немое замешательство. — Мы с мутантами знатно развлекаемся. Вы же уже не люди. Но ты... — он сменил выражение лица на омерзительное, такое, с каким смотрят на очень неприятные вещи. Но их чувства с Никой были взаимны, так что особого дискомфорта этим он ей не создал. — Высшие чины Гидры возлагали на тебя слишком большие надежды. Частично они оправдались, — он легко и цинично развел руками, указывая на камеры с мутантами. — Благодаря твоим данным мы создали сотни выродков, — он выделил это слово особенно отвратительно, буквально процедил его по слогам, выговаривая с отдельным омерзением и удовольствием от того, как это звучало, — которые смогут оказать нам огромную поддержку. Но не ты, — он оголил зубы в противной ухмылке. — Ты же не думала, что такую организацию, как Гидра, будет просто разбить? Вы отрубили голову в Вашингтоне, но выросло еще несколько и гораздо сильнее. А Моника замечательно выполняет свою работу, влилась в доверие к Мстителям, — удовлетворенно хмыкнул Уорд. — Ты глупа, раз так рассчитываешь на них. Я даже разочаровался, — честно признался он. — Уйти из башни добровольно, зная, что тебя сразу заберут. Да, был договор, что мутантов на территории башни не тронут. Но за территорией...
— Ты так и остался любителем потрепать языком? — недовольно пробормотала Ника. — Отец тоже с тобой?
— О, Брок... — Уорд покачал головой и начал неспешно ходить возле камеры. — Как он старательно пытался найти тебя или твои останки, что даже умом двинулся. Не ожидал от него такой мягкотелости. Ну он и заслужил этим... — Грант замялся, посмотрев на Нику. — А ты до сих пор не в курсе? Твои друзья не поделились? — он максимально обесценивал слово «друзья».
— Что с ним? — потупив взгляд, спросила Ника. Она желала перевести тему, потому что происходящее так рядом с близким ей человеком ее терзало.
Ее тело и разум разрывало из-за негодования. Даже вся злость и обида на отца и Джека, которую она не понимала, ушли. Она искренне боялась услышать, что они погибли, пытаясь ее найти. Это было слишком страшно для нее.
Но Уорд лишь растянул улыбку, совершенно не собираясь отвечать на ее вопрос.
— Ты, моя дорогая, теперь будешь нашим подопытным кроликом, — сообщил он. — А я с превеликим удовольствием посмотрю на то, как ты будешь корчиться от боли. Но это такой шанс показать остальным, что случается с предателями, — смаковал Уорд, чувствуя возмездие, победу. — Да и честь для тебя, побыть первопроходцем в испытании нового, более сильного мутагена, позволяющего создателю управлять мутантом. Ты теперь только моя, крошка! — эта фраза звучала отвратительно, в ней читался двойной смысл, который было видно еще и по победному движению руками и взмаху бедрами.
— Как много ты говоришь, столько воды. А как был слизняком никчемным, так и остался, — съязвила Ника, держась из последних сил.
Как бы она старалась не показывать страх, что Мстители не придут. Как бы ее не ужасала обстановка вокруг, девушка старалась держаться.
Однако Ника не осознавала, что последнее сказала зря. Уорд нажал на панели управления кнопку, находящуюся возле камеры, и голову девушки пронзила сильнейшая боль. Она осела у стекла, но не проронила ни звука, решив, что не доставит удовольствие Гранту своими криками.
Только это было направлено больше на ослабление Ники, хоть и мужчине было очень приятно наблюдать за ее мучениями.
Буквально через минуту ада к девушке зашли несколько агентов. Ее сковали оковами по рукам и ногам и вывели из камеры. Девушка практически не сопротивлялась, зная, что если и попытается, то ей сразу больно прилетит. А силы еще стоило экономить...
Но теперь ее сильнее заволновал вопрос, где ее спасительный отряд. И как после Гидры Мстители не разглядели под носом целый муравейник извергов. Ника испытывала к Уорду лютое отвращение. А еще боялась, что ее не вытащат, и она умрет, так и не вспомнив своих друзей.
— О, какая жалость, малыш Роджерс со своим чокнутым дружком пожаловали к нам, — озвучил Уорд, да еще и таким голосом, что Нике захотелось ему врезать. Но она знала, что скоро это сделают за нее.
— Ты, наверное, удивишься, но меня это не цепляет, — пробубнила девушка хриплым голосом.
Мало того, что с каждой минутой ее голова все сильнее болела, так еще и вели ее в полусогнутом состоянии.
— И убив меня, только сделаешь одолжение, — добавила Ника, выплюнув.
— Ой, а я не сказал? — ухмыльнулся Уорд, остановившись возле железных массивных дверей, от которых прямо веяло чем-то жутким. — Над тобой поэсперементируют, очень стараясь оставить живой, а затем сделают овощем. И ты будешь наблюдать за падением всех своих друзей, дорогих для тебя выродков мутантов, смотреть, как каждый умирает в муках, не в силах даже оторвать взгляд. А я лично это проконтролирую! — восторг, с которым мужчина все это говорил, был неописуем.
— Какой же ты урод! — прорычала Ника, собравшись из-за повторного осознания, насколько же он больной ублюдок.
Уорд рассмеялся, отчего дикая искорка в его глазах блеснула ярче, и махнул рукой. Агенты, державшие Нику, еще сильнее нажали на спину, склоняя девушку, и поволокли в помещение.
«Чертова мигрень, да сколько можно!» — сетовала Ника, которая даже сообразить не могла, как бы лучше себя вести. Да и хоть какой-то план действий придумать. Все было будто в каком-то кошмаре, причем осознанного сна: когда все понимаешь, но не можешь ничего ни предпринять, ни проснуться. Радовало лишь то, что Ванда хотела ее заменить и сдаться самой в лапы охотников. Но Ника в этом плане была более хладнокровной и опытной. Да еще и заметила, насколько Вижен был обеспокоен состоянием рыжей. Как он ее постоянно успокаивал и прижимал к себе, обещая, что с Пьетро, ее братом, будет все хорошо.
Нику приковали к стоявшей посередине небольшой круглой комнаты железной пластине. Уорд подошел к ней со шприцом, пугая ее сильнее. Но Ника старательно делала вид, что ей все равно. Да и то, что она не может двинуться, играло ей на руку.
Может, так даже лучше, что она ничего не помнит о самом важном в ее жизни? Хотя сейчас Ника вспомнила маму... Сколько лет она старательно прятала в себе воспоминания об очень дорогом для нее человеке? Как Нике не хватало матери, ее замечаний, советов, на которые девушка так часто злилась. Ее мама всегда говорила, что из Ники выйдет хороший человек и преданный друг, стоит лишь постараться. Еще говорила, что Ника слишком доверчивая, и это, с одной стороны неплохо, но, с другой, нужно научиться разбираться в людях. А когда она встретит того самого человека, то никогда не забывать о себе, любить, прежде всего себя, а потом и его. А за близких людей, которые искренние с ней, всегда рвать, не позволяя дать их в обиду. Главное, чтобы это было взаимно.
И сейчас Ника знала, что она готова рискнуть собой ради мутантов, ставших для нее своеобразной семьей. Ради Барнса и Роджерса тоже, что она чувствовала сердцем, ведь они ей дороги. А еще очень надеялась, что если существовал Тор — бог грома, то существовал и другой мир, куда попадают души умерших. И Ника в скором времени увидит маму, обнимет ее и наконец-то попросит прощения, что не смогла ей помочь. За то, что выросла не тем человеком, которым можно было гордиться. И за отца, который оказался террористом, хоть Ника его все равно и любила.
Девушка закрыла глаза, лишь бы не смотреть на ненавистного Уорда. Но раздавшаяся серия выстрелов заставила ее открыть их. Грант и его прихвостни лежали ничком, а возле входа стоял Барнс. То, что он был взбешен, это было слабо сказано. Его взгляд мог убить любого, а направлен он был на Нику.
Когда из-за его спины показалась виноватая моська Тэо, Ника заулыбалась.
— Как я вам рада, вы мои хорошие! — довольным тоном сообщила она.
— Как я хочу тебя придушить, ты не представляешь! — гневно пробормотал Баки, шагая уверенно и громко в сторону девушки.
Он подошел к Нике и вырвал своей бионикой крепления, сдерживающие ее. А следом и браслеты.
Когда ни одних оков на любимом для Барнса теле не осталось, он не выдержал и крепко сжал Нику в объятиях. Если бы она могла увидеть сейчас его лицо, то не посмела бы сомневаться, что сведенные вместе брови, закрытые глаза и сжатые губы — это признак того, что он волновался, и что ему все еще страшно за нее.
— Это последняя твоя вылазка, — чуть ли не командовал Баки, что выходило плохо из-за волнения в его голосе. — Мне плевать, что ты не помнишь меня. Я помню, и если потребуется, добьюсь тебя заново, — Джеймс крепко сжал ее плечи и уверенно посмотрел в любимые, не узнающие его так как раньше глаза напротив. — Не смей, слышишь! Не смей больше так рисковать! — Барнс несвойственно себе повышал голос, а в крепкой хватке его рук чувствовалась небольшая дрожь. — Я думал, мы не успеем! Думал, что снова потеряю тебя! — он отстранился от Ники, понимая, что, вероятно, делает ей больно не только физически. А потому теперь посмотрел в ее глаза, своим холодным, по-зимнему голубым, но все еще безумно любящим взглядом. — Я люблю тебя и не позволю больше никому причинить вред. Только умоляю, больше не бросай меня, — взволнованно продолжал требовать он.
Ника непонимающе смотрела на него. Ее безумно сильно тянуло к этому человеку. Она была готова бесконечно тонуть в его глазах, хоть и не помнила его, но была уверена, что он был самым важным человеком в ее жизни.
Но она не смогла ничего ответить, лишь кивнула, соглашаясь. А Баки хватило и этого, хоть снова больно резануло по сердцу из-за очередной утерянной надежды, что он напомнит ей о себе словами и своим внешним видом. Но он все равно улыбнулся, взял ее за руку, стремясь увести прочь.
— Мстители сейчас разберутся с остатками Гидры на этом объекте, — сообщил Баки, переводя тему. — Фьюри...
Он не успел договорить, как Ника нарочито дернулась: она случайно заметила движение, но слишком поздно... Недобитый Уорд хотел мести и нацелил пушку на Баки. Ника машинально попыталась закрыть Баки собой, но не рассчитала его реакцию, которой не смогло противостоять ни отсутствие браслетов, ни попытка применить ее силу: Баки резко прижал девушку к себе и резко развернулся.
Это помогло Гранту справиться со своим планом в считанные секунды. А вот Ника запаниковала и слишком поздно выпустила разряд электричества: слишком мощный и разрушительный, даже для нее. Только выстрел уже был.
Сначала Ника увидела, как от электричества досталось Тэо, находившемуся перед ней и Баки. Парень прямо на ее глазах рассыпался в прах, посмотрев перепуганным и осознающим свою смерть взглядом на Нику. Уорда с трупами агентов ожидала такая же участь. А следом она почувствовала, что Джеймс рядом стал тяжелее...
— Нет, нет, нет... — проскулила она, когда Барнс начал оседать, больше не в силах держать ее руку. Он же суперсолдат... Как?!
Ника не знала, что ей делать, запаниковала, падая на колени. Она только что сама лично убила друга, а важного для нее человека пристрелил ненавистный мужчина.
В груди Баки теперь красовалась большая кровоточащая дыра. И как бы Ника не пыталась ее закрыть ладонями, это не помогало. Она не могла помочь!
Ее руки почти по локоть окрасились в алый и погорячели от температуры крови Барнса. Но Ника все равно старалась прижать хотя бы часть глубочайшей раны, чтобы остановить горячий поток, плещащийся под ее пальцами, что уходили все глубже.
Джеймс протянул к девушке живую руку и коснулся ее щеки. Из его рта тонкой струйкой текла кровь, и даже сыворотка суперсолдата не могла помочь с таким серьезным ранением. Но она позволяла еле заметно улыбнуться и сказать заветные слова хотя бы в последний раз.
— Ты не виновата, — прохрипел Баки. — Я люблю тебя... — Она не вспомнит его, по крайней мере, сейчас, но потом, пусть может это и будет больнее, если она решит восстановить о нем воспоминания, она будет знать, что человек, который искреннее ее любил несмотря ни на что, был в ее жизни.
— Прошу, нет, не надо... — взвыла Ника, заливаясь слезами, смешивающимися с реками крови, которые образовывали под ними озеро. — Баки, все будет хорошо... — но это хорошо уже не могло быть. Барнс опустил руку, и его глаза застыли на одном месте, резко став стеклянными.
— Помогите... Баки... Я... — заикаясь, скулила девушка, все закрывая ладонями рану на его груди.
И сколько бы ей ни были дороги мутанты, как бы она ни переживала за Тэо, которого считала чуть ли не младшим братом, ее душа сейчас рвалась на части из-за Баки. Вместе с ним, ей казалось, что умерла и она сама.
Ника даже не заметила, как к ней подбежал перепуганный Стив. А когда он ее попытался оттащить от тела Барнса, то Ника его оттолкнула, и на фоне безумной дозы адреналина в ее крови, ее сила превосходила даже суперсолдата, потому что Роджерс практически упал.
— Ему можно помочь... — дрожал ее голос. — Он не умер... он не умер... он не умер! — кричала Ника, захлебываясь собственными слезами, сквозь которые она пыталась провести неумелую и уже бесполезную реанимацию, обескровливая тело Джеймса еще больше.
В голове очень громко щелкнуло и последовала сильнейшая головная боль. Ника начала вспоминать все, что связывало ее с Баки. Их первую встречу, когда он ее отнес в больницу сильно раненную. Их первый секс, когда Ника сама настояла и совратила Зимнего Солдата. Вспомнила, насколько сильно за него боялась и как поставила все, даже свою жизнь, лишь бы вытащить Баки из лап Гидры. А сейчас он умер из-за нее. Ее оплошность, что пошла за ним, не удостоверившись, что их противники хотя бы безоружны, не то что бы мертвы.
— Ника, прошу, услышь меня, — пытался достучаться до нее Стив, стоя в паре метров, потому что он понимал, что подойти к ней невозможно и опасно.
Но это было бесполезно, больше не осталось того, что ее держало тут. Паника, боль, ужас — это все бушевало в ней, помимо нахлынувших воспоминаний. Ее разрывало на части, она кричала, срывая голос и не понимая, что уже ничем не поможет. Ника попросту отказывалась верить в произошедшее. Казалось, что Баки сейчас моргнет и обнимет ее. Закроет ее собой от всего мира, от этого ужаса. И она будет счастлива только из-за того, что счастлив он. Что свободен и может жить. Но этого уже никогда не случится, потому что его безжизненное тело, истерзанное теперь и ею, не способно на такое.
— Ника... Ника... — последнее, что услышала девушка, прежде чем погрузиться во тьму.