Чужие следы
Адель толкнула дверь дома, не ожидая ничего необычного. После долгого дня в колледже, пропитанного чертежами, архитектурными концепциями и спорами о гармонии формы и функционала, она хотела всего лишь снять пальто, налить себе чай и погрузиться в очередной проект. Но всё изменилось за долю секунды.
Пара чужих кроссовок у порога.
Её пальцы крепче сжали кожаный ремешок сумки. Это не отец. Не брат. Не друг. Ни один из знакомых ей людей не носил такую обувь — дорогую, идеально чистую, словно человек, которому она принадлежала, не привык ходить по грязным улицам, а только по выстланным мрамором коридорам власти.
Сердце забилось быстрее.
Из гостиной доносились приглушённые голоса. Адель сделала шаг, её чёрное пальто с чёткими архитектурными линиями мягко качнулось при движении. Она шла осторожно, но уверенно — так, как привыкла, когда рассматривала сложные структуры зданий, ещё до их возведения.
— Ты знаешь, Карпов, что долги не исчезают сами собой, — произнёс незнакомец. Его голос был спокойным, даже вежливым, но в нём чувствовалась сила. — У тебя был срок. И он истёк.
Адель замерла за углом, её кашемировый свитер согревал кожу, но внутри росло ощущение ледяного напряжения.
В кресле сидел её отец, бледный, с дрожащими пальцами, сомкнутыми на чашке кофе. А напротив него — мужчина в чёрном костюме, идеально сидящем на широких плечах. Он двигался спокойно, но его присутствие заполняло всю комнату.
Его взгляд был ледяным.
— Мне нужно ещё время... — пробормотал отец, но голос его дрогнул.
Мафиози усмехнулся.
— Времени нет, — ответил он, его пальцы мягко коснулись золотой печатки на руке. — Так что будем решать вопрос... другими способами.
Адель сделала шаг, и её ботильоны с глухим звуком ударились о деревянный пол.
Мужчина медленно повернул голову в её сторону.
Красные глаза.
Адель не могла оторвать взгляд. Красные глаза мужчины напротив неё сияли в полумраке, как два угли в пепле. Её сердце забилось быстрее, но она не сделала ни шага назад.
Дарио Монтекасси изучал её, оценивая, словно решал, представляет ли она угрозу или её можно использовать в его игре. Его костюм был безупречным — чёрный, дорогой, идеально сидящий, подчёркивающий его силу. На запястье часы с золотым ободком, которые блеснули при слабом свечении лампы.
— Так это твоя дочь, Карпов? — наконец произнёс он, его голос был низким, но в нём скользнул интерес.
Отец нервно посмотрел на Адель, его пальцы дрожали на чашке кофе.
— Она не имеет к этому отношения, — быстро произнёс он. — Я сам разберусь...
Дарио Монтекасси усмехнулся, его улыбка была тонкой, но в ней сквозило что-то опасное. Он откинулся на спинку кресла, его взгляд не отрывался от девушки.
— Ты думаешь, что можешь что-то решать в этой ситуации, Карпов? — тихо сказал он. — Но время выбора прошло.
Адель чувствовала, как напряжение в комнате нарастает. Её сознание лихорадочно пыталось найти выход. Она знала одно — если этот человек пришёл за долгами, значит, ситуация хуже, чем ей казалось.
Она глубоко вдохнула, стараясь сохранить ровный голос.
— Что вам нужно? — спросила она, её взгляд не дрогнул.
Дарио Монтекасси слегка наклонил голову, его глаза блеснули.
— Уверенность, — произнёс он. — Ты не боишься?
Она сжала пальцы, ногти упёрлись в ладони.
— Я просто хочу знать правду.
Тишина заполнила пространство, прежде чем Рихард наконец произнёс:
— Твой отец задолжал больше, чем может отдать. И теперь мне нужен залог.
Отец резко подался вперёд, его глаза расширились.
— Нет! Я... Я найду деньги...
Дарио Монтекасси не обратил на него внимания. Его взгляд снова остановился на Адель, и теперь она поняла, что означает этот намёк.
Она была залогом.
Адель почувствовала, как воздух в комнате стал вязким, плотным, словно сама реальность пыталась предупредить её о том, что приближается опасность.
Дарио Монтекасси не отрывал от неё взгляда. Его глаза, алые, как раскаленный металл, изучали её с холодной уверенностью, в которой не было ни капли сомнения. Он уже решил, что она принадлежит ему.
Отец тяжело дышал, его пальцы дрожали, пока он пытался найти слова.
— Нет... Адель, не надо... Я разберусь...
Но она уже знала, что его слова ничего не значат. В этом мире долг нельзя просто игнорировать.
Адель глубоко вдохнула, её руки всё ещё сжимали ткань пальто. Она сделала шаг вперёд, её каблуки глухо ударились о пол.
— Что именно вы хотите? — произнесла она, её голос был ровным, но внутри всё дрожало.
Дарио Монтекасси усмехнулся.
— Ты умная, — произнёс он, его голос был низким, почти ленивым. — Мне нужны гарантии. И ты можешь стать той самой гарантией.
Она почувствовала, как холод пробежал по её позвоночнику.
— Это звучит, как сделка, — сказала она, её пальцы невольно сжались в кулак.
Дарио Монтекасси наклонился чуть ближе, его пальцы легко коснулись края стола.
— Именно. И тебе лучше её принять, иначе условия изменятся не в твою пользу.
Она знала, что это не предложение, а предупреждение.
Тишина повисла в воздухе, словно ожидая её ответа.