это сон?
-Лукерья!-мать Лу встречала девушку в аэропорту,-ну как ты там?
-привет, все хорошо,-пробормотала шатенка, не поднимая головы. Красные глаза могли выдать состояние девушки. Воспоминания быстрой мышью пробежали в голове, оставляя за собой шлейф грусти.
Мать расспрашивала Лукерью, а та взяла телефон, найдя нужный номер, позвонила со своей российской сим-карты.
-алло,-послышался голос.
-все, кисунь, я во Франции. Ты там как? Мне вот плохо без тебя,-грустно говорила Лу, прикрывая рукой микрофон, чтобы мать не слышала.
-Лукерья, ты с кем там беседуешь?-спросила мать, строго глянув на дочь.
-не волнуйся, мам, просто подруга,-пожала плечиками Лука.
-это я-то подруга?-удивился киса.
-для мамы ты будешь моей подругой, так как ты?
-плохо, Лу, очень плохо. Я обещал тебе не употреблять, но ничто не справится с этим стрессом кроме веществ. Прости, солнце...
-пожалуйста, следи за тем, сколько ты употребляешь, если с тобой что-то случится, я просто не выдержу...
Разговор завершился нескоро. Все это время Лу сидела на байке, а около стояла мать, ожидая такси.
***
С переезда девушки прошел месяц. Она не могла есть, ее через силу кормила мать. Для женщины оставалось загадкой, почему дочь ничего не ест. Это как тогда, после мента, только сейчас тяжелее, намного тяжелее, ведь поддержать некому, любимого Вани нет рядом...
Единственное, что делала Лукерья это звонила. Постоянно звонила Ване, Гендосу, Егору, Боре, Наташе...
Им всем было плохо.
А потом связь как-то сама оборвалась. Когда Лу попала в больницу. Никто не мог до нее дозвониться. На фоне стресса и постоянного голода у Лу появились проблемы со здоровьем. Она постоянно кашляла, была бледная, похудела совсем, остались только кожа, да кости...
Врачи пытались кормить девушку, но та утверждала что ей надо в Россию, только там она сможет восстановиться.
Никто не слышал ее, все твердили, что ей надо поесть, хоть немного. А кто будет ей волосы потом держать? Кто будет обнимать, постоянно утверждая, что все будет хорошо?
Но в один день ее телефон просто подрывался от количества звонков. Сколько раз ей позвонили пацаны? Много. Обычно они звонят максимум два раза, но сегодня что-то определенно изменилось.
Решив всё-таки взять трубку, Лу услышала взволнованное дыхание, только потом пошли слова.
-алло, Лукерь, привет. Мы все дико скучаем,-быстро бормотал Хэнк,-но киса особенно. Он закинулся и словил передоз, теперь лежит в больнице и требует тебя.
-я сама в больнице, но не от наркоты, я ночью сбегу, не волнуйтесь, билет куплю на ближайший рейс, больница какая?-слабым голосом говорила Лукерья.
-третья, а ты-то как в больнице оказалась?-спросил Хэнк, волнуясь не меньше.
-да я есть не могу, из-за этого положили,-она закашлялась,-я обещаю, поем что-нибудь и приеду на своем питбайке, правда без вещей...
-да хоть голая, выздоравливай там, мы тебя ждём,-пообещал Хэнк.
Завершив звонок, Лукерья купила билет на самолёт, а когда ей принесли еды то впервые за время возвращения добровольно поела, порадовав врачей. Конечно, потом ей было плохо, но ради кисы она готова была перетерпеть все.
А ночью наступила самая сложная часть плана. Вылет был запланирован на пять утра, значит в аэропорту надо быть около двух часов ночи. Питбайк стоял на парковке, но как выбраться из здания, если повсюду дежурят медсестры, а комната находится на четвертом этаже.
Весь вечер Лукерья готовилась и отчаянно думала как выбраться. Решение пришло само собой, около балкона была пожарная лестница. Вот по ней Лука и планировала спуститься.
Около полуночи Лу сложила зарядку от телефона, несколько нужных вещей в небольшую сумку. Телефон Лу взяла в руку ведь пробраться по темной улице к парковке довольно тяжело.
Одежда Луки была спрятана под кроватью на выписку. Сейчас самое время одеться нормально. Больничную одежду Лу оставила на кровати, а сверху оставила записку, написанную на русском:
"Maman, je ne peux pas rester en France, je retourne à Koktebel. Il est mauvais sans moi.
(Мам, я не могу оставаться во Франции, я возвращаюсь в Коктебель. Там без меня плохо.)"
Оставив на записке свою роспись шатенка открыла окно. Ужаснувшись она кое-как нащупала ногой ступеньку.
Едва спустившись, Лукерья как кошка кралась к парковке. Найдя свой питбайк, подаренный парнями, девушка выкатила его с территории больницы и только потом завела.
Свобода! Наконец-то она увидит всех своих друзей, самых лучших, любимых... Своего парня.
Едва сев в самолёт, Лукерья уснула и проспала весь полёт, пребывая в радостном предвкушении перед встречей. Шатенка настолько устала от больницы, что стюардессе пришлось будить девушку, крепко погрузившуюся в сон. Ее не разбудило ни приземление, ни сам полет, ни голос, громко возвещающий о зоне турбулентности.
Сев на питбайк она помчала в третью больницу, ведь первым хотела видеть только кисуню... Улыбка не сползала с ее лица, хотя волнение тоже присутствовало.
Забежав в больницу Лу сразу приметила окошко регистратуры.
-в какой палате лежит Кислов Иван?-немного запыхавшись спросила Лука.
-во-первых, вы кто для Кислова? А во-вторых, сейчас не время для посещения,-строго сказала медсестра.
-мне похуй на ваше время посещения! Кислов же звал меня, мне звонили, просили приехать!-орала злая Лука.
-вы Лукерья, да? Он вас всю ночь звал, ему успокоительное вкололи, надо было раньше приезжать, а то ваш Кислов весь персонал измучал!-жаловалась медсестра.
-да, я Лукерья. И мой Ваня никого не изводил, это ваша работа. Вы ещё меня не видели, когда мне плохо было,-девушку несомненно очень выбесила манера медсестры. Зачем она жалуется Лу на ее же парня? Это и есть работа врачей. Не нравится? Пожалуйста, тебя никто не держит,-просто мне скажите какая палата, сама найду.
-триста восемнадцатая, третий этаж,-ответила девушка.
Лукерья рванулась к лестнице. Тишина в больнице стояла гробовая, но Лукерья разрушала ее своим топотом. Когда она вбежала на третий этаж дыхание было сбитым, силы покинули ее, снова захотелось кушать. Но не время, главное найти Ваню, так хочется увидеть его...
Первая палата, третья палата, пятая...пятнадцатая, семнадцатая, девятнадцатая...
Так! Значит восемнадцатая на другой стороне. Лукерья оборачивается и видит триста восемнадцатую палату.
Радостно выдохнув, Лукерья собралась с силами и надавила на ручку. Дверь легко поддалась и приоткрылась. Лука зажмурила глаза, хотя зачем, в комнате итак темно, она бы ничего и не увидела.
Сделав несколько аккуратных шажков Лукерья зажгла экран телефона, чтобы хотя бы видеть, куда она идёт.
Подойдя к кровати, киса заворочался, а Лука чисто интуитивно сделала пару шагов назад.
-позовите мне Лукерью, любимую мою! Лука... Лу... Ты где...-стонал киса.
-кисуня... Любимый мой...-девушка подбежала к парню, он все равно уже проснулся,-ты как..? Я же просила тебя, будь аккуратнее. Солнышко моё...-бормотала девушка, падая на колени рядом с кроватью.
-Лука?-парень опешил,-это правда ты?
-да...
Лукерья обхватила руку парня двумя своими. С ее глаз лились слёзы счастья. Наконец она увидела его... Парень сел, потирая глаза одной рукой.
-это сон?-по-прежнему не верил киса,-ты же во Франции?
Радоваться парень не спешил, он не мог поверить, что вот она, Лукерья, сидит рядом с ним и плачет.
-да... Это я, кис, я к тебе из Франции прилетела, как только узнала,-говорила Лукерья,-из больницы ради тебя сбежала, кое-как улетела...
-Ликуся!-обрадовался Кислов и принялся обнимать найденную девушку.
_____________________________________________________________
Эх, осталось всего ничего до конца фанфика... Я вчера даже главу выложить не успела из-за лагеря! Суки, они телефоны дают максимум на полчаса. Я сегодня даже не звонила маме, но все равно нихуя не успела!