1

Сознание Иоки, перед тем как снова ускользнуть в кружащуюся черную бездну, подарило ей очередные странные видения, полные невероятного сюрреализма.
Ей казалось, что ее баюкает в подвесной люльке любимая бабушка. Затем в голове промелькнули, словно кадры из когда-то нашумевшей "Матрицы", то ли скорые поезда, то ли аттракционы аквапарка. Точно так же, будто на американских горках, она неслась в глубине своего сознания с каким-то длинноволосым проводником-экскурсоводом, который предсказывал ей рождение сына в будущем. Вокруг все приходило в движение, пусть и хаотичное, по сторонам делились клетки, как под объективом микроскопа. Потом все оборвалось и проводник сказал ей о том, что возможно род ее закончится, но очень не скоро.
Потом перед ее взором появилось бескрайнее небо и какие-то нетерпеливые птицы, словно дожидающиеся ее конца. Губы пересохли, язык казался невероятно тяжёлым. Она попыталась высунуть его, чтобы убедиться в том, что она жива.
Ей показалось, что на ее лице треснула плотная силиконовая или клеевая маска, а язык, извиваясь устремился к небу. Качать ее, лежащую на спине не перестало.
Какая-то девушка, слишком похожая на ее брата-близнеца Чейтона, дала ей долгожданной воды.
Через пару глотков сознание Иоки снова уплыло в звёздную даль.

Чейтон понимал, что им несказанно повезло выбраться живыми из той переделки, в которую они попали, но оказаться в бескрайнем море на маленьком спасательном плоту, имея скудный запас воды, три испарителя, гарпун и небольшую острогу, не самый лучший исход мероприятия. Но по крайней мере они свободны. Для парня было загадкой, где они находятся и куда их отнесло за ночь. Было ли это море, залив или океан он не знал и старался гнать тревожные мысли прочь.

Чейтон уже привычным движением поправил на себе женскую одежду и усевшись на краю надувного плота решил раздобыть что-то на обед, благо рыбачил он с детства. Только вот сырую рыбу есть ему не приходилось, так же как и его бедной сестре, которую подонки успели накачать какой-то дрянью.
За последнюю неделю жизнь преподнесла им столько испытаний, что Чейтон радовался пришедшему спокойствию. Он будет бороться. Лишь бы Иоки выдержала.
Когда-нибудь они доберутся к родственникам матери в Неваду в округ Элко. Пусть город не слишком велик, но Чейтон хотел начать обучение в колледже, как и мечтали его родители.
Семья двойняшек придерживалась мнения, что в резервации жить не нужно, если ты не принадлежишь к сименолам Флориды, владеющих множеством казино и отелей или  резервации чикасо в Оклахоме, во владении которых находятся отели, банки, поля для гольфа и прочие источники постоянного и не маленького дохода. Родители свободно перемещались по стране в поисках своего счастья и встретившись полюбили друг друга. По какой-то случайности они оба оказались представителями коренных народов, правда разных.
Их прогрессивные взгляды и стремление обустроить лучшую жизнь для себя и своих детей увенчались успехом. Оба родителя получили медицинское образование и со временем открыли частную клинику.
Дети мечтали пойти по их стопам.
Но родители уже не смогут увидеть успехи своих детей, не смогут порадоваться за них и поддержать их уже не смогут. Ночной грабитель оборвал их жизни во время сильного ливня на темной подъездной дорожке прямо у их дома, убив так же и их любимую верную собаку.

С этого момента вся жизнь брата и сестры стала похожа на дурной сон.

Чейтон вспомнил небольшую неуютную лачугу, окружённую скудной растительностью неплодородной земли в резервации, куда они попали через неделю после смерти родителей.
Почему их отправили именно туда Чейтон не знал, но время проведенное там стало началом их ада.
Вечно находящийся в героиновом тумане родственник в первый же день продал все их более-менее ценные вещи и пребывал в немыслимой для нормального человека позе, согнувшись пополам и застыв так на продолжительное время, пугая этим близнецов.
Ночью Чейтон и Иоки услышали, как он, очухавшись от наркотического опьянения, говорит с кем-то о продаже внезапно свалившейся на его голову племянницы в бордель Рапид-сити, Пармали или ещё куда-нибудь подальше. Лучше на побережье. Ведь там много богатых клиентов. Его собеседник, чей голос показался Чейтону хорошо знакомым, уговаривал довериться ему с этим вопросом.
Иоки была красива, стройна и образована. Он хотел получить за нее как можно больше.
Времени на побег было немного и Чейтон схватил их с сестрой документы, зачем-то свои водительские права. Больше он взять ничего не успел так как голосов в лачуге стало больше.
Чейтон, заслышав шаги приближающиеся к их двери, вытолкнул Иоки в открытое окно хижины и сам намеревался спрыгнуть, но не успел. Он слышал как схватили его сестру и потащили к стоящему рядом фургону. Не придумав ничего другого, Чейтон впопыхах напялил на себя длинное платье сестры и распустив волосы, выпрыгнул в окно.
Он, привлекая внимание похитителей, побежал в другую сторону от фургона, но был пойман и закинут к своей сестре.
Получилось.
План так себе, скажу я вам, но другого у парня не было.
В фургоне было темно и грязно. Чейтон прижал плачущую сестру к своей груди и успокаивал как мог. Фургон принадлежал известной семье, эмблема компании которой красовалась на его боку.
Куда их увезут? Чем закончится их жизнь? поможет ли им кто-нибудь?

Дорога заняла больше тридцати часов. Несколько раз фургон останавливался, а затем продолжал свой путь. Видно остановки были на пунктах взимания платы за пользование платными дорогами. По понятным причинам владелец авто не хотел автоматического списывания денег со счета, чтобы замести следы пребывания в резервации, подобной Пайн-Ридж.
Наконец фургон остановился.

Немолодой мужчина средней комплекции с удивительно холеным, но мерзким лицом, вытащил Чейтона за волосы из темного фургона. На улице темнело и солнечный свет не ослепил парня, позволяя разглядеть все как можно лучше.
Угрожая револьвером, мужчина приказал Чейтону сесть на крыльцо. Сам же он выволок из фургона Иоки.
Девушка начала вырываться и получила сильный удар по лицу. Чейтон не пошевелился, помня о револьвере, лишь сильнее сжал кулаки. Лучше бы били его. Но нужно выждать момент, когда он сможет обезвредить мерзавца.
Мучитель засунул в рот Иоки какую-то таблетку и заставил проглотить. Затем грубо зажав подбородок в руке, насильно открыл рот, проверяя ее отсутствие.
Проведя языком по шее жертвы, мужчина грубо схватил Иоки за волосы и намотав их на руки довольно цокнул языком.
- Хороша!
Видно Чейтон даже в женской одежде понравился извращенцу меньше.
Взмахом револьвера он приказал Чейтону встать и идти по направлению к подвалу.
Сам же он, держа слабеющую девушку под руку, двинулся вслед за ним.
Все было устроено так, что в доме даже могли не знать о существовании прохода в подвал из хозяйственной пристройки. Лаз был надёжно прикрыт массивным шкафом с инструментами, который, однако, легко отодвигался в сторону лёгким нажатием на незаметный рычаг в стене.
Вдруг мужчине позвонили и он нехотя согласился на встречу, так как визитёры уже находились у главного входа в его дом.
Приказав Чейтону и обессилившей Иоки не дергаться и ждать его, мужчина удалился, закрыв дверь. Из его кармана выпал блистер с  таблеткой и Чейтон инстинктивно поднял его.
Через минуту в окно пристроя он увидел как в свете фонарей показались фигуры двух молодых мужчин, скорее всего пришедших развлечься с ними в компании хозяина дома.
Парень дернул ручку окна и оно неожиданно открылось. Понимая, что другой возможности у них не будет, Чейтон, осторожно взяв обмякшее и ставшее тяжёлым тело сестры на руки, вылез в окно.
Прохладный ветерок обласкал его лицо и запутался в подоле длинного платья.
Парень, осторожно продвигаясь по берегу до причала, пробрался на одну из яхт, стоящих там. Он оставил Иоки на пирсе, а сам спустил на воду один из надувных спасательных плотов.
Изрядно помучившись и наделав шума, Чейтон наконец перетащил Иоки на борт и осторожно отчалил с частной территории маньяка.
Небольшие весла легко рассекали спокойную водную гладь. Плот все дальше уплывал от ненавистного места.

Это было вчера. А сегодня Чейтон пытается поймать рыбу для себя и своей пришедшей в сознание сестры.
Он постарается не думать об акулах, ядовитых медузах, бесконечном дрейфе все дальше от берега, отсутствии питьевой воды и нещадно палящем солнце.