Карты

Лалиса не знала, почему и зачем мафиози говорил ей сейчас всё это.  Не знала, какую цель он преследует, однако отчаянно видела, что он не врёт. Видела это и чувствовала каждым уголком своего тела так же сильно, как и сейчас ощущала его губы на своих истерзанных губах. И от этого почему-то в душе неожиданно растекалась горечь, хотя видимых причин на это не было.

И девушке совсем не хотелось их искать. Вместо этого, куда более важным, оказалось, отвечать на нетерпеливые поцелуи и опоясывать своими руками подтянутый мужской торс. Было очень важно так трепетно и осторожно прикасаться, стараясь не задеть ещё незажившие до конца рёбра. Важно было просто сейчас быть здесь, доверчиво льня к сильному телу.

Чон же на несколько этих минут просто отключил все мысли, целуя её мягкие и капризные губы, не забывая прикусывать их, чтобы она приоткрыла свой рот, а он так умело смог бы проскользнуть в него своим языком. Это было так привычно, но снова приятно.

Зарываться в её светлые волосы, перебирая их пальцами. Чувствовать, как колотиться её сердце в груди. Такое маленькое, но такое непременно сильное, выдержавшее так  много насилия и боли. И ему почему-то совсем не хотелось, чтобы этой невыносимой девчонке когда-то кто-то сделал также больно, как до её встречи с ним. Это было глупо, но было в действительности.

Наверное, поэтому потом он аккуратно отстранился от Лисы и посмотрел в темные, чуть растерянные глаза, взгляд которых уже через секунду вновь стал цепким и высокомерным, как и всегда. От этого мафиози улыбнулся, делая ещё один шаг назад, снова напуская на себя важный вид. Не хотелось терять собственный привычный образ в её глазах.

Образ непримиримого мафиози.

- Ладно, это всё была лирика, а теперь хватит стоять столбом, - саркастично выдохнул Чонгук, неожиданным жестом легонько щёлкнув блондинку по аккуратненькому носику. – Давай в машину, на сегодня ещё одно мероприятие, а потом уже никто не будет тебя отвлекать.

Мужчина усмехнулся, а Лалиса хмыкнула. Прищурила свои карие глаза и сделала шаг вперёд, слегка сжала ткань его рубашки, заставляя, чуть наклонится к ней, чтобы мягко коснуться губами ушка и тихонечко, своим елейным тоном прошептать:

- Я была бы очень рада, если бы ты… отвлёк меня сегодня вечером.

Сказала. Отстранилась.  И сверкнула глазами, цвета изумруда, хитро улыбаясь. Видел Бог, мафиози почти никогда не знал, что творится в её голове. То она плачет, то смеётся. То робко целуется, то тащит в постель. Совершенно невозможная и непредсказуемая девочка. Наверное, это ему в ней и понравилось.

- Я был бы рад, если бы ты постаралась, чтобы я захотел тебя отвлечь… 

Он пожал плечами и отошёл к машине, чувствуя, что снова невольно поддержал  их игру, которая почему-то им обоим как-то не надоедала. Только Гук сейчас предпочёл не задумываться над этим. Кое-что другое было сейчас более важным.

Возможно, поэтому больше мужчина не стал бросать какие-то ничего незначащие фразы. Лишь привычно сел за руль, завёл машину, кинул взгляд на усевшуюся рядом Лалису, приятно улыбающуюся и подтягивающую колени к груди. Ей нравилось ехать в такой позе. Было удобно. Да и наблюдать за тем, как мафиози то и дело косит на её немного оголённые ноги глаза, было, чего там скрывать, откровенно приятно. Это подогревало самооценку.

К тому же ей самой нравилось смотреть на такого сосредоточенного Чона. Глаза прищурил, всматривается в дорожную даль, руки сжимают руль, позволяя лицезреть вздувающиеся вены. Она посчитала это сексуальным, пока неожиданно не заметила, что это стало выделяться ещё более явно. Так не должно быть. Однако сказать об этом хоть слово девушка не решилась, только опасливо сглотнула и вжалась в сидение.

Настроение, к слову, подпортилось, но Лиса старалась не подавать вида. Лишь осторожно опустила голову и выдохнула, болезненно ощущая какое-то неожиданно напряжение, появившееся в машине. Однако, к счастью, для девушки долго это не продлилось, а сам автомобиль неожиданно затормозил у какой-то неприметной многоэтажки. Это заставило блондинку удивиться, но никакого дурацкого предчувствия не было.

Вместо этого мужчина снова, как и несколько часов назад, вышел из машины, приоткрыл дверь, отклонился и дожидался своей маленькой пассажирки. Она выползла быстро, сходу поправляя на себе недорогое платьице и аккуратно захлопывая за собой дверь и смотря на него немного обеспокоенным взглядом.

- Всё в порядке? – осторожно поинтересовалась Манобан, делая шаг к мафиози. Сейчас он почему-то показался ей безумно бледным, особенно на контрасте с чёрной машиной. – Я…

Она подняла руку, сама ещё не зная, что хотела этим сделать, но Гук лишь усмехнулся и перехватил её ладонь, поднося к своим губам. От этого внутри девушки, словно ток пробежался, особенно, когда глаза горького шоколада так внимательно стали разглядывать её лицо. Ещё никто никогда не делал так.

- Всё в порядке, красотка, - усмехнулся он, отклоняя голову набок, ощущая вдруг неожиданную слабость. Взялась, будто не с чего. Однако необходимо было сохранять вид непоколебимости и уверенности. Всё лучше всех. – Пойдём, тебя ждёт кое-что интересное. Давай. Времени не так много осталось…

      Чонгук кивнул головой в сторону, и Лалиса перевела взгляд. И обомлела… Почувствовала, как подкосились коленки, а душу свело единым комом. Дышать стало тяжело, живот стянуло в узел. А глаза за секунду увлажнились, как в каком-нибудь дешёвом сериале. Просто потому, что недалеко от неё снова стоял он.

Её брат. Её Тэхён.

      Он стоял спокойно. Не дрожал. Просто ждал. И это уже немного радовало. Не было той порывистости, что несколько недель назад. Это было заметно невооружённым глазом, что заставляло что-то внутри так радостно сжиматься. Она сделала шаг, а мафиози подтолкнул её сзади, давая своё разрешение и отходя в сторону. И тот благодарный взгляд, которым блондинка одарила его всего на одну эту секунду, окупил все его старания и усилия.

Лалиса тихо и осторожно подходила к Тэ, боясь спугнуть  и заставить нервничать. Всё же его состояние сейчас было далеко от стабильности, а потому нарушать даже малейшее его спокойствие было нельзя. Она это знала и понимала, как никто другой.

Понимала и то, что безумно скучала по нему, когда обнимала, прижимаясь к исхудавшему телу. Понимала, когда снова и снова ощущала эту их связь и теплоту. Такую искреннюю и тёплую. Чувствовала играющий ветер и стук собственного сердца.
И этого хватало, чтобы быть счастливой.

***

Им было не о чем говорить, но они говорили. Лиса старалась рассказать брату что-то совсем неважное, чтобы не тревожить, а он в ответ тихонько улыбался. Слушал, попивая в маленьком недалёком кафе на первом этаже многоэтажки горький кофе, который так любил Тэхён. А потом он заговорил….

Отрывисто. Медленно. Но без той привычной истерики. Чуть спокойнее. Более плавно. И девушка видела, каких ему это стоит усилий. Но он справлялся. Боролся. Как и всегда делал это. И из его путанных речей Лалисе удалось узнать, как много Чонгук сделал для него. Если сказать просто, то мужчина начал заново его социализировать, постепенно поручая маленькие дела. Однако для Тэхёнп они были очень важными.

А, когда он рассказал, что ему позволили работать с любимыми компьютерами, то буквально засветился от искреннего и неподдельного счастья. Блондинка только выдохнула, знала, что это давно уже одна из его любимых страстей. От этого ей самой хотелось заплакать.

Ей показалось, что они говорили где-то пятнадцать минут, но на деле оказалось около двух часов. Они оба знали, что это самое максимальное для них время, однако как же чертовски его оказалось мало…. Хотя уже сам факт этой встречи был немалым подарком для них обоих.

И девушке понадобилось достаточно времени, чтобы отойти от этого. Как раз до того, как они вернулись домой. Но, вопреки всем предположениям Лалисе, ничего дальше со стороны Чонгука не последовало. Никаких ожидаемых лёгких приставаний с целью отплаты и прочего. Этого не было.  Будто всё просто так.

Мафиози лишь занёс внутрь её книги, а потом скрылся в своей комнате, закрывая дверь и оставляя её одну. И пусть внешне всё было, как обычно, однако девушка осознавала, что что-то здесь совсем не так. Что-то его беспокоило, причём, на физическом уровне. Это несложно было заметить по его бледности, которая появилась слишком неожиданно, однако спросить ничего вновь она не успела.

Вместо этого оставалось лишь ждать. Блондинка успела легко переодеться в белую рубашку мужчины и взять книгу, начиная жадно скользя взглядом по строчкам, вспоминая немого подзабытые обороты и любимый язык. Однако, несмотря на внешнюю отвлечённость, Лиса всё равно прислушивалась к тому, что происходит за дверью.

Ей нужно было лишь уловить его шаги.

Прошло несколько часов, прежде чем ей удалось услышать, как кто-то очень тихо спускается вниз. Для верности Манобан выждала несколько минут, а потом откинула книгу на постель, вышла из комнаты и тоже начала спускаться вниз, по пути осторожно ища глазами место, где скрылся Чонгук. Найти его оказалось несложно, быть может, потому что он и не прятался.

Он сидел на стуле на кухне, массируя пальцами виски, морщась от видимых отголосков. Недалеко от него стоял пустой стакан воды. Видимо, он запивал какую-то таблетку. На нём совсем не было рубашки, а потому Лалиса так легко разглядела его торс. Но не это было важно, потому что сам мужчина отчего-то выглядел измученным и обессиленным. Таким, каким его было совсем непривычно видеть.

И она почему-то, глядя на него вновь, не ушла, а сделала шаг навстречу к нему. Совсем тихо, как мышка. Подошла совсем и совсем близко, выдохнула, а потом обхватила его голову своими ладонями, прижимая к своей груди, и губами коснулась  макушки.  Ожидала, что мафиози оттолкнёт, а он отчего-то не оттолкнул, только удобнее устроил свою голову на её груди, прислушиваясь к стуку маленького сердца.

И этот миг был интимнее, чем всё, что было между ними до этого. Особенно, когда Чон обнял её за талию.

      Так они и замерли вдвоём. Мужчина, одетый в одни свои джинсы, и девчушка в его белой рубашке, прижимающая его непутёвую голову к своей груди, перебирающая прядки волос своими тонкими пальцами и невесомо касающаяся их поцелуем с тихим шепотом:

- Сейчас будет легче…. Сейчас….