Глава 17
Первое, что увидела Мика, выглянув ранним утром из «бунгало», был бледный лунный диск,
нырнувший за горизонт. Время пришло. Наступил день скачек. Гасиенду Петроса едва ли
можно было узнать: пёстрые флаги развевались на весеннем ветру, цветочные гирлянды
украшали окна, а на дворе полыхал огромный костёр, который предстояло поддерживать
весь день. Было раннее утро, но первые гости уже прибыли. Некоторые приезжали из
соседних поместий, многие - из других андалусских провинций. Молодые и пожилые,
семьями, туристы с огромными фотоаппаратами, с удивлением взирающие на всё вокруг...
Ради такого события Петрос даже укоротил бороду и теперь стоял у ворот, чтобы лично
поприветствовать каждого. В короткой черной куртке и с элегантной плоской шляпой на
голове он выглядел, как тореро. Он как раз показывал одной семье из семи человек в
сопровождении трех неспокойных огненно-рыжих кобыл, где подать заявку на участие, как
вдруг замер. Перед ним предстала высокая худощавая женщина, облаченная в длинное
черное платье. Ее серебристо-седые волосы были заплетены в косу, покоившуюся на плече.
Только босые ноги не вписывались в привычный образ испанской донны.
- Я опоздала, - извиняющимся тоном сказала Тара. - Но я так долго не... Я не знала...
Она в очередной раз неуверенно оглядела себя, но Петрос только улыбнулся.
- Ты не опоздала, - сказал он, подавая ей руку и приглашая встать рядом. - Ты пришла точно
вовремя.
Мика, всё еще не веря своим глазам, прокладывала себе путь через толпу. Многие из
приехавших женщин облачились в яркие платья, пара мужчин по примеру Петроса надели
традиционные андалусские костюмы. Но большинство прибывших были в обычной одежде.
Несколько молодых парней в коротких шортах и с красочными символами на груди и руках
выглядели, как индейцы.
Но больше всего выделялись лошади, которые, не обращая внимания на людей, сновали по
двору. В их гривы были вплетены разноцветные ленты и цветы, хвосты были заплетены в
причудливые косы, а спину почти каждой лошади украшали рисунки. Они изображали
флаги, гербы, клейма окрестных деревень и андалусских провинций. На спину некоторых
накинули попоны, но ни на одной из лошадей не было уздечки. Эта была полная
противоположность любому турниру, который видела Мика. Свобода и никакого
принуждения. Никаких правил, никакой амуниции. В этот момент она разглядела Фанни -
подруга сидела внутри наспех сооруженной будки, служившей, по всей видимости, местом
регистрации участников.
- Си, сеньор, сильвупле. Ваш лошадь, уи? - Фанни как раз отдавала билет сбитому с толку
всаднику, сидевшему на гнедой лошади. Тот, похоже, всеми силами пытался понять, что от
него хотели.
- Не знала, что ты еще и на испанском говоришь, - улыбнулась Мика. Фанни лишь
добродушно пожала плечами.
- А кто сказал, что я на нём говорю? Но приходится.
- И сколько уже? - серьезно спросила Мика.
- Пока 130. Через час начало, - Фанни выглядела обеспокоенной, но ее врожденный
оптимизм взял верх. - Но люди подтянутся! Кстати, держи свой билет. Значит, 131 человек.
Так и запишем.
И в этот момент на лице Фанни отразилась странная гримаса. Мика по опыту знала - такое
выражение лица появлялось у подруги в двух случаях: либо от приступа сильной зубной
боли, либо в попытке скрыть рвущийся наружу смех. Она обернулась и увидела Сэм, которая
направлялась к ним... В нежно-розовом платье, украшенном всевозможными рюшками, с
ободком в волосах, на котором красовался немыслимых размеров ярко-розовый
искусственный цветок. Только угрожающее выражение лица напоминало о старой-доброй
Сэм. У Мики непроизвольно вырвался смешок.
- Скажешь хоть слово, и в скачках станет на одного участника меньше! - прошипела Сэм и,
повернувшись к Фанни, добавила:
- А если ты будешь ржать, то...
Фанни предупредительно зажала рукой рот.
- Я даже не думала. У меня просто зуб болит, - запротестовала Микина подруга, чуть не
икнув от еле сдерживаемого хохота.
- Что с вас взять, - мрачно вздохнула Сэм и важно, как пристало юной донне, объяснила. -
Я, конечно, на скачки переоденусь... Но отец попросил поприветствовать гостей в
традиционном наряде.
- Понятно!
- Мы так и думали!
- Отлично выглядишь!
Фанни с Микой переглянулись - похоже, они перегнули палку.
- Я в курсе, что жутко выгляжу, - вдруг ухмыльнулась Сэм. - Но плевать, скачки уже через
час. Кстати, у меня для тебя сюрприз, - обратилась девушка к Мике.
- Что за сюрприз?
- Иди за мной, только незаметно, - ответила Сэм. И с этими словами она подобрала подол с
рюшками и направилась в конюшню, чеканя совсем не характерный для юной донны шаг.
- Незаметно? Ну-ну, - хихикнула Фанни, подмигнув Мике. Спустя секунду она уже
продавала билеты 132 и 133 двум сутулым стариканам.
Мика в поисках испарившейся Сэм шла по коридору конюшни. Дочки Петроса нигде не
было. Вздохнув, девушка посмотрела на часы. Скоро придёт время выводить Оствинда и
вести его к месту старта. К ее собственному удивлению никакого волнения она не
испытывала. Совсем никакого - будто никаких скачек сегодня не было. На мгновение
вспомнился прошлый вечер и странная, разлившаяся в груди тоска при взгляде на табун
диких лошадей. Мика помотала головой, стараясь прогнать воспоминание, толкнула дверь в
денник Оствина и ... в удивлении застыла.
- Нравится? - спросила невесть откуда взявшаяся Сэм в привычных джинсах и белой
рубашке. Мика по-прежнему молчала. Оствинда кто-то подготовил к скачкам, и он выглядел
не как раньше. Чуб на его голове был заплетён в косу и смотрел вверх выкрашенным в ярко-
красный кончиком. На ногах были повязаны ярко-желтые «гольфы», а по спине бежали
разноцветные причудливые узоры. Сэм робко посмотрела на Мику, которая всё еще не
проронила ни слова.
- Я рисовала по старым фото. Так выглядела лошадь Тары, на которой она победила на
скачках.
Оствинд ударил копытом, будто подтверждая, что очень даже доволен своим воинственным
окрасом.
- Вот это колючник Оры - наше клеймо, ты его знаешь, - принялась объяснять Сэм. - Это
герб нашей провинции. Эти линии обозначают четыре стихии. Тут солнце и луна.
- А вот это уже не как у Тары, - добавила она, показав на грудь Оствинда.
Мика прищурилась. Рисунок был выполнен грубыми мазками, но она в тот же миг узнала
его: это же герб поместья Кальтенбах!
- Фанни мне его нагуголила... Или как там правильно называется, - засияла Сэм. Мика,
наконец, обрела дар речи.
- Безумие. Сэм... С ума сойти! - она подошла к вороному коню и коснулась пальцами
искусной росписи.
- Он же выглядит..., - она подбирала нужные слова. - Он же, как настоящий ... восточный
ветер.
Мика обернулась к Сэм.
- Спасибо! - восторженно поблагодарила она.
- Погоди. Ты еще Кортадо не видела! Отец разрешил мне на нем выступить, - гордо
улыбнулась Сэм.
- Отлично, - ответила Мика. - Вы просто созданы друг для друга. Ты в курсе?
По лицу Сэм пробежала тень.
- Да... Но его все равно скоро продадут.
Мика не нашлась с ответом. К счастью, к Сэм вернулся позитивный настрой.
- Так мы готовы, нет?
Мика посмотрела на Оствинда. Карие глаза с золотистым отливом сияли. Он выглядел диким
и свободным. И в этот момент Мика поняла: это будут его скачки.
- Да, - сказала она. - Мы готовы.
Когда Мика с Сэм вывели лошадей из конюшни, огромный двор гасиенды был почти пуст.
Осталась только пара всадников, остальные следовали к месту старта, ориентируясь по
украшенным лентами тюкам сена, которые в этот раз служили указателями. Сэм уже
собиралась последовать за ними, как Мика ее остановила.
- Сэм, погоди, - сказала она, кивнув на группу людей, которые с серьезными лицами стояли
возле будки Фанни. Петрос, Тара, старый «ковбой»... Девушки переглянулись. Вряд ли это
сулило добрые вести.
- Я пять раз пересчитывала, - убитым голосом объясняла Фанни, когда они подошли ближе.
- 194. Но какая разница? На шесть больше, на шесть меньше.
«Ковбой» медленно покачал головой и сочувствующе посмотрел на Петроса.
- Боюсь, есть разница. Я сам очень хочу, чтобы всё получилось, но если я напишу в отчете,
что условия были выполнены не полностью, скачки не признают культурным достоянием.
Будет процесс и... - Педрос избавил «ковбоя» от необходимости заканчивать предложение.
- Я понимаю, Карлос. Спасибо.
Сэм в неверии смотрела на отца:
- Нам не хватает всего ШЕСТЬ человек. То есть всё это напрасно?
Узкая ладонь успокаивающе легла Сэм на плечо. Тара ласково смотрела на племянницу:
- Это всё не напрасно. Скачки Оры сегодня состоятся.
- Хм, нет. Вы ошибаетесь, - раздался голос рядом. Мика его тут же узнала: это же глава
общины, разговор с которым они на днях подслушали на кухне Петроса. Теперь он стоял
перед ними и был таким же мерзким, как она его себе представляла. Рядом возвышались
четверо мужчин в серых, сшитых по заказу костюмах. Под обжигающим солнцем Андалусии
они выглядели, как стая пингвинов, оставленных в жаркой пустыне. Чихуахуа, по кличке
"крыса", спокойно дремавший в ящике из-под апельсинов, водруженном на стойку «будки»,
проснулся и начал тявкать.
- Эти скачки незаконны, поскольку организованы на территории, принадлежащей компании
Waterlife AG. А мы, к нашему сожалению, разрешения на их проведение не даём, - взял
слово один из «костюмов». - В противном случае мы будем вынуждены в ближайшее время
возвести ограду для защиты территории, принадлежащей нашей компании, в целях...
Тут ему пришлось замолчать, поскольку ему настойчиво что-то впихивали в руку. Забыв, что
же он хотел сказать, «костюм» перевёл взгляд на Фанни, которая теперь стояла рядом с ним
и лучезарно улыбалась.
- Ха, пока это НАША ЗЕМЛЯ! И если вы хотите тут стоять, то должны получить билет.
Иначе мы будем считать это незаконным вторжением на чужую территорию, что грозит
заключением сроком от 3 до 18 лет.
Мужчина с удивлением наблюдал, как Фанни энергично вручала синие билетики остальным
присутствующим. Мика затаила дыхание, когда поняла, что было у подруги на уме. Петрос
оглянулся на старого «ковбоя» - тот пытался скрыть ухмылку.
- Да-да, ладно уж, - нервно сказал глава общины и небрежно сунул билет в карман. - В
любом случае, пора заканчивать. Я тебя предупреждал, Петрос. Теперь я не смогу помочь ни
тебе, ни... - он пренебрежительно взглянул на Тару, - твоей чокнутой сестрице. Лошадей,
конечно, жалко. Но, что поделать.
Лицо Тары посуровело, она шагнула к коренастому мужчине, который был ниже ее почти на
две головы. Тот в страхе отступил и нервно икнул.
«Тряпка», - подумала Мика.
- 199! - раздался голос Фанни. - Вы точно все пришли? Может, у вас в машине еще какой-
нибудь громила остался?
Глава общины растерянно обернулся.
- ЧТО? Нет! - отмахнулся он.
- Черт! - вырвалось у Мики. Похоже, настал момент признать поражение. Тара взяла
Петроса за руку. Победа была так близко!
Но вдруг Сэм вытянула шею, стараясь разглядеть что-то возле ворот.
- Смотрите! - крикнула она. Остальные обернулись: Мика, Фанни, Тара, Петрос, глава
общины и даже «костюмы» уставились на ворота, потому что в этот момент в них
преспокойно зашла девушка: блондинка, с россыпью веснушек на лице, в странного вида
шароварах. Она без особой спешки подошла к собравшимся, сняла со спины запылившийся
рюкзак и, оглядев всех, сказала:
- Привет всем! А вот и я!
Фанни, Сэм и Мика переглянулись и... вдруг заорали, как сумасшедшие:
- СОНЯ-Я-Я!