Сделка | 16+

К моему удивлению, я проснулась рано утром, от какого-то шума. Быстро приняв сидячее положения, я вдруг почувствовала сильное головокружение и острую боль в висках. Схватившись за голову, я зажмурилась. За окном уже светило яркое солнце. От чего голова болела ещё сильнее. Всё тело болело. А на запястьях остались яркие следы кровоподтёков от верёвки.

Постель сестры была пустой. Посмотрев на часы, я встала с кровати и направилась в ванную. Быстро приведя себя в порядок, я обработала несколько царапин на лбу и виске. Раны были не глубокие, но заметные. Зайдя в кухню, я увидела маму, стоящую у плиты.

Кухня на нашей съёмной квартире была маленькой, но уютной и светлой. С большим окном, которое мы часто оставляли открытым на распашку. Это было моё любимое место в доме. На улице уже во всю светило солнце и пели птицы. Я любила итальянское лето.

— М-м как вкусно пахнет! Сырники? — улыбнулась я, смотря на маму.

— Да, доброе утро, — устало улыбнулась женщина.

Было видно, что она плакала всю ночь и, наверное, как обычно, в последнее время ругалась с отцом до утра. Их отношения всегда были сложными. Но, из-за угроз мафии всё ухудшилось. Напряжение и стресс в доме рос. Что способствовало постоянным конфликтам и ссорам даже по пустякам.

Подойдя к маме со спины, я обняла её и поцеловав в щёку, села за стол. Желудок жалобно заурчал.

— Я такая голодная!

— Сейчас, я почти закончила.

— Будешь кофе? — вставая из-за стола, спросила я.

— Да, но кажется у нас нет молока.

— Ничего страшного, так выпьем. А после, я схожу в магазин, только семь утра, всё ещё закрыто, — произнесла я, доставая две чашки и не большую банку с растворимым кофе.

Заварив нам кофе, я села за стол, а мама как раз закончила жарить сырники. Взявшись за руки, мы помолились, и попросили Бога благословить еду.

— Приятного аппетита, — улыбнулась я, накладывая себе несколько сырников в тарелку.

— Прости, сегодня без варенья, — с грустью ответила мать.

— Эй, всё в порядке.

Я принялась за еду, и только в процессе поняла, на сколько сильно я была голодна. Стараясь хорошо жевать, я запивала всё горьким кофе. Съев несколько сырников, мне по-прежнему хотелось есть, но я не посмела скушать больше. Так как знала, что мать и отец ещё не ели. Сидя передо мной и наблюдая за тем как я ем, мама так и не притронулась к еде.

— Фух, спасибо было очень вкусно мам! — улыбнулась я, смотря в грустные глаза матери. — Кстати, что за шум был утром?

— Это была Яна. Она не захотела есть, и ушла в школу, громко хлопнув входной дверью, — ответила мама. — Я не знаю, что мне с ней делать. В последнее время она становиться просто невыносимой. Ты не была такой в шестнадцать лет!

Внутри меня что-то заныло. Мама даже понятия не имеет, с чем я столкнулась в школе будучи такого же возраста, как и Яна. Я многое скрывала от родителей. Как сбегала с уроков и дралась с одноклассницами. Скрывала все свои проблемы и переживания, чтобы быть идеальным ребёнком в глазах родителей. Быть идеалом. Чтобы родители хвалили и любили меня. А не сравнивали с другими детьми. Как же я ненавидела, когда меня сравнивали с другими.

— Мам, она другая. И ты же знаешь, что она тоже сильно переживает из-за нашего финансового состояния. Дети в наше время очень жестоки, особенно подростки.

— Да, я всё понимаю, и она ведь тоже должна понимать нас!

— Мама, не забывай, что она ещё ребёнок.

Сделав несколько последних глотков кофе, я дотронулась до виска. Правая сторона головы сильно болела, видимо хорошо я вчера приложилась головой об руль. И шишка есть.

— Болит?

— Да, я ударилась головой об руль.

— Может к доктору?

— Нет, не пойду. Ещё будет расспрашивать почему так случилось. И что я ему отвечу? Простите, за мной просто гнались, а потом я попала в аварию? Нет уж!

— Даша...

— Прости мам, я просто... вчера был тяжёлый день. Мне нужно отдохнуть, я сегодня не поеду в колледж. У меня есть не много денег, я куплю молока и варенье, встав из-за стола я, уже хотела отправится к себе в комнату как произнесла. — Где отец?

— Он, уехал рано утром. Ему предложили какую-то работу на стройке, оплата будет раз в неделю.

— Понятно, — развернувшись, я отправилась к себе в комнату.

Сев на кровать, я закрыла глаза. Погрузившись в свои мысли.

Мои родители поженились, когда им было по двадцать одному. Моя мама Виктория, была талантливым пекарем, который подавал огромные надежды. Она училась и работала у одного из лучших пекарей Польши. Мой отец Валерий Войчик — был мастером резьбы по дереву. Слава о его невероятной мебели, быстро разносилась по всему Гданьску. И вот однажды работы отца заметил один итальянский турист. Ему очень понравились изделия отца, и он предложил ему открыть бизнес в Италии.

Вот так моя семья переехала из Польши в Италию. Первые два года всё было прекрасно. Мой отец вместе со своим партнёром, открыли бизнес по производству эксклюзивной мебели из дерева. Отец налаживал всё производство, обучал людей и брал очень хорошие заказы. Казалось, что жизнь в Италии была просто мечтой и сказкой. Отец получал большие деньги. Вскоре должна была родиться я, как жизнь вдруг обернулась кошмаром.

Бизнес-партнёр отца, решил кинуть его. Отобрать часть бизнеса, которым владел отец, а также «повесить» на него много тысячные долги, которых отец не брал. С того момента жизнь нашей семьи превратилась в кошмар. Наша семья потеряла всё что имела, отец был втянут в многолетние суды и разбирательства, доказывая свою правоту и невинность. Суды длились почти десять лет. И в конце концов, по решению суда, отец был призван виновным и ему предписали выплатить огромный долг. Параллельно, отец пытался снова открыть своё дело. И как-то связавшись с серьёзными людьми, а если быть точнее мафией, он одолжил у них денег. И это было его роковой ошибкой. Вот так, когда я родилась, у моей семьи уже были огромные финансовые проблемы и долг перед мафией. Так как деньги, которые брал отец на определенный срок, он не смог отдать вовремя.

А сейчас у отца не было постоянной работы, он работал, где получалось, так как сил и возможности снова заниматься когда-то любимым делом по дереву, просто не было. Мама так же подрабатывала помощником пекаря, но на не полный рабочий день. И вот так денег, нам едва хватало чтобы жить, оплачивать коммунальные расходы и еду, не говоря о том, чтобы платить огромные долги.

Встав с постели, я быстро надела джинсы и футболку. Взяв собой кошелёк и телефон, я вышла на улицу. Иногда я подрабатывала в кофейне, заменяя подружку бариста. Поэтому не много денег у меня было. Конец августа в Италии был жаркий, чего нельзя было сказать о вечерах и ночи. Но, мне нравилось. Солнце, пальмы и море апельсин и лимонов.

Выйдя из подъезда, я шла по тротуару, как вдруг резко остановилась, застыв. Развернувшись, я не могла поверить своим глазам. На месте, где, я обычно паркую свой автомобиль, стоял мой Ниссан. Машина была помятой, но видно, что её старались не много привести в более приличный вид, вытянув несколько вмятин. Подойдя ближе, я заметила чёрную бумажку, которая лежала прижатая к дворникам. Взяв листок, больше похожий на визитную карточку, я его перевернула. И там была всего лишь одна надпись, которая заставила моё тело покрыться мурашками.

«Будешь должна»

Осмотревшись по сторонам, я быстро сунула визитку в карман и направилась в магазин. Благо не далеко от нашего дома был продуктовый. Купив молоко и апельсиновое варенье, я быстро заплатила за свои покупки и направилась домой. Снова проходя мимо машины, я не могла поверить, что её мне вернули. И даже постарались исправить вмятины. Невероятно. Но, внутреннее чутьё подсказывало что-то здесь не чисто. Такое внимание настораживало и пугало одновременно. Неужели это был тот человек, который подвёз вчера меня до дома? А я ведь даже не знаю, как его зовут. Единственное, что я ярко запомнила это его глаза. Карие, почти чёрные глаза. Этот цепкий, но спокойный и уверенный взгляд. Он притягивал и отталкивал одновременно.

Быстро поднявшись домой. Я оставила продукты маме. А сама направилась в свою комнату. Достав телефон, я стала искать в интернете хоть какую-то информацию о мафии. Новости. Какие-то форумы. И к сожалению, я ничего не могла найти.

Весь оставшийся день, я провела дома. Я слушала музыку в наушниках и убиралась в комнате. Успела начать читать новую книгу. В последнее время мне очень нравилась классика. А может просто, мне нравилось убегать от своих проблем и погружаться в чужие? Так как будто становилось легче пережить свои эмоции, а также почувствовать, что я не одинока в своих страданиях. Находя своё отражение в книжных героях.

***

Вечером, когда Яна пришла с школы, практически в это же время приехал отец. Мы все сели ужинать. Отец помолился, и мы приступили к еде. За столом повисло тяжёлое молчание. Я же в свою очередь, ковыряла картошку в тарелке. Аппетита совершенно не было. Как и настроения. Огромная недосказанность и проблемы в семье давали о себе знать. И даже молчать в кругу семьи было не комфортно. Мы должны были высказаться друг перед другом, но... Нет. Мы продолжали делать вид, что всё в «порядке». И все другие вопросы, которые и возникали разъяснялись и решались «по умолчанию». Ведь как говорил отец: «мы уже взрослые и сами всё понимаем». И думать так, это было полнейшей ошибкой. Первым прервал тишину отец.

— Я видел твою машину у дома, Даша.

По моему телу пробежали мурашки. Я снова вспомнила о записке. Будешь должна – эхом звучали  моей голове.

— Машину? — удивилась мама, — Разве её...

— Да, я видела, что её вернули, как благородно с их стороны, — хмыкнула я, не поднимая глаз с тарелки.

— Я не знаю, во сколько обойдётся ремонт, скорее всего тебе придётся ездить в колледж на поезде. Так как первый полицейский и машину у тебя вообще отберут, да ещё оштрафуют.

— Хорошо.

И снова повисла тишина. Весь вечер меня мучали мысли о том, что потребует от меня босс мафии? Ведь я сама ещё предложила ему сделку. И о чём я только думала в этот момент?! Нет. Я сделала всё правильно. Меня хотели убить. Всю мою семью тоже. Я должна была что-то предпринять. Ведь, если мой отец не может решить этот вопрос, может быть у меня получиться? И вообще на сколько реально отдать мне такой огромный долг? В голову лезли самые разные мыли, от самых логичных до абсурдных. От волнения и неизвестности, мой желудок снова скрутил спазм. Есть вообще не хотелось.

Вдруг раздался звонок в двери.

Все испуганно переглянулись. Отец же, сжав руки в кулаки встал и направился к двери. А в следующую минуту в квартиру вошла группа людей в чёрном, а во главе их стоял тот мужчина, который подвозил меня до дома.

— Что вы тут делаете? — зарычал отец.

— Мы пришли за твоей дочерью, — спокойно ответил мафиози.

— Что? — на лице отца застыл ужас.

Мама в эту же секунду схватив меня и Яну, крепко прижала нас к себе.

— Нет! Я никого вам не отдам! — зашептала мать.

— Ваша дочь заключила с нами сделку, — спокойно произнёс мужчина, смотря на отца и переводя взгляд на меня.

Было видно, что эта ситуация не много забавляет бандита. Мне же хотелось провалиться сквозь землю. Я знала, что рано или поздно должна буду рассказать родителям о том, что я предложила отработать долг под угрозой смерти. Но, я думала, что у меня есть не много больше времени чтобы подготовиться к этому тяжёлому разговору.

— Что?! Какую сделку, Даша?! — закричал отец, разворачиваясь ко мне.

— Папа, у меня не было другого выбора, — твёрдо произнесла я, смотря на искажённое злостью лицо отца. — Прошу тебя, успокойся и дай мне всё объяснить тебе.

Главный бандит громко ухмыльнулся. Я ведь говорила, что выбор есть всегда. Получается, что я солгала тогда?

— И какую сделку ты заключила?! Захотела стать их шлюхой?! Что ты можешь им ещё предложить?! — кричал на меня отец.

— Доченька, — зашептала мама, начиная плакать и дрожать.

И тут мне стало так обидно, что первое о чём подумал отец это об этом. Это была последняя капля. Мне стало так неприятно и мерзко на душе, что я не выдержала.

— Да! — закричала я, вырываясь из крепкой хватки матери. — Я решила продать себя, чтобы хоть как-то оплатить твои долги! Ты ведь не можешь это решить уже очень много лет! Уж лучше быть шлюхой, чем так жить!

В следующую секунду, отец подлетел ко мне и ударил меня по лицу, что я едва не упала на пол. Схватившись за горящую щёку, я почувствовала тошноту, которая подкатила к горлу. Медленно выровнявшись, я холодно посмотрела в глаза отца, которые были наполнены ужасом и отвращением.

— Ты ведь это хотел услышать от меня?

Сделав несколько шагов в сторону, я пыталась обойти отца, как он попытался схватить меня. Неожиданно мужчина, который вчера подвёз меня, достал пистолет и направил его в сторону папы.

— Нет! — закричала мама.

А я застыла.

— Всё решено, Валерий. Твоя дочь уже взрослая девушка и может принимать решения самостоятельно. Она сделала свой выбор, — спокойно произнёс мафиози, смотря отцу прямо в глаза.

— Если ты уйдёшь, то у меня больше нет дочери, — зло выплюнул отец. — Я не хочу иметь ничего общего с дочерью шлюхой. Ты больше не часть нашей семьи.

Мои глаза наполнились слезами. Слова отца были как ножом по сердцу. Неужели он так легко откажется от меня? А как же все слова и разговоры о том, что мы семья и должны держаться вместе? Неужели, всё это ложь и манипуляция?

— Тогда, прощай, — произнесла я и быстро направилась в свою комната.

Схватив портфель, я стала кидать в него всё, что думала мне необходимо. И, к моему удивлению, этого было не так много. Я молча плакала и задыхалась от истерики. Выйдя из своей комнаты, я увидела отца, сидящего за столом и смотрящего в одну точку. И мать, которая так же сидела и держалась за сердце. Увидев меня, мама громко заплакала.

— Ваша дочь с этого дня будет у нас. Отрабатывать ваш долг. Надеюсь, вы понимаете, что искать её или нас бесполезно, так же, как и обращаться в полицию. Вы должны быть ей благодарны, что она отдаст ваш долг, — произнеся это, мужчина взял меня за руку и вывел из квартиры.

А я в свою очередь, молча следовала за ним. По моим щекам градом текли слёзы, а последнее перед тем, как сесть в машину, я услышала громкий плачь матери. Окно на кухне было открыто. Меня замутило. То ли от эмоций то ли от самой себя.

***

Мы ехали в абсолютной тишине. За окном уже было темно. В машине нас было лишь двое.

— Думаю нам пора уже познакомится. Меня зовут Маркус, — первым прервал тишину, мужчина.

— Дарья, — на автомате прошептала я, сиплым от слёз голосом.

— Твой отец, он всегда был таким?

— Столько сколько себя помню.

— Он ещё пожалеет об этом.

— Сомневаюсь.

Прислонившись головой к стеклу, я прикрыла глаза. А слёзы всё продолжали течь по моим щекам. Как же мне хотелось, чтобы всё это было кошмаром или просто моим страшным сном. Но, нет. Это была суровая реальность. Я не знала, как семья отнесётся к моему решению, и конечно я не ожидала положительной реакции. Но, чтобы на столько... Чтобы отец так просто отказался от меня, даже не дав ничего объяснить и не разобравшись. Было больно. Я чувствовала себя преданной и брошенной. Если бы они только знали, что меня могли убить тогда. И их тоже...

Мы ехали долго и, кажется, давно уже выехали из города, в котором жила я. Было уже темно, ночь плотно окутала землю. Незаметно для себя я заснула.

***

Приехав в особняк, Маркус припарковал машину. Повернувшись к девушке, мужчина ухмыльнулся. Дарья крепко спала, прислонившись головой к стеклу и крепко прижимая к себе свой портфель. Девушка выглядела такой уставшей и измученной, что Маркус решил не будить её. Она слишком многое пережила за последние несколько дней. Ему было просто жалко её. Аккуратно отстегнув ремень безопасности, мафиози вышел из автомобиля и достал Дарью. Крепко держа полячку на руках, Маркус отправился в комнату, в которой должна была жить Войчик. По дороге его встретила одна из горничных и помогла открыть двери.

Водя в спальню, мафиози, аккуратно уложил девушку на постель, и снял с неё кеды. Ещё минуту простояв у постели, мужчина развернулся и покинул комнату. Даже во сне, Дарья продолжала плакать. Его восхищала стойкость этой девушки. Он присутствовал тогда на её допросе в ангаре. Он видел, как она храбро боролась за свою жизнь до самого конца. И его это восхитило. Он впервые встречал такую стойкую и сильную девушку, которая смогла заинтересовать дядю, и даже не много противостоять ему.

— Как всё прошло? — вдруг раздался мужской голос. — Маркус?

— Дядя, — произнёс мужчина, закрывая двери. — Я думал будет хуже. Я забрал её из дома. И её отец, удивил меня. Я думал он будет защищать её и без боя не отдаст. Но, он, наоборот, начал оскорблять её, и даже отказался от неё, подумав, что я забираю её стать нашей шлюхой.

— Ах, вот как, — задумался мужчина. — И что Дарья?

— Она добровольно ушла. Собрала свои вещи, и мы уехали.

— Да, эта девчонка невероятно сильная. Пожертвовать собой ради семьи, которая даже не оценила это... Думаю, она может пригодиться нам с её характером.

— Да, возможно. Но, она уже сломана. Не сломает ли её всё это окончательно?

— Если она выдержит, то я лично, возьму её под своё покровительство. Она чем-то напоминает мне меня в юности. Только поэтому я дал ей шанс. Если она сделает правильный выбор, она многого добьётся. И мы скоро это узнаем!

— Надеюсь. Спокойной ночи, дядя.

— Спокойной ночи, Маркус, — похлопав племянника по плечу, мужчина направился в свою комнату.

Ночь плотно окутала особняк Денаро, погружая всё в сон и тьму. И лишь один человек никак не могу уснуть. Закрывая глаза, он видел пред собой красивые заплаканные глаза Дарьи.