Я могу дать тебе то, что не может дать никто другой (3)
Вскоре мы добрались до машины, а через двадцать минут приехали, и я увидела новый жилой дом с довольно симпатичным подъездом.
- Выходи, - приказал Майс.
- Куда? - спросила я.
- Я здесь живу.
- Рада за тебя, но я, видишь-ли, не любитель ходить в гости.
- Я вообще-то тоже. Но ты ведь хочешь поговорить? Здесь нам никто не помешает.
- Знаешь, подобная фраза иногда звучит сомнительно, - проворчала я.
- Я же сказал, ты в безопасности. Со мной, по крайней мере.
Вздохнув, я вышла из машины и направилась за ним к подъезду.
Консьерж сначала приветливо улыбнулся, но вскоре поспешно отвел взгляд. Уверена, жилец вызывал у него весьма неоднозначные чувства.
Мы прошли к лифту и поднялись на последний этаж.
Дмитриев достал ключи, открыл дверь, распахнул её и сказал:
- Заходи. Чего ты так боишься? - улыбнулся он.
- Должна предупредить: я очень пугливая и нервная девица.
- Зато красивая, - улыбнулся он пошире.
- Раньше ты так не думал.
К тому моменту мы оказались в кухне, просторной, с панорамным окном. Итальянский кухонный гарнитур, а вот стол был обычный, и стулья к нему тоже. Вместо люстры с потолка свисала лампочка. Такое впечатление, что хозяин взялся за ремонт, но не успел его доделать. Однако чистота на кухне была идеальная.
- Руки можно помыть там, - кивнул он на дверь, включая чайник.
Ванная тоже была с окном, большая, метров двадцать. Джакузи, душ с огромной лейкой, раковина из дорогого камня. Вся сантехника тоже итальянская. Парень с запросами. Всё это как-то не вязалось с его обликом. Такому, как он, до итальянской сантехники обычно, как мне до чемпионата мира по футболу.
Хотя, нет уж. Ошиблась. Тряпки на нем, кстати, тоже дорогие.
- Богато живёшь, - выходя из ванной, сказала я Дмитриеву.
- Стараюсь, - он накрывал на стол, стоя ко мне спиной, и я решила немного прогуляться по квартире.
Заглянула в гардеробную, битком набитую дорогой брендовой одеждой. Чего здесь только не было: миу-миу, баленси, прада.
«Да он пижон», - с удивлением подумала я, а потом заглянула ещё в одну комнату, которой, скорее всего, отводилась роль спальни. Та же одинокая лампочка под потолком, дорогой паркет, а вот стены не успели покрасить или намеревались оставить их белыми. Но хозяину по какой-то причине это не понравилось, и он решил украсить их на свой лад. Множество надписей чёрным фломастером. Фломастеры, кстати, лежали на подоконнике. Прямо посреди комнаты кровать. Довольно старая.
Я подошла к стене и стала читать одну из надписей: «Я могу дать тебе то, что не может дать никто другой».