Глава 8.2
Северус ощутил, как его тело превратилось в камень.
К горлу подступила тошнота, руки заледенели.
Прямо сейчас он чувствовал себя тем самым щуплым и неопытным юнцом, увидевшим впервые выпотрошенные органы в зале собраний.
На каменном полу красовались следы багряной смеси: кровь, гной и смрад искусной темной магии.
Проклятие.
Он знал об этих чарах слишком хорошо. Он сам применял гнуснейшие заклинания.
Палочка сделала неспешный пасс — Северус даже не заметил, как сдвинулся с места.
Медленно приблизившись к капелькам, он наклонился ближе и присел.
Разило разлагавшимися тканями.
Снейп выругался. Встал.
Взгляд его зацепился за дорожку вдоль всего кабинета до класса.
На мисс Грейнджер темное проклятие — неоспоримый факт.
Первая мысль, посетившая его сознание, — как смог он не ощутить раньше этот дурманящий сознание чернейший флер?
Грязная магия пахла иначе. Чувствовалась мягче. Горячее. Холоднее. Как теплая ванна и прохладный душ.
Мотивы этой идиотки стали ясны.
Снейп был нужен ей ради проклятия.
И все.
***
Северус Снейп привык к страданиям.
Разумное существо могло привыкнуть ко всему — да и обделенные, скорее всего, тоже.
Важны лишь регулярность, дисциплина, время.
Северус Снейп привык.
Он научился исполнять приказы без навязчивого голоса о морали в сознании. Смог свыкнуться с долей ничтожества. Принял себя как урода.
Он ненавидел этот мир и признавал свою никчемность в оном.
Ошибался — столько раз.
Был челядью, отродьем, упоенным.
Северус мастерски владел окклюменцией, легилименцией и магией исступленного тела.
Но... душа?
Снейп грустно усмехнулся.
У него души давно уж нет.
Лишь мерзкое распоротое нечто у него в груди. Располосованная полость, пропускающая рябь под ребрами.
Он никому не верил, никого не ждал.
Но... это паскудное чувство. Этот окаянный огонек — он зажигался без согласия, он горел, он сжирал.
Утерянные надежды и мечты оставленного мальчика.
Что, если он все-таки ценен для кого-то? Кому-то нужен — просто так.
Раздражаясь себе, Снейп с силой втянул дым дешевой сигареты в легкие.
Еще эта кошка МакГонагалл возникла в голове.
«Я прошу как друга».
Да черта с два.
Очередная грязная уловка.
Выгода — Минерве лишь она нужна.
В какой из дней все наконец отцепятся от него? И в какой из дней дадут ему спокойно умереть?
Казалось, что этот огромный поток ненависти к себе возродился в то же самое мгновение, как только пал Волдеморт.
Его бывший хозяин.
Его бывший наставник, учитель и авторитет.
Северус был глупцом в свои шестнадцать. Злость от обиды, поток гнева — к Лили, к миру, к пьянице отцу и ко всему — заполонили его разум.
Он больше не хотел быть маленьким, бедным и жалким.
Он хотел могущества и власти.
И он это получил.
Снейп помнил каждую секунду опьяняющих его грязный рассудок взглядов. Как его боялись, опасались, уважали.
Как в одно мгновение из худощавого мальчишки он перевоплотился в мужчину.
Холодный поток ветра уронил пепел от догоревшей сигареты на босую ногу Северуса.
Поджимая губы и закрывая окно, он потушил окурок о свое предплечье.
***
Минерва отправила сову спустя семь дней.
Северус открыл ее письмо спустя десять.
Оно пестрило гиперболизированными высказываниями о тяготах жизни в замке.
«С приездом студентов Хогвартс сошел с ума. Ему нужен директор!»
Закатив глаза, Снейп отложил пергамент в сторону.
Не так давно он пришел к выводу, что раз уж он еще живой — а мисс Грейнджер, которая пыталась лживой любезностью купить его магические силы, больше не посылает ему еду, — было бы неплохо принимать в пищу что-то еще, помимо алкоголя.
Не беря во внимание тот факт, что ему не дали ни гроша, ни работы, он молча продолжил воровать в маггловском магазине.
Так у Северуса появились кофе, овсянка, блокнот и шариковая ручка.
С тяжелым вздохом опустившись на просиженный диван, он сделал глоток кофе и продолжил читать письмо от Минервы.
«Я прошу тебя, приходи в субботу к рассвету. Замок сводит меня с ума, Северус. Я подняла весь архив записей Альбуса и перенесла добрую часть библиотеки в кабинет. Если ты не примешь права или не передашь их мне, я скончаюсь на этом самом месте, на котором пишу тебе это чертово письмо, Северус Снейп!»
Устало откинув шею на спинку дивана, он всмотрелся в потолок.
Сегодня воскресенье. А это значит, что МакГонагалл наверняка пришлет очередную рукопись с гневными восклицаниями.
Он прикрыл глаза.
У Снейпа, конечно, была отличная память, как у искусного легилимента, но даже он не мог запомнить все.
О процедуре передачи замка вообще было известно мало. Хогвартс был слишком умен и чересчур самостоятелен.
Северус видел пару раз, как Дамблдор общался с замком. Это было схоже с монологом сумасшедшего — вот только он прекрасно знал, что Альбус получал ответы.
Он сам не понял, как Дамблдор передал ему должность.
В то время он слишком паниковал, что планы рушатся.
Он снова оставался один на один. Он снова становился убийцей и изгоем.
Вероятно, все решила смерть.
Раз истинный директор мертв, главенство перешло к преемнику.
Так неужели все-таки ему наконец дадут умереть?
«Хотелось бы», — подумал Северус.
На клетчатых страницах блокнота виднелись записи:
Легилименция? Магия крови? Власть?
Добавить было нечего. Снейп и вправду не знал.
Но что хуже всего... он на мгновение задумался. Почему Хогвартс остался ему? Почему замок держится за Северуса, если там новый директор — пусть и на бумаге? С чем связан такой выбор?
Уж явно не за заслуги или благодетель.
В год его директорства он искалечил сотни детей. Вся кровь внутри и на том проклятом внутреннем дворе на его руках, по его вине и под его ответственностью.
Может, замок мстил? Или требовал искупления?
Может, Северус должен пролить кровь в тех каменных стенах в последний раз?
От потока мыслей его отвлекла бьющаяся в окно птица.
Велением магии впустив ее внутрь, он потянулся за свитком, но сова опередила, бросив громовещатель прямо в него.
«Северус Тобиас Снейп! Неужели в тебе не осталось хоть капли человечности?! Замок выживает меня! Я не могу даже принять душ и, прошу прощения, справить нужду без головной боли и чувства собственной никчемности! Если тебе настолько плевать, приди и убей меня сам!»
Самовоспламенившись, пергамент исчез.
На него осуждающе смотрела птица.
— Иди отсюда, — буркнул Снейп. — У меня нет еды.
Сова ухнула.
— И я не дам ответа, — раздражаясь, громче бросил он. — Улетай прочь.
С презрением распушив крылья, птица взмахнула под потолок. Острым клювом ударившись несколько раз о трещину, она исчезла.
Северус сидел в том же положении, пока на его голову неспешно опадала штукатурка.
Чертова Минерва и ее противная сова.
Руки Снейпа не поднимались, дабы как-нибудь улучшить быт. Например, уплотнить окно или хотя бы восстановить диван и кровать; убрать трещины на потолке и стенах, чтобы не видеть грязи от осыпающейся штукатурки.
Нет. Он не хотел.
Он даже не пытался.
Раз Северус к своим тридцати восьми годам оказался здесь — значит, он этого заслуживает. Значит, все, чего он достоин, — полуразрушенный, заброшенный сарай.
А еще голод, одиночество, презрение.
Снейп невесело усмехнулся.
Все возвращалось на круги своя.
Он начал таким путь — он таким и закончит.
Грязный, уродливый, нищий мальчик.
Нюниус. Сопляк. Изгой.
***
Минерва появилась на его пороге через три часа.
— Опаздываешь, — не глядя на нее, пробормотал Северус. — Я ждал тебя еще час назад.
— Первокурсника стошнило на Филча, — раздраженно отозвалась МакГонагалл, — пришлось успокаивать.
— Филча?
— Их обоих, — с тяжелым выдохом присев рядом со Снейпом, Минерва отобрала бутылку и сделала небольшой глоток. — Гадость, — откашлявшись, она вернула пойло Северусу.
— Что смог украсть, то и пью. Я тебя не приглашал на званый ужин.
На несколько секунд повисла тишина.
Слышались лишь глотки и мерное дыхание.
Стоило Снейпу повернуться, чтобы посмотреть на свою нежданную гостью, как в его глазах вспыхнул пожар.
— Ой, вот не надо этих слезливых жалких взглядов. Раз Министерство бросило меня, как мусор на помойку, так я и живу. Или ты думала, что мне предоставляют здесь трехразовое питание и десерт?
— Я не подумала об этом, — тихо сказала МакГонагалл, потупив взор. — Мне очень жаль.
— Иди к черту, Минерва. У меня нет ни малейшего желания об этом говорить. Способ передать замок я тоже не нашел. Если это все, то счастливого пути.
— Северус, — ухватив за запястье, МакГонагалл не позволила ему уйти. — Я не шучу и не преувеличиваю, — сбивчиво она произнесла. — Замок выживает меня. Это сущая пытка. Там сейчас столько детей, столько преподавателей, а я... — запнулась Минерва. — Я не могу управиться даже с собственными нуждами, Северус.
— Обратись в попечительский совет.
— Чтобы они назначили директором школы какого-нибудь министерского крота? Ты этого хочешь для Хогвартса? Чтобы он превратился в место политических интриг?
— Я ничего не хочу, Минерва. Мне наплевать на Хогвартс.
— Не обманывай себя! — вспылила она. — Этот замок до сих пор признает своим хозяином тебя. Уж это явно что-то значит.
— Это значит, что твой драгоценный замок окончательно сошел с ума.
— Мне надоело спорить, — вздохнула МакГонагалл, — у меня и так всю неделю ужасно болела голова, — устало потерев виски, она взглянула мученическим взглядом в глаза Северуса. — Пожалуйста, — тихо обратилась она, коснувшись его пальцев, — поезжай со мной. Я прошу.
— Минерва, — сквозь зубы прошипел он, попытавшись вырваться из новой хватки.
— Северус, я прошу тебя. Я отдам тебе любые покои. Никто не узнает, что ты будешь в замке. Ни одна душа. Даже призраки тебя не будут видеть.
— Спрячешь меня как нерадивое животное?
Несколько долгих оглушительных секунд Минерва молча всматривалась в темные радужки Снейпа.
Он прекрасно толковал подобный взгляд.
Не было нужды в легилименции, выражение лица старой подруги говорило с ним громче, чем сама хозяйка бы смогла.
Она готова торговаться.
И она в отчаянии.
— Чего ты хочешь, Северус? — спросила Минерва. — Назови цену, и я заплачу.
— Смерть.
— Кроме этого, Северус.
— Это уже не сделка, Минерва. Я назвал цену.
— Попроси что-нибудь еще! — раздраженно перебила МакГонагалл. — Забирай мой дом в Шотландии. Забирай ячейку в Гринготтс. Хочешь, окуни Филча в унитаз, в конце концов!
— Это я могу сделать и без твоего согласия, — негромко фыркнул он.
— Я верну твою библиотеку, — не сдавалась Минерва. — Все книги сохранились в подземельях, никто не занял твои покои, я никому их не отдала.
— Я там уже все прочитал.
— Я найду тебе новые, драккл бы тебя разодрал! Я дарю тебе карт-бланш, Северус. Все, кроме смерти.
«Надо же», — подумалось ему. Он уже даже и не помнил этого чувства... превосходства.
От него постоянно хотели чего-то. Обычно с ним не церемонились и не давали выбирать.
В последний раз его упрашивали так...
Он даже не мог вспомнить.
Вдруг... чересчур гадкая мысль промелькнула в его голове.
Нечто бесцеремонное и оскорбительное.
Нечто злое, беспощадное и грубое — под стать ему.
Раз он так нужен Хогвартсу и проклятому миру...
Раз его удержали силой и раз он незаменим...
— Северус, — позвала его в который раз Минерва, — назови цену.
Вальяжно сняв со своего предплечья хрупкую ладонь, Снейп сделал шаг назад.
На его губах не спеша растянулась улыбка.
Атмосфера в комнате накалилась, и его давняя подруга напряглась.
— Раз уж ты просишь... — оскалился он. Тон голоса был ласковым и грубым удивительно одновременно. — Я назову тебе то, что хочу.
Сведя на переносице брови, МакГонагалл нервно сглотнула.
— Ну говори, — подтолкнула она.
Ох.
Северус запомнит этот день навсегда.
Ровно до того момента, когда ему наконец будет суждено по-настоящему умереть.
Глубокий вдох. Небрежная ухмылка.
Он наклонился ближе к матери самодовольных львов.
— Я хочу, чтобы ты отдала мне мисс Грейнджер.
С упоением запомнив побелевшую МакГонагалл, он рассмеялся, глядя ей в глаза.