Спокойной ночи ангел
angel /ˈeɪndʒ(ə)l/ ангел
человек образцового поведения, совершающий добродетель; обозначение используется в сравнении красоты, качеств или способностей человека.
16 июля 2021 года
Джисон забирает Минхо с вечернего занятия по танцам, и Минхо не может не заметить легкую напряжённость между ними, пока они едут домой.
– Мин? – голос младшего настолько тихий, что Минхо едва слышит. Он что-то мычит в ответ, одновременно убавляя громкость музыки, – Я... со мной что-то не так в последнее время. Я чувствую себя странно, – Минхо инстинктивно переключает внимание на него.
Он ничего не говорит. Терпеливо ждёт, пока Джисон расскажет всё, что накопилось у него в душе.
– Всё будто в тумане. Скоро экзамены, и я редактировал свою выпускную песню
снова и снова... но ничего не выходит. Мне ничего не нравится. Я просто застрял на месте, – он глубоко вздыхает. Минхо слегка хмурится. Он давно заметил, что в последнее время Джисон всё чаще и чаще говорит о том, как ему не нравится то, что он делает. Возможно, все дело в экзаменах, ведь Джисон никогда раньше не сомневался в себе.
– Сони, ты чудо. Пожалуйста, доверься себе. Я знаю, что мои слова вряд ли могут помочь тебе, но я в тебя верю. И ты верь в себя, – Минхо поворачивает голову на младшего, сидящего на водительском сидении и нежно улыбается.
Последнее, что говорит Джисон, глядя на парня, которого так сильно любит, на своего мужа, на того, с кем навсегда.
Прямо перед тем, как в их автомобиль на полной скорости врезается другой.
– Я люблю тебя.
7 сентября 2021 года
Минхо подскакивает на месте, тяжело дыша и ругаясь себе под нос. Сердце бешено колотится, руки дрожат. Он ищет
телефон, чтобы узнать, который час. Глаза расширяются при виде нескольких пропущенных звонков от Феликса. Он быстро перезванивает, вспомнив, что тот был в больнице с Джисоном.
Он пытается контролировать сбившееся после кошмара дыхание. Последние несколько дней он чувствует себя так, будто застрял в петле. Он старается не думать о том, что кошмар был больше не кошмаром, а воспоминанием. Его мысли прерываются мелодией из телефона.
– Ёнбок, сейчас типа... пять утр... – его прерывает дрожащий голос, и он прикусывает губу, пытаясь не поддаваться панике.
– Ф-феликс? Всё в порядке? – говорит второй голос на другом конце линии. Минхо едва ли разбирает слова из-за помех и отсутствия сигнала в больнице.
– Ха...нни... – и этого достаточно. Минхо бросает трубку и спешит к выходу из дома.
10 сентября 2021 года
Тишина в машине оглушающая. Руки, схватившие руль, дрожат. Он с трудом
подавляет в себе желание заключить младшего в объятия и, наконец, почувствовать его тепло на своей коже. Слишком рано.
– Минхо... правильно? – вопросительный тон, пронизывающий слова, делает только больнее. Минхо кивает, не осмеливаясь сказать ни слова. Боится, что расплачется. Боится, что просто сломается. Он смотрит на дорогу, чувствуя, как чужой взгляд пронзает его насквозь. До него только сейчас доходит, что что-то не так. Чего-то не хватает. Он смотрит на безымянный палец своей левой руки. Кольцо блестит в мягком лунном свете. Он переводит взгляд на руки младшего, аккуратно сложенные на коленях. Внутренности рвёт на части, потому что на пальце Джисона кольца нет.
Минхо знает, что врачи описали Джисону всю его жизнь, чтобы тот понял всю серьёзность его амнезии. Но он уверен, что самые главные детали они упустили. Упустили всё то, что имело такое огромное для Минхо значение. Выражение лица младшего, когда тот, наконец, поднял на него глаза, отпечаталось в его сознании навсегда. Он помнит, что вдруг ощутил огромный груз, свалившийся с его плеч, но затем выражение лица Джисона резко поменялось.
«Ты...кто ты такой?
Врачи медленно и беспокойно попытались объяснить Минхо, что нужно делать. В первую очередь он должен был показать ему свидетельство о браке.
Чтобы Джисон понял, что замужем за человеком, которого никогда в жизни раньше не видел.
Ему многое хочется сказать. Сказать, что скучает. Каждую секунду скучает. Настолько, что становится больно. И эта боль нескончаема. Сказать, что боится потерять его. Пусть Джисон сейчас здесь, сидит прямо перед ним, в глубине его души засела мысль о том, что он мог потерять его навсегда. Что он мог больше никогда не увидеть эти до боли родные глаза.
– Как ты себя чувствуешь? – четыре простых слова с огромной силой давят на его плечи. С губ младшего срывается смешок: далеко не счастливый, полный усталости и неуверенности.
– Мне страшно..? – его голос мягок; он пытается с осторожностью подбирать слова. Он говорит прямо как... Джисон. Казалось бы, чему здесь удивляться? Это ведь и есть Джисон. Да?»
«– Но почему?
– Ну, я... я понятия не имею, кто ты такой.
Тихое О... слетает с его губ, и Минхо едва успевает осознать, что Джисон всё ещё ничего не помнит. Ничего. Начиная с их встречи и заканчивая свадьбой, упуская при этом все значительные детали между. Джисон не знает, кто он. Да, доктор несколько раз сказал это Минхо ещё в больнице, но... так странно слышать это именно от Джисона.
Он смотрит на парня, сидящего рядом, и он, черт возьми, выглядит точно так же, как и все эти несколько недель назад. На нём та же одежда, что и в ночь аварии. Почти ничего не изменилось. Почти. Тепло, что он чувствует в груди, глядя на него, абсолютно такое же. Учащённое сердцебиение от одной только мысли о том, чтобы поцеловать его – тоже.
Минхо быстро понимает, что Джисон, наверное, очень устал, поэтому решает больше ничего не спрашивать. Пусть отдохнёт. Они оба заслужили хороший отдых.
– Мы почти дома.
Их квартира. Их дом. Ещё до свадьбы они»
«строили планы переехать в Сеул. Он до сих пор ясно помнит улыбку на губах Джисона, когда они впервые зашли сюда. Легкой подпрыгивающей походкой он, держа Минхо за руку, тащил его в каждую комнату, рассказывая, какой ремонт они сделают в каждой из них. Джисон не мог поверить, что теперь у него будет своя собственная квартира.
Джисон хотел самостоятельно оформить и украсить каждую комнату. Минхо всегда в шутку жаловался на то, что он тратит слишком много денег на бесполезные вещи, но в глубине души ему это нравилось. Он любил каждую мелочь, если она была важна для Джисона. Каждое маленькое растение, каждая фигурка кошки или белки, каждая безделушка: он покупал всё это в надежде, что они будут поднимать Минхо настроение.
Внезапный поток мыслей накрывает Минхо с головой. Это место всегда было их домом. Но он замечает как собственное кольцо блестит в тусклом свете фонаря, и понимает, что, возможно, это больше не так.
Может быть, теперь это дом только для него.»
«Он легонько похлопывает Джисона по плечу, пытаясь разбудить. Джисон просыпается, и Минхо показывает ему дорогу к их дому. Это странно. Джисон больше не кричит Кто последний, тот моет посуду!, не бежит к двери изо всех ног. Каждый раз Минхо специально проигрывал – так, у Джисона было побольше времени, чтобы отдохнуть после занятий.
Он шарит по карманам в поисках ключей и понимает, что руки дрожат. Через несколько секунд ключи всё же находятся, и он пытается вставить один из них в замочную скважину. Не выходит. Джисон замечает. Он молча забирает связку из его рук и сам открывает дверь. Минхо на мгновение замирает на месте. Совсем не потому, что ему стало неловко из-за своей неуклюжести. Пальцы Джисона, пока тот забирал ключи, на секунду соприкоснулись с его кожей.
В комнате воцаряется тишина, и Джисон нарушает её первой.
– Если я правильно понял... доктора сказали, что есть шанс на то, что я всё вспомню.
Минхо, немного подумав, кивает.»
– Небольшой шанс, – добавляет Джисон.
Он осматривает комнату. Минхо надеялся, что, окажись Джисон в квартире, хотя бы малая часть воспоминаний вернётся. Он быстро откидывает эту мысль и решает просто показать ему, где и что находится.
– Ты хочешь принять душ? – Джисон поднимает взгляд на Минхо и кивает. Минхо жестом просит его следовать за собой, показывает шкаф и говорит, что он может взять всё, что нужно. Джисон выбирает розовую пижаму, и старший сглатывает. Джисон и понятия не имеет, что для него раньше значила каждая его вещь.
Недолгий момент одиночества. Минхо понимает, что как раз его ему и не хватало. Джисон здесь. Он жив. Он в порядке. Пусть и не совсем. Он больше не там. В голове проносятся воспоминания о неподвижном теле в больничной койке, на которое он смотрел с отчаянием в глазах и боялся, что тот может никогда не открыть глаза.
Джисон садится за кухонный стол, а Минхо стоит напротив. Младший уже высушил волосы, и Минхо ловит себя на мысли, что ему хочется провести по ним рукой, оставить на лбу нежные поцелуи и напомнить ему, что он самый красивый человек, которого он когда-либо встречал. Ему плевать, насколько банально это звучит. Он ёжится, вспоминая, как Джисон хихикал и утыкался носом ему в грудь.
– Такой вопрос... Я где-нибудь работаю? – Минхо совершенно забыл рассказать ему об университете. Идиот. Хочется дать себе по лбу за это.
– Конечно...извини, что не сказал сразу. Ты учишься на факультете музыкального продюсирования.
Глаза Джисона расширяются. Они блестят. Минхо, кажется, впервые после случившегося видит в его взгляде столько жизни. Он не понимает, почему услышанное так потрясло его, но тут же задумывается, что же ещё важного нужно рассказать.
– Я осуществил свою мечту, – бормочет Джисон так тихо, что Минхо едва ли слышит.
– Что?
– С тех пор, как я себя помню, я мечтал поступить в колледж на музыкальный факультет, купить свою квартиру и... влюбиться.»
«Минхо чувствует, как тихо повторяет про себя последнее услышанное слово.
– Но я не помню ничего из этого.
Конечно. Минхо готов рассмеяться над тем, какой он наивный идиот, раз вдруг почувствовал надежду.
– Расскажешь, что ты помнишь? – Минхо выпаливает это, не подумав, и тут же прижимает ладонь ко рту. Он уже собирается извиниться, но Джисон тихо усмехается.
Минхо сглатывает.
Черт возьми, как же он скучает по его смеху. Он скучает по нему. Но ведь Джисон здесь... правда?
Джисон что-то мычит себе под нос, словно пытаясь вспомнить.
– Хенджин. Хван Хенджин.
Минхо замирает. Он не помнит и не хочет помнить, когда в последний раз слышал это имя.
– Ты помнишь его?
– Мне кажется, мы всё ещё вместе.
И я..люблю его
Минхо не хочет продолжать слушать. Будь он всё ещё подростком, то просто встал бы и вышел из комнаты, но со временем он научился не давать своим эмоциям вырываться наружу. Он научился сдерживать себя. Благодаря чему? Вернее, кому, – Джисону. Джисон изменил его.
Он надеется, что Джисон закроет тему, потому что чувствует, как внутри начинает закипать злость. Но Джисон продолжает.
– Он мой па... был моим парнем? Почему мы расстались?
Минхо молча смотрит на Джисона. Тот впервые смотрит ему в глаза, но не столько потому, что хочет, сколько потому, что просит ответа. Ответа о Хенджине. Одно только имя заставляет мысли закружиться по спирали, и даже если он попытается заговорить, у него не выйдет. Он только хуже сделает. Джисон внезапно отводит взгляд и начинает дёргать ногой – Минхо тут же понимает. Он начинает нервничать.
– Я не знаю...наверное, просто ничего не вышло, – наконец, отвечает он без единой эмоции.
Тон его голоса застигает Джисона врасплох. Он ещё не видел эту сторону Минхо, и это пугает. Минхо пугает.
– Я не помню.
– Не помнишь, как расстался с ним?
– Нет, – отвечает Джисон, – Не помню, как разлюбил его.
Минхо кивает, глядя на стол и отчаянно пытаясь сменить тему. Он не хочет возвращаться в эту адскую дыру мыслей, которая заполоняет его голову каждый раз, когда он думает о нём.
О Хван Хенджине. О первой любви Джисона.
Нельзя об этом думать. Нельзя.
Нельзя думать о том, что парень, стоящий перед ним – точная копия его мужа. Только вот любит он совершенно другого человека. Своего соседа, друга детства, идеального мальчика, который вскоре перестал быть просто другом.
Только вот слишком поздно. Он уже не
может перестать думать о них.
Минхо замечает, что взгляд младшего стал тяжелее, будто он может заснуть в любую секунду. Он тихо ругается про себя и смотрит на часы. Пора спать. Он мысленно извиняется перед Джисоном, но почему-то не может сделать этого вслух.
– Ты хочешь спать? – Джисон кивает. Его плечи поникли.
– Может быть, мне переночевать в гостиной?
Минхо совершенно забыл об этом. Забыл, что они больше не будут спать в одной постели.
– Э-э...нет. Я посплю в гостиной. Спи в нашей комнате.
Джисон молчит, но всё же соглашается. Он нерешительно смотрит по сторонам, хотя старший уже показал ему, где находится спальня. Минхо, уставившись в стену, чувствует на себе его взгляд и поднимает глаза. Джисон лишь кивает.
– Спокойной ночи, Минхо, – бормочет он, направляясь в комнату.
Так, хорошо, что ты сделаешь первым делом в конце первого дня, что ты проведешь с Джисоном? – спрашивает Чанбин, в надежде поднять ему настроение.
– Скажу «Cпокойной ночи, ангел».
– Спокойной, – отвечает Минхо.
Примечание к части»