Озаглавленный безумием
Сбросив вызов похититель отложил дорогую технику, посмотря на привязанного к стулу. Сота плакал видя перед собой безразличные алые глаза и странную улыбку. Тёплая рука коснулась щеки испуганного омеги, ласково гладя.
— Ты так похож на Махи... — ласково проговорил Ватануки, смотря на мальчика — Но эта кровь мерзкого ангела.
— О..откуда вы знаете... моих родителей? — тихо поинтерелся омега, со страхом смотря на зеленоволосого Ватануки.
— Не бойся меня, я нечего тебе не сделаю... Я любил твоего папочку, но он выбрал не меня... А внезапно появившегося паршивца, что его когда-то чуть не изнасиловал! Я так хотел его убить! И знаешь, даже пырнул ножом, но тогда меня спас добрый Хайд, который отдал мне эту квартиру... Единственный, кто понимал мои чувства...
Было понятно, что этот маньяк давно сошел с ума и теперь мучился, не имея возможности излить душу. Сакуя невероятно страдал не имея возможности излить кому-то свои грехи и наверное, этим слушателем должен был стать Сота. Омега подумал об этом первым делом и теперь внимательно рассматривал своего похитителя, думая о своей. Этот потерянный зеленоволосый человек совсем не внушал ужаса и его даже хотелось пожалеть, но юноша знал, что внешность обманчива.
— Извините, а вы бы не могли развязать меня? Я обещаю, что ничего не сделаю и не попытаюсь сбежать. Знаете, а вам ведь не с кем говорить, так почему бы вам не поговорить со мной? Например, как с товарищем — предложил омега смотря на альфу, который в любой момент мог убить его.
Сакуя пару минут подумал, а потом улыбнулся смотря на свою жертву и всё же развязал его.
С этих минут начался первый разговор Сакуи с человеком, который не являлся продавцом консультантом в одном из магазинов, в которых бывал Ватануки. Сота давал измучанной душе долгожданное облегчение и небольшую надежду, что всё снова образуется. В какой-то степени омега понимал чувства зеленоволосого, ведь если бы его любимый выбрал кого-то другого то он сошел с ума, совсем как Ватануки. Альфа сделал им чая и теперь это и вовсе перестало бфть похоже на похищение. Теперь это было больше похоже на разговор старых знакомых. Они весело общались выпивая уже десятую чашку чая, но смех утих, когда в дверь раздался звонок.
***
А тем временем в поместье бушевали две семьи, а особенно Хайд и Лихт. Ни один из них не хотел отпускать в логово коварношо похителя и убийцы из прошлого, своих любимых.
— Лихт, он убьёт нашего сына, если я не появлюсь там. Я не могу позволить, чтобы Сота страдал из-за моего бывшего друга. И тем более, я не один. Со мной едет Зиги — теперь все обратили внимание на писателя, что прятал за поясом револьвер.
— А вместе со мной едет револьвер. Если что, я убью его быстрее чем он успеет тронуть волосок на голове Соты — зарычал альфа, в чьиз глазах горела жажда расправы.
Тут даже Хайд не нашел того, что можно было сказать сыну, а Зиги размял шейные позвонки и пошел вниз — к машине.
Семейство Эш и Лихт провожали взглядом уезжающий автомобиль, а сидящие в машине не долго видели силуэты в зеркалах заднего вида. Все их мысли сейчас были заняты тем, что им нужно сделать для спасания омеги. Уже подъезжая к месту встречи с сумасшедшим Ватануки, Махи попросил револьвер себе.
— Пойми, Зиги... Он не с проста попросил, чтобы я приехал один. Я сейчас буду находиться ближе всего к нему и в случае чего, я смогу нанести ему урон, если он посмеет тронуть моего сына. Если же ты пойдёшь со мной, то он может испугаться и мы не успеем спасти Соту. А если у меня не будет оружия, он сможет и меня убить — в словах омеги была логика и поэтому альфа достал оружие за поясом и передал Махиру.
Взрослый омега кивнул и взял в руки револьвер, пряча его так, чтобы в случае чего он мог легко его достать. Кивнув друг другу парни вышли из машины и побежали по лестнице наверх, чтобы успеть...
***
Услышав звонок в дверь, Ватануки вздрогнул и посмотрел на Соту. Омега посмотрел в глаза зеленоволосого и увидел испуг. Сота положил руку тому на плечо и обратился шепотом.
— Открывай. Не бойся, мама увидет что со мной всё хорошо и ничего тебе не сделает. Если что, я скажу что ты совсем не хотел мне зла и тогда всё точно обойдётся — сейчас Сакуя был больше похож нв ребёнка, чем на грозного похитителя.
Всё же мужчина собрался с мыслями и встал со стула и пошел открывать. За дверью уже притаился Зиги, так, чтобы никто и не знал, что он тут. Открыв дверь зеленоволосый увидел свою давнюю любовь, который больше не улыбался другу как прежде. Теперь это был серьёзный омега, что почти не отличался от прошлого образа, что запечатлил в своей душе умалишенный.
Сакуя сделал шаг навстречу другу, а Махиру смерил его холодным и яростным взглядом.
— М..Махи... — прошептал Ватануки смотря на омегу в котором не осталось и крупицы того детского нрава.
— Без шуток, Сакуя. Где мой сын? — сразу приступил к делу кареглазый и сделал шаг внутрь.
Ватануки не стал препятствовать любящей матери и отступил, показав что нужно идти на кухню. Омега тут же сорвался с места и побежвл на кухню, где нашел своего сына довольно пьющего чай. Махиру тут же кинулся к Соте и крепко сжал в объятиях, утыкаясь сыну в плечо и плача. Взрослый омега ещё никогда так не боялся за сыночка и сейчас нервы просто грозились сдать свои посты и оборвать все нити, на которых держится Махиру. Младший Тодороки прижался к любимому папочке и стал успокаивать.
— Па, ну всё хорошо! Сакуя мне ничего не сделал. Он хороший, пап. Просто, ему нужно было с кем-то поговорить и увидеть тебя. Я его даже понял... — омега удивленно посмотрел на сыночка, а Сота мило улыбнулся и встал ведя папу к своему похитителю.
Только Сота хотел вложить руку папы в руку бывшего друга, как дверь в помещение слетела с петель и туда ворвался специальный отряд. Они скрутили Ватануки, а уже потом в дом вошел Лихт, прижимая к себе своих омег. Тодороки посмотрел на своего супруга и чмокнул заплаканного Махи в носик, нежно ему улыбаясь. Таким нежным хололный ангел мог быть только со своей семьёй, поэтому мало кто видел эту красивую улыбку на лице альфы.
Лихт вывел своих дорогих омежек из опасного места и расцеловал каждого, ведь тоже ужасно боялся за их здоровье. Сота увидел своего любимого Зиги и тут же бросился в его объятия. Нежные поцелуи двух влюбленных посылались не только в губы, но и по всему лицу в целом. Писатель готов был расцеловать спасённого омегу и просто разорвать Сакую, за то что тот позарился на его сокровище. Никто не смед трогать этого хрустального мальчика, что пренадлежал младшему Эш.