глава64
Глава 64
«Генеральный директор, глава «Пэксы», президент Чхве, просит о встрече с вами».
Тэ Ин Бом неторопливо оторвал взгляд от монитора.
На его наручных часах было 11 часов. Он закинул удочку сегодня в 9 утра, так что реакция последовала менее чем через два часа.
«Пэкса». Это было место, где Ли Тэмин занимал деньги в прошлом году в сезон дождей.
Ли Амин сказал, что в то время его брат лихорадочно пытался расплатиться с долгами, но с начала лета до поздней осени Бэкса был единственным местом, где он занимал деньги. Брат Ли Амина Ли Тэмин начал серьёзно влезать в долги с начала октября, так что его замешательство было вполне объяснимо.
В ходе расследования он также узнал, что они особенно любили издеваться над должниками. Это ещё больше подтвердило слова мальчика.
— Впусти его.
"Да".
Обычно такой человек, как президент Пэксы, не смог бы даже войти в здание «Унсана» без предварительной записи. Однако секретарь Чан, который сегодня утром по прямому приказу Тэ Ин Бёма поднял шум на территории Пэксы в Махандоне, тактично спросил об этом.
Метод управления финансами в преступном мире был очевиден, и денежный поток, как и в обычных организациях, шёл от мелких заведений к крупным. «Унсан», которая долгое время контролировала развлекательные районы в Каннаме, собирала деньги с более мелких организаций через систему субподряда в стиле пирамиды.
«Бэкса», организация, которая начала заниматься кредитованием около двух лет назад, с самого начала испытывала трудности. Затем им удалось выкупить ночной клуб в Унсане.
Как раз в тот момент, когда их бизнес начал набирать обороты, а пошатнувшаяся организация собиралась сделать передышку, члены «Унсана» внезапно ворвались, как гром среди ясного неба, и объявили, что с сегодняшнего дня они не могут работать. Вполне понятно, что президент Чхве из «Пэксы» прибежал в одном нижнем белье.
Слегка постучав, вошёл президент Чхве. Секретари Тэ Ин Бёма, следовавшие за ним, естественно, выстроились позади него.
«Генеральный директор, я Чхве Ён Чхоль из Baeksa. Давно не виделись. Надеюсь, у вас всё хорошо...»
— Просто расскажите о своём бизнесе.
Холодная команда, произнесённая ровным голосом, подействовала на мужчину отрезвляюще. В отличие от президента Чоя, который ёрзал на стуле в центре кабинета, не решаясь подойти, Тэ Ин Бом даже не сделал попытки подняться со своего места.
Он начал бормотать с жалким выражением лица и подобострастным видом.
«Генеральный директор. Генеральный директор, не могли бы вы хотя бы объяснить причину? Что нам делать, если вы делаете это внезапно? Что именно, по какой причине вы это делаете?..»
«Я ли это?»
С громким щелчком открылась зажигалка Zippo.
«В ситуации, когда мне нужно всё объяснить президенту Чхве?»
Несмотря на невнятное произношение из-за сигареты во рту, низкий голос звучал властно. Сквозь дымку тумана пронзительный взгляд безжалостно впился в горло мужчины.
— Н-нет, конечно, нет. Совсем нет, я просто...
Его самооценка упала ниже плинтуса. Унижение от того, что приходится кланяться другому боссу, несмотря на то, что он глава организации, большой или маленькой. Тэ Ин Бом медленно выдохнул, бесстрастно наблюдая за происходящим. Перед лицом непреодолимой разницы в силе и власти такие мелочные эмоции в конечном счёте были бесполезны.
«Если бы вы могли объяснить, что мы сделали не так, мы бы это исправили. У меня есть... люди, которые зависят от меня. Так что, если бы вы могли просто сказать нам один раз...»
"Хм".
Из горла Тэ Ин Бёма вырвался низкий рык, пока он безучастно слушал бессвязную речь.
— Ты действительно совершил большую ошибку.
— Что?! Что именно?..
Тэ Ин Бом медленно откинулся на спинку стула, наблюдая, как бледнеет лицо президента Чоя.
Уфф-. Густой, сильный дым, который он неторопливо выдыхал, извивался в воздухе подобно змее, прежде чем исчезнуть.
«Ваши парни... заставили одного из моих немного поплакать».
***
Возможно, из-за того, что была зима, закат наступил рано. Тэ Ин Бом, который несколько часов просматривал документы, встал и надел куртку.
Он неосознанно убрал руку, которой собирался взять пальто. Пальто, которое он надел сегодня, часто служило щенку одеялом.
Не желая пачкать его, Тэ Ин Бом решил спуститься вниз без пальто. Он прибрал на столе и вышел из кабинета.
— Он приготовлен в подвале.
"Мм".
Сразу после обеда президент «Пэксы» Чхве лично привёз мальчиков и передал их нам. Не прошло и двух часов с тех пор, как он пришёл утром с бледным лицом.
Утверждал, что глубоко заботится о мальчиках, которые полагались только на него. Тхэ Ин Бом прищелкнул языком, наблюдая, как он безжалостно отрезает два или три хвоста, когда сталкивается с деньгами. С таким боссом и мальчики были бы такими же.
Качественная обувь мягко стучала по полу. Лифт за один раз спустился на самый нижний этаж. В место, которое полностью воплощало истинную суть впечатляющего здания Унсана.
Динь- Весело прозвенел звонок, возвещающий о прибытии лифта. Секретарь Чан, шедший впереди, остановился, открыл дверь и поклонился.
— Генеральный директор входит.
При звуке низкого голоса секретаря Джана все движения разом прекратились.
Мужчины, на которых было написано имя Унсана, подбежали и дружно поклонились. Проходя мимо них, Тэ Ин Бом остановился перед тремя мужчинами, стоявшими на коленях со связанными руками и ногами.
"......"
Глаза, в которых сверкали ножи, смотрели на мужчин, ползавших по полу, как черви. Раздетые догола, избитые до крови, тяжело дышащие, они стонали и умоляли.
«Хук, хук, кек...»
— П-пожалуйста... пожалуйста, пощадите нас. Пожалуйста...
Отчаянные мольбы, которые они выкрикивали до хрипоты, остались без внимания Тэ Ин Бёма.
Тэ Ин Бом достал из кармана фотографию Амина и медленно приподнял ботинок одного из мужчин. Затем он развернул фотографию, чтобы показать им.
— Расскажи мне всё, что знаешь.
Секретарь Чан Ха Вон, стоявший рядом с ним, скомандовал леденящим душу голосом. Мужчины, которых часами избивали, не зная за что, внезапно растерялись.
— Я-я не знаю. Я не знаю, кто это...
«Если вы хотите сохранить голову на плечах, оцените ситуацию. Вы, ублюдки, как вы смеете перед...»
Секретарь Чан зарычал.
— Вы, ребята, ходили в Минвон-дон в прошлом году, не так ли? 1431, на вершине холма, в трущобах. Правда не помните?
— Я-я-я не знаю, не знаю. Кто это... А.
Один из мужчин, заикаясь и в замешательстве тряся подбородком, внезапно выглядел встревоженным. Казалось, он что-то вспомнил. Но он продолжал лихорадочно качать головой, повторяя, что не знает.
Глубоко запавшие глаза Тэ Ин Бёма медленно сфокусировались на нём.
«Ха-вон».
— Да, генеральный директор!
«Вырежьте ему язык».
— Да, босс!
Раздался громкий приказ. Все члены «Унсана», вооружённые инструментами, направились к мужчине, который настаивал на том, что не знает Амина.
Вскоре мужчина был крепко схвачен, и он отчаянно затряс головой, широко раскрыв глаза. Затем с ужасным криком кровь брызнула фонтаном, заливая всё вокруг.
"Следующий".
Таэ Ин Бом поднял подбородок следующего мужчины. Секретарь Чан яростно угрожал от имени Таэ Ин Бома, который просто выпускал клубы сигаретного дыма, пристально глядя на него.
«Если ты не хочешь закончить так же, как он, говори правильно».
— Я-я-я правда не помню, так что, пожалуйста, пожалуйста... П-пощадите меня...
Мужчина, у которого не было зубов и который был весь в крови после избиения, разрыдался и жалобно запричитал. Из-под его связанных ног потекла жёлтая жидкость, смешиваясь с кровью.
«Ты трахнул всех, кто занимал у тебя деньги, так что ты не можешь ничего вспомнить?»
Низкий голос Тэ Ин Бёма прервал лихорадочные оправдания мужчины.
— Э-э-э, ну... А-а-а!
Тэ Ин Бом твёрдо наступил мужчине на лицо. Он надавил и тихо приказал:
— Ха Вон. Вырежь ему язык тоже.
Глаза мужчины выпучились. Прежде чем Ха Вон успел ответить, мужчина в ужасе закричал.
— Я-я-это правда! Мы, ик, мы это сделали!
— Как далеко ты заходил?
— Э-э-э... Что?
В ответ на озадаченный вопрос мужчины Тэ Ин Бом холодно кивнул.
Секретарь Джанг и его помощники бросились переворачивать его, и ботинок, которым он ударил его по лицу, теперь плотно прижимался к его нижней части тела.
— А-а-а! А-а-а! П-пожалуйста!
— Я спросил, как далеко вы с ним зашли.
— Ах, ах, мы не сделали этого! Не до конца! Мы не сделали этого!
Мужчина закричал, брызгая слюной с примесью крови.
«Мы обычно не трогаем мужчин. Ни у кого из нас нет таких грязных вкусов... Но он был немного, ик, симпатичным... так что мы просто... хотели немного развлечься...»
Мужчина окинул его спокойным, но убийственным взглядом. Слова мужчины совпадали со словами мальчика. Но это ничего не меняло. Дело было в том, что они тронули то, что принадлежало ему.
«Ха-вон».
— Да, босс!
«Он говорит, что у меня дурной вкус. Что ты думаешь?»
Тэ Ин Бом озорно улыбнулся.
Все члены «Унсан» бросили леденящий взгляд на мужчину, ползающего по полу. Когда звериные взгляды пронзили его одновременно, словно лезвия ножей, мужчина побледнел и начал кричать, спасая свою жизнь.
— Я разнесу ему рот в клочья, босс. Можно я закончу тем, что изобью его до полусмерти?
— Сделай это. И держи его нижнюю часть отдельно.
Тэ Ин Бом громко рассмеялся и обернулся, похлопав секретаря Чан по плечу. Помещение наполнилось запахом крови, словно злыми духами, и криками, сотрясавшими всё вокруг. Когда он уже собирался выйти за дверь, его телефон завибрировал. Тэ Ин Бом посмотрел на экран и холодно прошипел.
«Тихо».
— Да, босс!
По слову Тэ Ин Бёма все удары тупыми предметами по телам мужчин прекратились. Однако мучительные стоны жестоко пытаемых людей не прекращались. Брови Тэ Ин Бёма, которые были холодно нахмурены, слегка сдвинулись.
«Ребёнок испугается, закрой им рот».
— Да, генеральный директор!
Некоторые члены «Унсана» засунули свои ботинки в рты кричащим мужчинам. Рты двух мужчин, за исключением того, который потерял сознание после того, как ему вырезали язык, были плотно заткнуты кляпами. Только после того, как Тэ Ин Бом полностью заглушил шум, он ответил на звонок.
— Детка. По какому поводу?
— Генеральный директор, это Амин. Эм, генеральный директор... Я хотел спросить, не планируете ли вы сегодня поужинать вместе...
В трубке раздался робкий голос.