Глава 12
Продолжаем
--------------------------
Александр Курмакаев, сидевший за пультом станции мониторинга, поднял глаза и посмотрел на человека, вошедшего в командный центр в 06:25. Алекс тщетно попытался подавить довольную усмешку при виде высокой, элегантной темноволосой женщины, направляющейся прямо к нему. Он встал и с улыбкой протянул ей руку.
– С возвращением, коммандер, – сказал он.
Агент Секретной службы Елизавета Андрияненко пожала руку симпатичному блондину c мальчишеским лицом, тепло улыбнувшись в ответ.
– Как хорошо вернуться, Алекс.
Лиза обвела взглядом большое помещение командного центра, который занимал весь восьмой этаж жилого особняка на Манхэттене. Окна дома выходили на Грамерси-парк. Прошло уже больше полугода с тех пор, как она работала здесь, возглавляя охрану важного объекта. Она не думала, что вернется сюда, по крайней мере, на работу. Назначение на эту должность поначалу не обрадовало Лизу, поскольку ее карьера в Секретной службе в основном складывалась в отделе расследований. Чаще всего она отслеживала потоки фальшивых денег, за счет которых финансировалась наркоторговля. Она тесно сотрудничала с сотрудниками Управления по борьбе с наркотиками, Управления по борьбе с незаконным оборотом алкоголя, табака и оружия, с Минфином США. Как большинство агентов, занимавшихся оперативной работой, Лиза считала отдел охраны местом, годным лишь для неопытных новичков. Ей вовсе не хотелось охранять дипломатов, иностранных гостей и членов семей тех, кто занимал ответственные государственные посты. Но потом все изменилось. Теперь обеспечение охраны имело для Лизы огромное значение.
– Цапля уже вернулась домой? – поинтересовалась она у Алекса. Лиза подвигала плечами, стараясь размять затекшие во время перелета из Флориды в Нью-Йорк мышцы. Ей спокойно работалось в Майами: там ей поручили отследить поддельные банкноты, ходившие у торговцев кокаином. И вдруг звонок – ее переводят на другое задание. Как гром среди ясного неба. Ей велели немедленно отчитаться и сдать дела, и это немного тревожило Лизу.
Хотя ей никто не намекнул, что она могла напортачить в Майами, это еще ничего не значило. В федеральных ведомствах господствовала своя бюрократия и свои правила игры. При этом многопрофильные силовые структуры, чьи сферы интересов и влияния неизбежно пересекались, вели между собой непрекращающуюся войну за лидерство. В таких условиях даже те сотрудники, которым положено знать какую-то важную информацию, зачастую не получали ее вовремя. Уж Лиза-то была знакома с этой кухней не понаслышке.
Лиза покачала головой, отгоняя воспоминания. Она не допустит этого, только не с тем человеком, который значил для нее так много. Она обязательно дознается, кто – или что – стоял за ее возвращением. Но все это подождет, сначала самое важное. Лиза очень устала, но ей нужно было сделать кое-что перед тем, как она встретится с девушкой, которую ей снова предстояло охранять. И этой девушке все это наверняка не понравится.
Андрияненко перевела взгляд на Алекса.
– Мне нужно войти в курс дел, прежде чем я увижусь с ней. Я провела в самолете почти всю ночь, поэтому мне не сообщили, где она сейчас.
– Она у себя, – сказал парень, кивнув вверх в потолок.
Над командным центром находился пентхаус, занимавший весь последний этаж здания, в котором и жила та девушка, о которой шла речь.
– Они вернулись из Китая вчера вечером, но она не захотела оставаться в Вашингтоне. Ее привезли на машине часа в три утра.
Лиза улыбнулась про себя, сказав вслух:
– Кое-что в этой жизни, кажется, не меняется.
– Похоже на то, – покачав головой, согласился Алекс.
Он бросил серьезный взгляд на Лизу, стараясь не думать, что несколько месяцев назад она чуть не погибла при исполнении служебного долга. Судя по внешнему виду, она была в отличной физической форме, но Алекс знал, что к активной работе Лиза вернулась всего лишь шесть недель назад. Как обычно, на службе она была одета в безупречно подогнанный и дорогой, хотя и без излишнего пафоса, костюм. Она производила впечатление настоящего профессионала, компетентного и хладнокровного. Алекс знал, что она на самом деле была такой. Ему уже довелось узнать и то, что выражение лица босса чаще всего было непроницаемым. Она редко обнаруживала свои чувства, но зато с ней можно быть уверенным, что коммандер говорит именно то, что думает.
– Ребята будут счастливы снова работать с вами, – признался Алекс.
– Ну а как насчет тебя? – спросила Лиза, присаживаясь на край стола. Взгляд ее темно-серых глаз был устремлен на молодого человека. – Из-за меня тебе придется попрощаться с креслом коммандера.
Молодой человек рассмеялся, покачал головой и откинулся назад во вращающемся кресле, обводя рукой выстроившиеся перед ним на длинном рабочем столе компьютерные мониторы, аудио- и видеооборудование, спутниковые приемники, куда поступали сигналы от Управления полиции и Управления городского транспорта Нью-Йорка.
– Я предпочитаю работать с информацией, этим я и хочу заниматься. В этом я убедился, проработав полгода на вашей должности.
– Хорошо. Я рада, что ты не в обиде, потому что важнее координатора нет никого, а мне нужен самый лучший координатор, – сказала Лиза.
– Спасибо, – ответил Алекс, польщенный доверием Андрияненко. – На самом деле, вы окажете мне огромную услугу, коммандер. У меня не слишком хорошо получается общаться со всеми этими «шишками», а без этого умения здесь не обойтись.
Лиза и сама знала, что способность общаться с высокопоставленными людьми была просто необходима для такой работы. Она это умела, и в том числе именно благодаря этому ей удалось справиться с этим заданием. С другой стороны, здесь была и грозившая ей проблема. Шесть недель назад Лиза провела пять ночей с женщиной, которую ей теперь вновь предстояло охранять. Знай она тогда, что ее снова назначат главой охраны, возможно, она столкнулась бы с очень сложным выбором. Лицо Ирины Лазутчиковой промелькнуло перед мысленным взором Лизы, и внезапно накатившее желание подсказало ей, что никаким сложным выбором она бы не мучилась. В ту их встречу она нестерпимо хотела Иру. Охватившее ее желание было столь сильным и безграничным, что никакие служебные требования и запреты не смогли бы остановить ее. Теперь же Лиза задумалась, что ей делать со своими чувствами, учитывая изменившиеся обстоятельства. Но одно она знала наверняка: у нее была работа, которую нужно было выполнять.
Лиза резко поднялась с места.
– Жду всех в семь утра в переговорной. Захвати с собой ее расписание на эту неделю, список запланированных на ближайшее время мероприятий за пределами города и отчеты с проблемами, возникшими за время моего отсутствия. Ну и все остальное, что, на твой взгляд, требует моего внимания. Мне нужно полностью во всем разобраться до встречи с ней.
Алекс кивнул и посмотрел, как Андрияненко направилась к маленькой отгороженной стеклом комнате в углу командного центра. Он отметил, как Лиза по привычке посмотрела по сторонам, оглядывая рабочие зоны, отделенные друг от друга низкими перегородками. Алекс догадался, что она оценивает аппаратуру для мониторинга, которую ее команда использовала для круглосуточного наблюдения и защиты единственной дочери президента Соединенных Штатов.
***
Ровно в семь утра Лиза вошла в переговорную с чашкой кофе в руке. Она устроилась во главе прямоугольного стола и обвела взглядом агентов, которые уже сидели за столом и выжидательно смотрели на нее. Состав команды остался прежним. Никто не перевелся на другое задание за время ее отсутствия, и Лизу это порадовало, потому что все эти ребята были хорошими агентами. Она вспомнила, как год назад впервые возглавила эту команду и потребовала, чтобы те, кто был не готов полностью посвятить себя охране дочери президента, добровольно перевелись в другое место. Те, что остались, прошли проверку огнем.
– Что ж, по крайней мере, мне не придется запоминать новые имена, – объявила Лиза, усмехнувшись уголком рта. – И мы можем пропустить всю эту ознакомительную ерунду и перейти прямо к делу, – она перевела взгляд на Алекса, перед которым на столе лежала внушительная пачка отчетов. – Алекс?
– Что касается зарубежных поездок, то ничего не запланировано вплоть до визита в Париж с вице-президентом и его женой в следующем месяце, – отрапортовал парень.
Лиза кивнула, поудобнее устраиваясь на стуле с карманным компьютером в руках.
– Хорошо. Нам нужно заранее собрать информацию о маршрутах следования автомобильных кортежей, о местных больницах и перемещениях в течение каждого дня. Все эти сведения необходимо занести в базу данных. Предполагаю, что они остановятся в отеле «Мариньи», там всегда останавливаются гости, прибывающие с государственным визитом. Но нужно дождаться подтверждения.
Лиза повернулась к сидевшему слева от нее рыжеволосому мужчине, больше похожего на университетского профессора. Он в совершенстве владел девятью языками и еще на семи мог свободно изъясниться.
– Ты по-прежнему занимаешься подготовкой заграничных поездок, Райли? – спросила у него Лиза.
– Да, мэм.
– Тогда свяжись с секретарем Протокольного отдела в Париже и уточни все запланированные официальные мероприятия. Благотворительные обеды, посещения музеев и прочее.
Французы, к несчастью, славились тем, что могли поменять маршрут в самый последний момент, а с учетом того, что Париж – один из крупнейших городов мира, угроза терроризма в нем была весьма реальной.
– В общем, держи с ними связь. Проследи, чтобы мы были в курсе всего к тому моменту, как окажемся в самолете. Я не хочу никаких сюрпризов.
Райли кивнул, делая у себя пометки, а Лиза тем временем дала знак Алексу продолжать. Тот порылся в своих распечатках и сообщил:
– Что касается мероприятий внутри страны, то через две недели у нас открытие галереи в центре Родмана в Сан-Франциско.
– Где она остановится? – уточнила Лиза, продолжая обдумывать детали поездки в Париж.
– Мы пока не знаем, – неуверенно ответил Алекс.
Лиза посмотрела на него с прищуром.
– Что значит, вы не знаете?! Гостиничные номера уже должны быть забронированы. Кто регулирует ее передвижения в этой поездке?
Алекс покраснел, но не отвел взгляда. Он уже забыл, насколько беспощадной бывала Андрияненко при малейшем нарушении протокола. Мысленно приготовившись к взбучке, он ответил:
– Она.
– Она, – недовольно повторила Лиза, пытаясь обуздать свой гнев. Было понятно, что Алекс здесь ни при чем. Поднявшись из-за стола, Лиза закрыла свой ноутбук. – Есть еще какие-нибудь неотложные дела, которые нужно обсудить прямо сейчас, Алекс?
– Нет, мэм, – быстро ответил он.
– Кто руководит дневной сменой?
– Я, мэм, – отозвалась невысокая темноволосая женщина лет под тридцать.
Лиза кивнула. После одного служебного промаха, чуть было не стоившего ей карьеры, Касатка показала себя хладнокровным и рассудительным агентом, а эти качества были бесценны для человека, который большую часть смены проводил в непосредственной близости с Первой дочерью США Ириной Лазутчиковой.
– Прекрасно. Тогда проследи за всем. Алекс, мне бы хотелось переговорить с тобой.
Стулья заскрипели по полу: агенты спешили покинуть переговорную. Им уже доводилось наблюдать, как Андрияненко разбирается с теми, кто, по ее мнению, небрежно относился к своим обязанностям, связанным с охраной дочери Президента. При этом тот факт, что в их работу внесла свою лепту сама Ира, не являлся смягчающим обстоятельством.
Оставшись наедине, Лиза пристально посмотрела на собеседника.
– Ну ладно, Алекс. Может, скажешь мне, что тут происходит? Сначала меня переводят сюда без каких-либо объяснений и предупреждений. Потом ты намекаешь на то, что Цапля забивает на стандартные требования безопасности. Чего еще я не знаю?! Я не могу работать вслепую.
Алекс резко выдохнул и пожал плечами.
– Я бы сказал вам, если б знал, коммандер. Но я понятия не имею, почему вас вернули. Мне никто не говорил, что я плохо справляюсь.
Алекс посмотрел в холодные карие глаза Лизы, тщательно подбирая слова. Она нравилась ему, он уважал ее и с радостью работал под ее началом. Но они не были друзьями. Между ними не было личных или доверительных отношений. Он не знал наверняка, что ее связывало с Первой дочерью.
– Мисс Лазутчикова... – Алекс снова пожал плечами, его раздражение стало заметным, – мисс Лазутчикова, с ней непросто.
Лиза чуть не улыбнулась, услышав, насколько Алекс смягчил ситуацию. Она молча смотрела на молодого человека, ожидая когда он продолжит.
– Она по-прежнему очень неохотно сообщает о своих планах и о том, куда направляется. Она отказывается обсуждать свои личные... м-м-м, контакты, поэтому у нас нет возможности отследить потенциальные угрозы с этой стороны. Она сбегает из-под наблюдения... – Алекс прервался, потому что Лиза тихо ругнулась, но поспешил добавить, – не очень часто, но бывает.
– Ты сообщал об этом наверх? – устало спросила Лиза и быстро потерла лицо руками. Господи, ну и упрямая же ты, Ирина, подумала она. Но и винить во всем одну Иру было смешно. Жить под постоянным наблюдением совершенно посторонних людей устанешь поневоле, даже в обычных обстоятельствах. А ситуацию Ириной Лазутчиковой обычной едва ли можно было назвать.
Алекс выпрямился.
– Нет, мэм, не сообщал.
Лиза пронзила его взглядом.
– Почему?
Подобное нарушение правил безопасности, как правило, влекло за собой смену команды и перевод агентов на другие задания, причем нередко с понижением в должности. Но, зная Алекса, Лиза понимала, что он не стал бы нарушать правила протокола лишь для того, чтобы прикрыть собственную задницу.
Алекс стойко выдержал взгляд Лизы и ответил спокойным, уверенным голосом.
– Я не стал этого делать, потому что она чаще всего все же сотрудничает с нами, и я как руководитель принял решение, что она будет в большей безопасности с нами, чем с новыми агентами, которым она, возможно, не будет доверять. Хотя, конечно, кое-какие проблемы были.
Лиза кивнула в знак согласия. Она сама когда-то сделала такой же выбор.
– Кажется, лучше поскорее дать Цапле знать, что я здесь.
Она ненадолго задержала взгляд на Алексе, задумавшись, как много ему известно.
– Позже обсудим с тобой планы до конца этой недели.
Алекс встал.
– Да, мэм.
Глядя вслед уходящей Лизе, он понял, что вопрос о нарушении им протокола закрыт. Кто бы ни принял решение перевести Андрияненко обратно на пост коммандера отдела безопасности Первой дочери, он прекрасно знал, что делает. Она как никто понимала, что значит охранять Ирину Лазутчикову. Алекс было задумался, что будет, когда Цапля узнает о возвращении Андрияненко, но тут же отбросил эту мысль, решив, что ему лучше не знать об этом. Меньше знаешь – крепче спишь.
***
В испачканных краской джинсах и футболке с оторванным низом Ира стояла перед картиной высотой полтора метра с кистью в руке. Она медленно ходила туда-сюда перед незаконченным полотном, стараясь полностью освободиться от посторонних мыслей, чтобы позволить цвету, форме и глубине образов самим воплотиться в картине. В тот момент, когда она собралась добавить немного красного в один из фрагментов, в дверь позвонили.
– Вот черт, – пробормотала Ира, бросив взгляд на часы в дальней части лофта. Девятый час утра. Алекс не мог прийти в такую рань, но кто еще это мог быть? Нежданные гости к ней не приходили. Она положила кисть и вытерла руки о тряпку. Заправив выбившуюся прядь тёмных волос за ухо, Ира направилась к двери. По привычке посмотрев в дверной глазок, она моргнула от неожиданности, а ее рука замерла на дверной ручке. Когда она снова посмотрела в глазок, ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она распахнула дверь с криком: «Лиза!»
Ира не могла скрыть своей радости, хотя обычно ей удавалось не демонстрировать свои чувства окружающим. Она научилась скрывать эмоции, потому что это было единственное, что принадлежало только ей. Ее отец стал видным политическим деятелем, когда ей исполнилось двенадцать лет. В результате вместе с ним на политическую сцену вышла и Ира. Ее фотографировали незнакомые люди, о ней писали, добивались ее внимания и общения с ней – и все из-за отца. Ира никогда не была уверена в том, что кто-то заботился именно о ней или о ее репутации. Но Лиза была не такой, как все, и Ира впустила ее в свою душу.
Елизавета Андрияненко смотрела на Иру, и чувствовала, как ускоряется ее пульс. Ира была столь же прекрасна, как и в последнюю их встречу. Тёмные, почти медные волосы обрамляли лицо девушки. Ее густые, слегка вьющиеся, локоны стремились выбиться на свободу. Обманчивое гибкое тело скрывало в себе хорошо проработанные мышцы. Острый взгляд карих глаз Иры и ее улыбка, способная растопить льдины на северном полюсе, создавали просто бесподобный образ. Плюс ко всему в ней сочетались неукротимая чувственность и несгибаемая воля. Одним словом Ира была сногсшибательной женщиной.
Лизе хотелось дотронуться до нее, но она не могла себе этого позволить. Ей не хотелось причинять девушке боль, однако она понимала, что, так или иначе, сделает это. Желание и сожаление Лизы ничуть не отразились на ее лице, когда она с нежной улыбкой произнесла:
– Привет, Ира.
Девушка была настолько счастлива видеть Лизу, что не обратила внимания на отчужденность в ее голосе. Ира схватила Лизу за руку и, втянув ее в квартиру, захлопнула за ними дверь. В следующий миг она уже запустила руки в волосы Лизы и поцеловала ее в губы. Она с силой прижалась к агенту, припечатав ее к стене. Насладившись первыми мгновениями близости, Ира оторвалась от губ Лизы и выдохнула:
– Бог мой, как я по тебе соскучилась!
Лиза с трудом сохраняла контроль над своим телом. Стремительный и неожиданный натиск Иры ударил ей прямо в голову – и в другие части тела. Внутри у нее все сжалось от желания, кровь закипела. Лиза почувствовала, что становится влажной, а ее клитор набухает от возбуждения. Она встряхнула головой, пытаясь утихомирить свое либидо.
– Ир... – начала Лиза, понимая, что нужно сказать ей все, причем как можно скорее, потому что сопротивляться было невозможно. Да она и не хотела сопротивляться. – Я...
Ира крепко обняла девушку за талию и вжалась в нее бедрами.
– Когда ты вернулась? Я думала, ты все еще расследуешь дело во Флориде. Что, уже поймала всех преступников?
С этими словами Ира одной рукой принялась расстегивать пуговицы на рубашке Лизы. Она планировала посвятить весь день рисованию, но теперь ее планы кардинально изменились. У Иры дрожали руки, так сильно она хотела эту женщину. Прошло полтора месяца с момента их последней встречи, и даже тогда они провели вместе лишь считанные дни. Пять пролетевших в один миг дней, после чуть ли ни целого года отрицания и внутренней борьбы с нарастающими чувствами друг к другу. И только после того, как Лиза едва не погибла, они все же оказались вместе. Вскоре после этого Лиза уехала работать во Флориду, а Ира вместе с отцом отправилась с визитом в Китай. Они не строили планов на будущее, но тогда это было неважно.
– Господи, как же я хочу тебя! – прошептала Ира почти со стоном.
Еще ни от кого в жизни у нее так не кружилась голова. Никто не вызвал у нее столь безграничного желания и столь глубоких чувств. Это было нечто большее, чем физическая страсть, нечто большее, чем интимная близость. Взрывная смесь того и другого когда-то обожгла Иру, породив в ней неутолимое желание быть с Лизой.
– Ир, подожди, – переводя дыхание, попросила Лиза и взяла девушку за руку.
– Поздно, – низким хриплым смехом объявила девушка и, сдвинувшись, оседлала бедро Лизы. Ее собственные телодвижения усилили напряжение между ног, заставив ее резко схватить ртом воздух. Она закрыла глаза, ловя волну удовольствия. – Боже-боже, слишком поздно, детка! Твои руки нужны мне прямо сейчас, я так близко.
– Я на службе, Ира, – мягко сказала Лиза, надеясь, что Ира не почувствовала, как дрожат ее ноги. Она подавила стон, когда девушка вновь прижалась к ее бедру. – Мы не можем.
– Ты можешь задержаться на несколько часов, не важно, куда там тебе надо. Ты же теперь региональный директор, тебе можно, – пробормотала Ира. Она не могла толком разобрать, что говорила ей Лиза, потому что желание захлестнуло ее целиком.
Лиза тихонько сжала кисть девушки:
– Я на работе сейчас. Прямо здесь.
Что-то в голосе Лизы все же проникло в сознание Иры. Что-то похожее на сострадание, которое, как почувствовала девушка, омрачало желание, пульсировавшее в теле Лизы. Сделав над собой усилие, Ира отступила назад, чтобы их тела больше не соприкасались.
– Что ты хочешь сказать? – спросила она неестественно спокойным тоном.
В поисках ответа она заглянула в глаза Лизе, зная, что ее глаза никогда не врут. Только не ей. И то, что Ира увидела в них, причинило ей боль. Такую нестерпимую боль, которую она надеялась не испытывать больше никогда в своей жизни.
– Черт бы тебя побрал! – выдохнула девушка, не уверенная до конца, на кого она больше разозлилась – на Лизу или на себя. – Что ты наделала?!
– Меня перевели, Ир. Снова в твою службу безопасности, – сказала Лиза.
Она смотрела, как Ира отдаляется от нее, понимая, что должна отпустить ее. Господи, она и не знала, что это будет настолько трудно. Ей просто нужно было немного времени, чтобы выяснить, что происходит. Когда она поймет, кто стоит за ее повторным назначением, она сумеет все объяснить, и Ира все поймет. – Ир...
– Когда тебя перевели? – холодно спросила девушка, отходя в другую сторону комнаты. Ей было необходимо физически дистанцироваться от Лизы. Нужно было побороть в себе бурлящее желание, чтобы начать трезво мыслить.
– Вчера, – ответила агент.
– И ты согласилась? – уточнила она. Неужели то, что было между нами, для тебя ничего не значит, пронеслось у нее в голове.
– Ира, – тихо начала Лиза. – Я получила прямой приказ от своего начальства, в котором говорилось, что Президент хочет, чтобы я возглавила службу охраны его дочери. В данной ситуации у меня просто не было выбора.
– Выбор всегда есть, было бы желание! – с горечью констатировала девушка. – Полно людей, которые могут выполнять эту работу. Алекс прекрасно со всем справляется. Пожалуйста, не делай этого, не надо, молила про себя Ира.
Лиза не знала, как объяснить, что в глубине души она в принципе не хотела, чтобы кто-то другой занимался этой работой. Как ей сказать, что каждый день, находясь вдали от Иры, она не переставала волноваться за нее. Лиза прекрасно помнила, что где-то на свободе разгуливал тот самый «неопознанный субъект», который преследовал Иру, фотографировал ее, отправлял ей послания и в довершение ко всему пытался ее убить. Секретной службе так и не удалось поймать его. Поэтому Лиза хотела быть рядом с Ирой. Ей нужно было быть рядом.
– Все не так просто... – начала Лиза, зная, что слова тут не помогут.
Ира отвернулась, изо всех сил пытаясь скрыть свое разочарование и боль. Было ясно, что их отношения – отношения, которые, как ей казалось, они только начали выстраивать, – закончились. Андрияненко явно не из тех, кто пойдет на нарушение служебной этики, ведя тайный роман с человеком, которого ей предписано охранять. Им в любом случае было бы трудно видеться, но теперь это станет невозможно.
Поступившись своей гордостью, Ира сделала последнюю попытку исправить то, что уже было сделано. Переиграть решение, которое было принято без ее согласия, – как и многие другие в ее жизни.
– Я могла бы поговорить с отцом, – тихо произнесла она, стараясь не выдать голосом надежду. – Глава госбезопасности может назначить кого-нибудь другого на эту должность.
Лизе так хотелось приблизиться к ней, что она с трудом удерживала себя на месте. Как ни пыталась Ира скрыть свои эмоции, Лиза поняла, что девушка чувствовала себя преданной. Лиза ни за что на свете не хотела, чтобы это случилось по ее вине, но безопасность Иры была для нее важнее всего.
– Наверняка есть какая-то причина, по которой меня отозвали с моего задания и опять перебросили сюда, – сказала Лиза. – Я не знаю, почему это было сделано, Алекс тоже без понятия. И пока я не выясню что к чему, я бы предпочла, чтобы ты не говорила с отцом.
Лицо Иры стало непроницаемым.
– Значит, вот так?
– Да, – утвердительно кивнула Лиза. Ей не хотелось искать новых оправданий, которые причинили бы боль им обеим. В данный момент у нее был лишь один выбор – взять на себя ответственность, которую на нее возложили. По правде говоря, она не хотела, чтобы было как-то иначе. Но все же, Лиза была немало потрясена, увидев, как похолодел взгляд Иры. Сама мысль о том, что она может потерять ее, казалась невыносимой для агента. В то же время она должна сделать то, что нужно было сделать.
– Прости меня, – сказала Лиза.
– Не стоит извиняться, коммандер, – пренебрежительно ответила Ира. – Мы обе знаем, насколько важна для вас работа. Теперь, если не возражаете, я бы хотела вернуться к своим делам.
Лиза попыталась говорить нейтральным голосом.
– Я понимаю. Мне нужно обсудить с вами планы на эту неделю.
Ира прошла мимо Лизы, демонстративно постаравшись не коснуться ее, и распахнула входную дверь.
– Тогда приходите снова после полудня, согласно расписанию.
– Как скажете, – тихо ответила Лиза, выходя в коридор.
Когда позади нее закрылась дверь, воцарившаяся тишина принесла с собой гораздо более мучительное одиночество, чем она ожидала.