Новенькая

Кораблин повесил в гардеробную куртку и направился на третий этаж, где находился кабинет химии – любимого предмета парня. Да, это удивительно, но это был единственный предмет в программе, который он любил, уважал, понимал и интересовался. Всякие бензольные кольца, аминокислоты, белки, предельные и непредельные углеводороды – это была его стихия.

Войдя в класс, Артём направился к своему месту, где уже сидела Катя и играла в PSP, положив ногу на ногу. Учебник валялся открытым на первом параграфе, а разрисованная тетрадь – на другом конце парты. Красный пенал, который прятал в себе многочисленные «секретные» записки-переписки и нуждался в скорейшей выноске мусора, потому что был набит до отказа, лежал на тетради, если ее таковой можно назвать. Парень бросил рюкзак на парту и пожал сидящему спереди Диме руку, бросив ему и Кате «привет». Ермакова всего лишь кивнула, не желая отрываться от игры и тратить на Кораблина время впустую, а Дима явно занервничал. Видимо, до сих пор не мог отойти после той стычки, из-за которой Кораблина чуть со школы не выгнали. Егор достал учебник с тетрадью и решил наколоть одноклассника.

- Бегал, бегал за Викой, а она все равно себе другого нашла, - и открыл бутылку колы, купленной по дороге.

- Бегал, бегал за Соней, и все равно начал встречаться с другой, - парировал спокойно Дима.

Услышав это, парень, сделавший большой глоток шипящей жидкости, поперхнулся, и часть ее выплеснулась на светлую рубашку Дими, оставив на ней большое пятно. Кораблин сглотнул оставшуюся во рту колу и уставился на приятеля немигающим взглядом; Дима сидел с открытым ртом, разглядывая испачканную рубашку; Катя поставила игру на паузу, услышав слова Дими и пытаясь в них вдуматься и найти хоть какой-то обоснуй. Девушка медленно повернула голову в сторону соседа по парте и уставилась на него, как баран на новые ворота.

Блондин встал из-за парты и, обматерив Кораблина, ушел в туалет, то ли замывать пятно, то ли переодеть футболку, в которой ходит на физру. Брюнет прыснул и начал бить кулаком по столу, пытаясь отойти от истерического смеха. Катерина ткнула в него пальцем пару раз, и это сразу привело его в чувства. Отдышавшись, он устремил на одноклассницу взгляд карих глаз, выжидающе смотря на нее. Ермакова откашлялась и спросила:

- И что это было? Как это понимать? – и сложила руки на груди.

- Ты о чем? – беззаботно кинул ей Егор, открыв учебник на пятнадцатом параграфе и делая вид, что заинтересован в материале прошлого урока, спрятал лицо за книгой. Катя, недовольная поведением приятеля, взяла книгу и опустила ее, открыв лицо задумавшегося Кораблина.

- Я жду, - твердо произнесла.

- Чего? У моря погоды? – съязвил парень, не желая отчитываться перед какой-то левой девушкой.

- Сонь! Ты домашку по алгебре сделала?! Привет, кстати, - закричал Кирилл с последней парты, увидев Чернасову.

Кораблин резко повернулся в сторону вошедшей девушки, которая задержалась в учительской, поэтому пришла позже Кати, и увидел зашедшую следом Настю, которая, завидев Кораблина, улыбнулась и направилась в его сторону, не обращая внимания на прожигающий взгляд бывшей подруги. Подойдя к парте, Анастасия, убрав прядь волос за ухо, нагнулась и поцеловала парня в губы, видимо, в знак приветствия, прошептав что-то вроде «привет, милый», и, усмехнувшись ахуевшей Кате, ушла за свою парту.

Улыбка тронула губы Кораблина, но исчезла также быстро, как и появилась, стоило ему только узреть ледяной взгляд Сони, которая даже виду не подала, что ее как-то волновал этот поцелуй. Катя была удивлена не меньше реакцией Сони, которая еще вчера, как говорила Оля, стеналась и готова была лезть на стену от отчаяния. Увидев, что подруга идет на свое место, Катерина помахала ей рукой и сказала, что Дима, судя по всему, задержится, потому что испачкал рубашку, - обстоятельства оглашать не хотелось, поэтому Ермакова ловко перевела тему разговора на самостоятельную по химии, от чего Чернасова только шарахнулась.

Прозвенел звонок, и из лаборантской вышла молодая женщина, по совместительству учительница по химии, одетая в синий брючный костюм, с туго-завязанными волосами и очками на носу. Положив на стол тетради и стопку листов формата А4, Ольга Юрьевна повернулась к классу и поздоровалась с ним, разрешив ребятам сесть. Подозвав к себе Карину и Машу, сидевших на первой парте, она попросила одну из них раздать тетради, а вторую – листы с работой.

- На следующем уроке я вам оглашу результаты, - начала женщина, поднимаясь на возвышение, которое было свойственно кабинетам физики и химии, - и мы будем делать вторую лабораторную работу, так что подготовьтесь. Кто решит прогулять и придет без справки, будет писать самостоятельную, - закончила Ольга Юрьевна и не шутила. Так было всегда, начиная с восьмого класса, и потому, что она с них многое требовала, ребята более-менее знали предмет на твердую тройку.

Егор, получив листок с заданием, потер руки и приготовился ловить кайф, но тут его прервал Катин шепот:

- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, хоть я и не понимаю, чего ты этим пытаешься добиться.

- Почему ты во всем ищешь скрытые мотивы? Бесишь! – разозлился парень. – Мне она нравится и все тут. И Соня твоя, которая мне якобы нравится, - он показал пальцами кавычки, - нафиг не упёрлась. Все, отвали, моя черешня, - и уставился на задание. Как ни странно, но сейчас Егору в голову не лезло практически ничего. По крайней мере уж точно не структурные формулы с изомерами и бензольными кольцами.

София, которая сидела перед ребятами, услышав их разговор, сжала в руке карандаш с такой силой, что он готов был сломаться пополам. Глаза были сухие, но ведь слезы не показатель внутреннего состояния. Внутри у нее все сворачивалось, сжималось и возвращалось в исходное положение, но уже в совершенно другом состоянии. Но на удивление всему голова мыслила ясно, здраво и холодно. Решив не обращать внимания на сосущую боль, которая затягивала девушку с головой все сильнее и сильнее, она опустила голову и уставилась на листок с заданиями, даже не имея представления, что с ними делать и как. «Так, сейчас главное сосредоточиться на работе и подумать над тем, у кого бы скатать,» - Соня мысленно настраивала себя в нужное русло, не давая грузным мыслям затуманить разум.

***

Покинув кабинет химии, Катя и София направились в столовую, обсуждая работу, в которой не написали даже половины. Ермакова, как обычно, не напрягаясь, сдала пустую работу, даже не посмотрев на задание, и решила исправить пару устным ответом, как она это делала на протяжении четырех лет и вытягивала на слабую четверку. Соня, казалось, сгрызла весь карандаш от волнения, и теперь у девушки ныли зубы, на что она незамедлительно пожаловалась. Подруга лишь рассмеялась и встала в очередь за салатом. Соня же пошла к автомату, который выдавал кофе. Засунув в купюроприемник пятьдесят рублей, она выбрала горячий шоколад и встала рядом с машиной в ожидании благоухающего напитка.

Достав стаканчик с напитком и взяв в другую руку сдачу, София резко повернулась и чуть не разлила кофе на подошедшую Настю, которая смерила ее презрительным взглядом.

- Что, уверенности поубавилось, когда Егор тебя послал? Я думаю, - усмехнулась полноватая девушка.

- Что-что ты делаешь? – съязвила ей Чернасова

Анастасия презрительно фыркнула и прошла мимо одноклассницы, «случайно», как мы все поняли, задев ее плечом. Та споткнулась и незамедлительно встретилась с полом, разлив при этом горячий шоколад. Повисло гробовое молчание, но продлилось это недолго. Через несколько секунд столовая взорвалась всеобщим хохотом. Соня поднялась на колени и осмотрела себя: испачкалась только рубашка, и та была черная, поэтому пятна не было видно. Девушка потупила взгляд и оглядела окружающих ее ребят. Вдруг чей-то пронзительный голос перекричал толпу:

- Ну, все, ахуеть, как смешно! Посмеялись и хватит, - отгонял парень школьников от Сони. – Всем приятного аппетита, - и, повернувшись к виновнице произошедшего, сказал: - А ты так долго не протянешь на вершине, ведя себя таким образом.

Даня подошел к Соне и протянул ей руку.

- Не ушиблась? – и улыбнулся.

- Нет, - покачала головой девушка. – Спасибо, Дань.

- Всегда к твоим услугам, - пошутил парень.

- Но зачем? – вперила в него взгляд огромных карих глаз девушка.

- Что? – не понял смысла ее вопроса Даня.

- Кораблин твой лучший друг. Послал меня, думаю, мог настроить половину школы против меня, а ты идешь против него…

- А я разве завишу от его мнения? Я на придурка похож? – произнес Даня, когда они вышли из столовой. София надеялась, что Катя найдет ее, ну, или, по крайней мере, выберется из толпы.

- Наверное, поэтому Оля в тебя и влюбилась, - подумала Соня, не заметив, как произнесла это вслух.

- Как это влюбилась? – потупил взгляд Милохин и наклонил голову.

- Молча, - и улыбнулась. – ОЙ! – воскликнула девушка, только что сообразив, что рассказала ему.

- Ты… - начал было Даня, но Чернасова его перебила.

- Только не говори ей ничего про меня! – взмолилась она.

Даня лишь улыбнулся в ответ и, пообещав, что будет молчать, вернулся в столовую. "Думаю теперь, ты разобрался в своих чувствах," - сказала бы судьба, будь она одушевленным предметом.