Конфетка

— Вот это да, — шепчет Марина, как только я к ней подхожу, — ты бы видела, как на тебя смотрел тот парень.
Девушка пытается куда-то показать за шторы, но из-за страха, что на сцене её не поймут, быстро бросает эту попытку.
— В прочем, ладно, покажу при встрече, — отмахивается она.
Я смеюсь с её забавности. В этот момент она казалась такой расслабленной и домашней, что невольно захотелось укусить её за плечо.
«Ай» — шикает она, отходя от меня.
— Дейн, ты взрослая девочка, прекрати меня кусать, — смеётся она и я поддерживаю её смех.
— Купер, — сзади раздаётся голос брата, оборвавший наше с Мари веселье, и я поворачиваюсь к нему лицом, — это что сейчас такое было?
Мои брови непроизвольно ползут вверх и я уточняю, что именно.
— Ты так эффектно вышла, забрала свой аттестат и ушла, а как же речь про пламенную любовь к школе? А про самых любимых друзей? Где благодарность своему любимому брату за то, что он не убил тебя несколько лет назад и теперь ты стоишь на этой сцене?
— Эндрю, — мягко произнесла я, улыбаясь, — с чего ты взял, что ты мой любимый брат?
— Скажешь, что это не так?
— Нет, — хихикаю я, обнимая брата за плечи, и чувствую, как горячие мужские руки прижимают меня к себе за талию.
— Какая же ты уже взрослая, — тихо шепчет он мне на ухо, и на глазах наворачиваются слёзы, которые я моментально сглатываю. Никакой сентиментальности сегодня. Я ждала этого дня одиннадцать лет не для того, чтобы расплакаться на плече у брата, — мне кажется или твои глаза блестят?
Он заглядывает в моё лицо, отчего я кривлюсь и показываю ему язык.
— Не дождёшься, тебе кажется, — смеюсь я и он поддерживает мой смех, перед тем, как продолжить.
— Мы с родителями будем ждать тебя у машины, после выпускного, и с нами есть один человек, которому ты будешь очень рада, — ярко улыбается парень. Так вот от кого у меня такая улыбка.
— Джастин? — шепчу я, на что он машет головой.
— И ещё кое-кто, ты будешь за него очень рада, — на этих словах Эндрю поцеловал меня в лоб, и дождавшись моего кивка головой, покинул помещение.
Марина Силистер.
Лавки и кулисы грозятся лопнуть от бушующих аплодисментов. И я так же поддерживаю подругу, аплодируя.
— Давай, малышка, — теперь это в след говорю я.
Я слежу за тем, как она гордой походкой, оттопырив грудь вперёд, медленно шагает к Адриане, которая приготовила для неё пламенную речь. Она что-то говорит, я её не слушаю так же, как и не слушала, стоя на сцене. Мари отрицательно машет головой и забирает свой аттестат, разворачивается по направлению ко мне и шагает. Также красиво, как и вышла.

***

На утро я проснулась в чужой комнате. На чужой кровати. Я не помню, как выглядела комната, ведь даже не обратила внимание на помещение. Боль внизу живота противно сковывала все мои движения. С того случая прошло всего лишь пять часов. Сколько я должна ещё терпеть это, прежде чем смогу нормально вдохнуть воздух в лёгкие?
Попытавшись подняться, я почувствовала тяжесть в затылке. Голова просто раскалывалась. Всё кружилось перед глазами, предупреждая, что лучше не пытаться резко вставать.
Опустив ноги на пол, я взглянула на белые простыни.
— Пожалуйста, не нужно, мне больно!
Это не та постель. Но даже здесь есть следы крови. Ухватившись за прикроватную тумбочку, я поднялась на ноги, ощущая сильную дрожь в коленях.
— Потерпи, конфетка, сейчас будет приятно.
Я уткнулась ладонями в лицо, медленно вдыхая прохладный воздух. Я не дала слёзам с моих глаз скатиться ниже скул, вытирая их сразу же руками. Подойдя к зеркальному шифоньеру, я увидела синяки на бёдрах и на шее.
— Какая же ты горячая, Дейнерис…
Дверь в комнату приоткрылась. Я не сразу повернулась лицом к парню. Но я видела боковым зрением, как красиво и уверенно он шагал ко мне.
Остановившись сзади, он приобнял меня за талию, целуя в щеку. Я стояла голая. Голая и некрасивая прямо перед ним. Он не сводил взгляда с меня и моего тела.
«О да, Дейнерис!»
— Мне нужна моя одежда, — шепчу я, чувствуя, как сильно хочу прижаться сейчас к маме. Обнять её и расплакаться. Хочу вернуться назад и сказать в один голос вместе с Эндрю: «Нет, я не поеду с ним».
Он ничего не отвечает. Берет меня осторожно на руки, и несёт в другую комнату. Я аккуратно обнимают парня за шею, чувствуя его аромат.
— Мне больно!
— Ради меня, ладно? Потерпи, конфетка.
Сердце бешено колотится. И его, и моё. Он осторожно ставит меня на ноги протягивая мою новую футболку, вчерашние трусики и комбинезон. Я забираю их из его рук. Переодеваюсь. Он куда-то уходит, оставляя меня наедине.
— Я не чувствую ног, мне больно!
Поправив аккуратно волосы, я выхожу из комнаты. Медленно, не спеша. У меня не получается делать какие-то резкие или быстрые движения, так как всё это отдаёт болью по всему телу. Остановившись на секунду, я вдыхаю грудь полную воздуха и собираюсь всеми силами, после чего спускаюсь с лестницы на первый этаж.
Здесь всё убрано. Даже никаких признаков того, что буквально пару часов назад была только закончена вечеринка. Пройдя к большим светлым дверям, я толкаю их, проходя в столовую. Он стоит возле стола, ожидая меня, и я подхожу к нему, тихо шлёпая босыми ногами по полу.
— Тебе нужно перекусить, — шепчет Джастин, и я киваю головой.
Он садиться напротив меня и ждёт, когда я присяду рядом. Чуть помешкавшись я отодвигаю стул, плюхнувшись на него, но тут же подрываюсь, громко шикнув. Я испугано подняла на него голову, и увидела его озадаченность. Печаль, испуг, страх, непонимание всё сразу проявилось на его лице. Мы смотрим друг на друга, и я собираюсь с силами, аккуратно сажусь на край стула.
— Как ты? — его тихий, будоражащий голос. Тёплая рука гладит колено и я кладу сверху свою ладонь.
— Всё в порядке, — еле слышно шепчу я, а затем беру персиковый сок, жадно глотнув содержимое.
Он всё также смотрит на меня. Он обеспокоен? Или он напуган? Переживает? Мне кажется, что он зол, на самого себя.
Его рука соскальзывает с моего колена и он принимается за еду, даже несмотря в мою сторону. Я вымучена, но понимаю, что с этим нужно что-то делать. Медленно поднявшись со стула, я подхожу к нему, дожидаясь, когда он допьёт сок. Забираясь к нему на колени, я стараюсь быть максимально аккуратной, чтобы мне было не так больно. Я обхватываю в руках его лицо и утыкаюсь носом в шею.
Он дышит. Медленно и неспеша. А сердце словно вот-вот выпрыгнет из груди.
— Какой же ты Джастин, — произношу я тихо, целуя его в шею, — любимый.
Да. Даже после того, что он сделал я любила его. Он был родным и приятным.
— Я не смог сдержаться, — гневно шепчет он, пытаясь от меня отстраниться, но я не даю ему этого сделать.
— И что? — кажется на этом вопросе он словно выпадает, берёт меня за запястья, отводя их в сторону, и смотрит в мои глаза, а я продолжаю, — смысл переживать? Это уже случилось. Мы оба хотели этого.
Он молчит. Долго молчит и смотрит в мои глаза. А я улыбаюсь ему. Я не знаю, какие нужно подобрать слова, чтобы успокоить его. Я не знаю, что нужно сделать, чтобы он не был зол на самого себя. Я ничего не знаю.
— Я люблю тебя, — шепчу я, притягивая его к себе и целуя в губы.
— И я, — отстранёно шепчет он, — тебя.
Успокоили ли его мои слова? Нет. Совершенно нет. Но он делал вид, что так ему намного легче.

***

— Я решила действовать по твоему примеру, — прервала мои мысли Марина, подходящая ко мне, — я проигнорировала вопрос Адрианы и гордо ушла за кулисы.
С этого мы с Мари усмехнулись, взявшись за руки. Сейчас нужно будет выходить всем выпускникам.
— Определилась уже с университетом? — произнесла девушка, выглядывая всё кого-то из-за штор.
— Да, всё-таки я решила поступать в йельский университет, — я попыталась проследить за взглядом девушки, но у меня этого не удалось, — да и родители так хотят.
— О, ну выходит… Неплохо, — теперь всё её внимание снова на мне, и я киваю головой.
— А ты?
Кажется, на этом она задумывается, уходит мыслями далеко в недры своего мозга. Ребята уже выстраиваются в знакомый строй, и мы с подругой движемся туда же. Она всё молчит, я уже думала, что и не ответит, но она продолжила:
— А я здесь останусь, с ним, — Мари нежно провела ладошкой по животу, мило улыбаясь.
Моя челюсть отвисла, упала и закатилась за сцену.
— Что? — прошептала я, не веря происходящему
— Я беременна, Дейн, — так же тихо отвечает она мне, загадочно улыбаясь, и вот заиграл гимн соединённых штатов. Шторы вновь медленно раскрываются, а я стою с открытым ртом, смотря на улыбающуюся девушку.

***

— Неужели ты дома, — грубовато произнесла мама, как только я вышла из машины.
— Да ладно тебе, Тамара, — произнёс отец, смотря на неё, — ты ведь прекрасно знаешь, кого нужно винить в этой ситуации.
— Ладно, — спокойно произнесла мама, — Джастину можно доверять, он надёжный парень.
Я, ничего не говоря, подхожу и утыкаюсь женщине в грудь, обнимая её за талию.
— Дей, — растерявшийся голос матери звучал неуверенно, — ты в порядке?
— Да, всё нормально, — произношу я, отпрянув от женщины.
Сейчас мы стояли втроём. Я, мама, отец. Никто из них не мог понять, что со мной произошло, а я просто молча смотрела на них.
— Ну ладно, — перевёл тему отец, — если у тебя что-то случилось, ты можешь рассказать мне.
— Всё в порядке, — отмахнулась я, и от этого они отошли слегка назад, пропуская меня внутрь.
Стрелки часов едва ли перевалили за двенадцать вечера, когда я сидела в своей комнате на кровати, укутавшись в одеяло. Завтра у меня предстоял серьёзный семейный разговор. Отец что-то хотел сообщить нам, но это не так важно. Откинувшись головой на подушку, я прикрыла глаза. Сон совершенно не приходил. Мысли о вчерашней ночи и боль в теле не давали мне расслабиться.
«О боже, Джастин.»
Поднявшись с кровати, я накинула на плечи халат и тихо вышла из комнаты. Дверь Эндрю была прикрыта, но не закрыта на замок. Толкнув её слегка, она открылась и я прошла в комнату брата. При дневном свете она была вся в тёмно-голубых тонах, но сейчас, в кромешечной тьме, здесь совершенно ничего не было видно, кроме как чёрных, еле различимых, пятен. Разглядев кровать брата, в которой уже спокойно посапывал Эндрю, я прошла к ней, забираясь к нему под одеяло.
— Дейнерис? — сонный удивленный голос парня.
— Угу, — я приютилась у него на плече, закинув ногу на его бедро.
— Ты чего? — не понимая спрашивает он.
— Я не могу заснуть, мне страшно, — шепчу я, прикрывая глаза.
Он ничего не отвечает, лишь аккуратно поглаживает мою ладошку у него на груди, после чего погружается обратно в сон.
«Ты только посмотри, Гарольд, как они мило спят!»
Сквозь сон я расслышала лёгкие перешёптывания родителей между собой и их умиляющие вздохи. Открыв глаза, я убрала руку с брата, приподнимаясь с его плеча.
— Что такое? — я посмотрела на родителей, в руках у которых уже был фотоаппарат.
— Оу, мы вас разбудили? — проговорила тихо мама, а отец смотрел на нас, как завороженный.
— Да ладно, — прошептала сонно я, присаживаясь на кровать. Боль всё ещё присутствовала, но не такая, как вчера. Дышать было уже намного легче и мои движения были не такими скованными.
— Ладно, буди его и спускайтесь на первый этаж, у нас есть новости.
Мама мягко улыбнулась скрываясь вслед за отцом за дверью. Поднявшись с кровати, я потрясла брата за волосатую ногу, от чего он резко открыл глаза, уставившись на меня.
— Родители ждут нас внизу, собирайся.
Вернувшись в свою комнату, у меня уже была заправлена постель. Да, мама на радостях даже постель мне заправила. Переодевшись во что-то, я спустилась на первый этаж, где уже сидела вся семья, ожидая меня.
— Итак, — начал мужчина и его голос эхом раздался по комнате, — я получил повышение в должности и теперь, — отец взглянул на мать и слегка улыбнулся уголками губ, — мы сможем позволить себе переехать в более отдалённый район нашего города, ближе к лесу, как мы и мечтали.
— Что? — моя челюсть, как только могла отвисла максимально низко, — в смысле переезжаем?

***

— Дейнерис, — усмехнулась Марина, — прикрой рот, нас фотографируют.
Я еле выдавливаю из себя улыбку, смотря в камеру. Сейчас мои мысли просто перемешались, спутались. Марина, по-любому, шутит.
Мы простояли до конца гимна соединённых штатов, сверху летели блёстки, обильно осыпая нас и всё вокруг, что только можно было. Фотограф скакал со всех сторон, стараясь захватить нас со всех ракурсов. И даже когда мы покидали сцену, были слышны вспышки камеры.
— Ты шутишь, — произнесла я, когда мы остались в комнате с Мариной наедине.
— Нет, это правда, — уверенно заявляет она и берёт свой клатч с журнального столика.
— И от кого?
— От Джона, — она смущённо отводит глаза в сторону и тяжело вздыхает.
— Что? — вновь вырывается с моих губ, — а он…?
— Он не знает, — она отрицательно машет головой, — и не узнает.
— Но почему? — задаюсь я вопросом, который сам вырывается с моих губ.
— Потому что я не хочу, — она холодно смотрит на меня, — не лезь сюда, Дейн, хорошо?
Она обходит меня, направляясь к двери. А я стою, не понимающая, что происходит.

***

— Вы что, шутите?
Я до конца не верила родителям. Всё казалось какой-то бессмыслицей. Но уже через три дня мы начали поспешно собирать свои вещи. Грузовая машина делала по семь заходов в день, собирая огромные коробки с вещами.
Ещё через два дня мы съехали.
Просто как-то с утра мама заходит в комнату и будит меня. Я встаю, сонная плетусь в пустую ванную, где умываюсь холодной водой. Переодеваюсь в заранее приготовленную одежду и спускаюсь вниз. Там стоит уже новый хозяин этого дома — высокий блондинистый мужчина. В руках его был ключ от двери, а в глазах ожидание, когда я оставлю его наедине.
Оглянувшись напоследок на задний двор, я вспоминаю жаркий солнечный день, и как Эндрю обдал меня холодной водой с распылителя. Грустно улыбнувшись, я выскакиваю на улицу и сажусь в машину.
Последний раз я вижу этот дом. Этот дом, в котором я была с самого рождения. Как же так всё резко изменилось за считанные дни, что нам приходится переезжать ровно в другой конец города, теряя всех друзей поблизости? Смотря в окно на уменьшающийся вдалеке дом, я чувствую как слёзы начинают печь глаза.
— Милая, — мама поворачивается с переднего сидения и смотрит заботливо на меня, — новый дом тебе тоже очень понравится.

***

За кулисами я осталась совершенно одна. Даже Марина покинула меня, попросив не вмешиваться в её личную жизнь. То чувство одиночества проскочило где-то внутри меня, словно как в тот вечер. Кинув взгляд на опустевшие лавки, я поправила свои волосы и вышла из помещения, направляясь к машине, где меня уже ждала семья. Эндрю, какая-то девушка и Джастин.

***

Дом, в который мы переехали, был очень красивым. И мама была права, что он мне понравится. Я заняла самую лучшую комнату с балконом. Ну, а брату было всё равно, потому что он уже подавал документы на поступление в колледж. И его родители тоже отправляли в Йель. Он с ними и спорить не стал. Отлично сдавший экзамены, он был только рад поступить в такой колледж.
Оставалось полмесяца до учёбы. Джастин заезжал к нам всего два раза, и то, с того момента я не видела его вообще. В основном Эндрю тусовался у него, так как все друзья были поблизости к Джастину. А я целыми днями сидела дома, готовясь к учёбе и читая произведение Джоди Пиколт «Девятнадцать минут».
Как только я переехала в этот дом, мне пришлось забыть, что такое гулять. Моими друзьями были книги, стул, кровать и балкон. Мы жили в почти что самой отдалённой части города, окружённой со всех сторон сопками и лесом, так что с утра меня будили не разъезжающие машины за окном, а пение птиц в пустующем лесу. По первенству времени меня это жутко раздражало и я хотела сбежать в этот лес, но мама отрицательно махала головой, обещая, что как только я подрасту, будет отпускать меня в город.
Из-за отдалённости дома от школы, меня пришлось перевести на домашнее обучение. Каждый день ко мне приезжали учителя и репетиторы. Иногда, когда моя мама разрешала, ко мне приезжала и Марина, или я к ней.
Вплоть до девятого класса я пыталась смириться с моим одиночеством. Но в девятом классе я просто закатила истерику, заставив родителей вновь отправить меня в школу.
Это был самый лучший момент, который происходил со мной. У меня снова появилась социальная жизнь. Но речь даже не об этом.
Вернусь к тому лету.
Последние дни, которые Эндрю проводил дома, навеивали тоску. Хотя он и обещал приезжать, как только будет возможность, и говорил, что никогда не бросит меня, этот гад всё же уехал.
В последние два дня его пребывания в нашем дом, к нему заехал Джастин. Я хотела выйти и кинуться ему на шею. Или сказать, как сильно я скучала. Или ударить за то, что так долго его не видела. Но я не сделала ни того, ни другого, ни третьего.
— Дейнерис там? — я услышала его спокойный хрипловатый голос возле моей двери.
— Да, заходи, чувак, она вряд ли спит, скорее всего как обычно читает.
На тот момент я растерялась, откинула книгу в сторону, и прилегла на бок, закрывая глаза и притворяясь что сплю.
Дверь в мою комнату тихо приоткрылась. Я слышала его дыхание за моей спиной, как он тихо ко мне подходит, боясь разбудить. И моё сердце вот-вот было готово вырваться из груди, повернуться и поцеловать его. Но я лежала, делая вид, что сплю.
Он склонился надо мной, и я почувствовала запах его парфюма, навевающего воспоминания. Ещё миллиметр и он коснулся горячими губами моей щеки, и резко отпрянул, сделав шаг назад. Он смотрел на меня, а я лежала, боясь, что он поймёт, что я не сплю.
И я не знаю, понял он или нет, но Джастин развернулся и ушёл из моей комнаты, только раз замедлившись, может, чтобы снова обернуться и посмотреть на меня напоследок.
Что-то сорвалось с его губ. Возможно: «Я люблю тебя» или «Я буду скучать». А может, мне показалось и он ничего из этого не произнёс? Кто его знает. Дверь в мою комнату тихо захлопнулась и я услышала голоса за ней:
— Ну что?
— Она спит.
И больше ничего, они ушли. Я поняла, что теряют его. Перевернувшись на спину, я посмотрела на качающуюся в разные стороны от ветра люстру. Балкон был открыт, и свежий воздух проникал в мою комнату. Пахло свежестью, какая бывает перед дождём. И дождь тоже был в тот день.
Слыша, как внизу родители прощаются с Джастином, я вскочила на ноги, выбегая на балкон. Он вышел вместе с Эндрю на улицу и тот проводил его до машины, пожал руку. Они перебросились парой слов, перед тем, как Джастин перевёл взгляд на меня.
Он смотрел на меня без стыда, а я улыбалась ему ярко, как это было и до этого. Мы смотрели друг на друга и не могли оторваться. В конечном итоге, он подмигнул мне и сел в машину.
Пару минут он сидел в машине, а я стояла на балконе, а затем, двигатель завёлся, и он на огромной скорости выехал из двора, покидая наш дом. Я провожала его взглядом так долго, как это было возможно, а потом развернулась и зашла в комнату. На улице пошёл дождь. Было пасмурно.

***

Предлагаю включить песню Milck - Devil Devil

Вот и сегодня тоже было пасмурно. Хотя днём ещё ярко светило солнце, сейчас назревал дождь. Сначала мелкими каплями, а затем непрерываемой пеленой.
Я подходила к машине всё ближе и ближе, ощущая, как сердце уходит в пятки.
Пять лет. Я не видела этого парня пять лет.
С каждым шагом я подходила всё ближе и ближе.
И уже спокойно могла разглядеть людей, стоящих у машины.
Отца и Матери не было, видно они уехали домой, готовить праздничный ужин.
Эндрю и Джастин о чём-то разговаривали, а рядом стояла какая-то девушка.
Ещё пару метров и я встречусь с ним, мы поздороваемся, а потом поедем до нас домой.
Будем пить вино и разговаривать о жизни. Меня будут спрашивать о планах на будущее, а я буду смотреть в окно, за которым льётся сильный дождь и медленно качать головой, говоря, что в планах лишь поступить в Йель, вслед за братом.
Ещё шаг и ещё. И вот они уже оборачиваются ко мне. Все трое.
Его взгляд, он окутывает меня. Осматривает моё лицо, грудь, руки, живот, ноги, которые еле просачиваются из-под пыльно-розового платья. Коричневые туфли, клатч в руках. Он осматривает все эти мелочи, слегка улыбаясь.
Его глаза, он снова смотрел в них, и я хотела кинуться к нему в объятья, как это бывает во всех романах со счастливым концом. Но прошло уже слишком много времени и между нами давно уже ничего не было, что могло бы позволить просто так взять и прижаться к нему.
— Здравствуй, — произношу я, войдя в круг ребят.
Ещё доля секунды и с его губ срывается долгожданное: «привет».
Передо мной стоит девушка, на которую я обращаю внимание не сразу. А лишь через какое-то время. А зря. Посмотрев на неё я сталкиваюсь с ярко-голубыми глазами, которые с некой заинтересованностью рассматривают меня. Она тоже в платье, где-то до колен, тёмно-серого цвета. А крашенные блондинистые волосы волнами лежат на её плечах. На губах скромная улыбка, она разглядывает меня ещё и ещё, пока наши взгляды не встретятся.
— Итак, — произносит брат, — вот мой сюрприз.
— Джейн Мур, — произносит Джастин, — Моя жена.