Укрощение строптивого

Una

По-настоящему подавленным я видела Максона раз в год. В день, когда погибла его мать. Эта дата была выжжена в его душе глубоким клеймом.

На миг мне показалось, что этот день сегодня. Максон медленно вошёл в комнату, лишь кинув взгляд. Через секунду он скрыл эмоции за надменной улыбкой, но в глазах я все так же видела странную грусть.

- Мне казалось, ты опять решил свалить от нас, - съязвил Картер. Марли ударила его по коленке и посмотрела на Максона.

- Как все прошло? - спросила она, тепло улыбнувшись.

Максон подошел к столику и отлепил пачку сигарет от столешницы. Он быстро закурил и ответил:

- Хорошо. Я извинился, мы поговорили. - Он усмехнулся, равнодушно добавив: - Ничего особенного.

Думаю, остальные не заметили этого, но, стоило Максону зайти, я сразу поняла, что с ним творится что-то неладное.

- Где Амес? - спросила я, хотя этот вопрос было глупо задавать.

- Они с Аспеном пошли в кафе, - спокойно ответил Максон, делая затяжку. Он сдавленно рассмеялся, заставляя всех насторожиться. - Вы действительно собираетесь сидеть здесь весь вечер с пустым ведром попкорна? - Энтузиазм в его голосе разрядил обстановку, даже Картер слегка оживился.

- У тебя есть какие-то предложения?

- Насколько я знаю, мы успеем на ночной сеанс в автокинотеатре. - Максон посмотрел на меня. - Фильм Чарли Чаплина.

Я улыбнулась: Максон знает, что я безумно люблю фильмы Чаплина.

- Думаю, мы пас, - ухмыльнулся Картер.

- Как скажешь! - Максон толкнул Картера в плечо.

- Если я с тобой разговариваю, это еще не значит, что уже простил тебя, наглый идиот.

Максон выдавил смешок, туша сигарету о злосчастный горшок.

- Генетическая ошибка сидит молча? Это что-то новенькое. - Он скрестил руки на груди, вскинув бровь.

- Ты не умеешь врать, Максон.

Его улыбка быстро стерлась с лица. Я встала с дивана и пошла на балкон.

В горле начало клокотать от влажного воздуха. Я поздно вспомнила, что ящик с вином спрятан в коридоре, и, выругавшись, села на прохладный пол.

У Максона есть дурацкая привычка входить без стука.

- Ты жалок, - сказала я, даже не поворачиваясь к нему.

Максон медленно выдохнул и потер переносицу.

- Чего ты от меня хочешь?

- О чем вы говорили? - быстро перебила его.

Максон облокотился о стену позади меня.

- Все обсудили. - Он сухо рассмеялся. - Я просто идиот.

- Удивительно, что ты понял это только сейчас. - Я цокнула языком и закатила глаза. Мы немного помолчали, и я обернулась. - С тобой все хорошо?

- Почему ты это спрашиваешь? Разве может быть иначе?

- Почти поверила, Максон.

Он ничего не сказал, и я продолжила:

- Ладно, если не хочешь говорить, дело твоё, но меня не обманешь.

Я встала с пола и посмотрела на Максона. Метания его глаз напоминали мне загнанного зверя.

- Ты же помнишь, что должен мне Эйфелеву башню?

Максон улыбнулся и кивнул. Я обняла его, хотя совсем не привыкла делать этого. Он говорил, что я потенциально боюсь близости с людьми и даже простые объятия для меня что-то безумное.

- Забавно, что меня понимает лишь самый бездушный человек, - сказал Максон, мигом получив от меня пинок под зад. - Эй! - шутя запротестовал он.

- Договоришься мне тут. - Я улыбнулась, открывая дверь в гостиную. Ненавижу двери.

Картер щекотал Марли, и та громко смеялась, пытаясь вырваться из его рук. Он поцеловал ее в губы и что-то прошептал на ухо. Я смотрела на них и не понимала, почему людям порой бывает так просто друг с другом. Ни у кого не возникало ни малейшего сомнения, что эта парочка создана друг для друга.

Картер отпустил Марли, как только заметил нас. Они переглянулись и рассмеялась.

- Я вам на день Святого Валентина подарю пачку презервативов.

Марли примолкла и покраснела, а Картер прыснул, еле сдерживаясь от смеха.

Максон стоял на балконе, смотря куда-то вниз. Он не сразу откликнулся, когда я позвала его. Парень обернулся, на его губах играла слабая улыбка. Ее я стала видеть все чаще. Обычно она предназначалась Америке, но он слишком горд, чтобы это признать.

***

Я раскинулась на переднем сидении, поедая пончики в глазури.

- Не понимаю, почему ты так любишь немое кино, - возмутился Максон, откинув голову назад.

- Не люблю пустой треп. В немом кино все и так ясно, даже без слов. - Я пожала плечами, облизывая сладкие пальцы.

Картер и Марли настаивали, что не поедут с нами. Я, конечно, знала, чем они собирались заняться, но старалась об этом не думать, чтобы не испортить аппетит.

Максон стучал пальцами по панели, о чем-то задумавшись. Я сунула ему в рот пончик, и парень улыбнулся.

- Хочешь поговорить? - Это звучало скорее как утверждение, нежели как вопрос.

Максон пожал плечами.

- С чего ты решила, что мне хочется что-то обсудить? - раздраженно спросил он.

Я открыла окно со своей стороны и указала на соседнюю машину.

- С того, что сейчас не ты на заднем сидении с какой-то девицей в обнимку. - Я махнула рукой. Этой парочке явно было не до фильма. Максон рассмеялся, покачав головой. - Ты очень изменился. Особенно после приезда из Франции. Кстати, как дела у Дафны?

- Почему ты это делаешь? - вспыхнул Максон. - Вечно пытаешься вывести меня из себя.

- Мне доставляет удовольствие питаться людской злостью, - отмахнулась я, но он разозлился еще больше, в его взгляде было что-то пугающее.

- Ты понимаешь, что переходишь черту и забываешься?! - он гаркнул это так громко, что люди в соседней машине отвлеклись друг от друга. - Думаешь, у тебя есть право лезть в мою личную жизнь? Ты в ней никто!

Я изо всех сил заехала ему по щеке. Дважды.

- Не смей на мне срываться! - закричала я. - Ты жалкий идиот, который не может признать своих ошибок!

Максон плотно сжал зубы, я увидела, как у него на щеках задёргались желваки. Он потянулся через кресло и открыл мою дверь.

- Выходи, - спокойно сказал парень.

- Ну и пожалуйста! - Я громко хлопнула дверью и развернулась, но потом подумала и вернулась, чтобы забрать пончики.

Когда вышла на шоссе, то поняла, что до кампуса как минимум десять километров, а на часах почти полночь. Ко всему прочему, явно начиналась гроза. Я села на парапет и открыла пакет с пончиками. Мимо проехала машина, потом она остановилась и медленно сдала назад. Из окна высунулся какой-то мужик не очень приятной наружности и, криво улыбнувшись, спросил:

- Потерялась, красавица?

Я прожевала пончик и отряхнула руки.

- Да нет, жду полицию.

Водитель вопросительно поднял бровь.

- Там в лесу труп моего парня: пришлось раскроить ему череп, когда узнала, что он изменяет мне. - Я пожала плечами, ухмыльнувшись. - Решила не бегать и сразу сдаться.

Мужчина торопливо начал заводить машину.

- Не хочешь пончик? Могу поделиться! - крикнула я вдогонку. - Урод, - тихо сказала себе под нос, когда он скрылся.

Дождик медленно начал барабанить по листьям, где-то вдалеке сверкнула молния.

Я шла, промокшая, вдоль шоссе, проклиная все вокруг. Мимо проезжали машины, обливая с ног до головы водой из луж. Настолько мерзко я себя не чувствовала уже давно. Рядом опять затормозил автомобиль.

- Советую ехать дальше, - не обращая внимания, сказала я.

Никто не ответил, но машина так и не тронулась с места. Я подняла глаза и увидела «хаммер» Максона.

- Катись к черту! - крикнула я и прибавила шаг.

Максон быстро догнал меня - ну конечно!

- Ты забыла зонт, - сказал он, высовываясь из окна.

- Как-то не было времени прихватить его.

- Однако пончики ты решила забрать. - Максон ухмыльнулся.

Я закатила глаза, стараясь не замечать его. Хотя это было довольно трудно под проливным дождем. Эта гонка продолжалась долго: я шла по шоссе, а Максон «догонял» меня на «хаммере».

- Не хочешь сесть в машину? - наконец спросил он.

- Нет. - Я старалась не так громко стучать зубами от холода.

Максон вскинул бровь:

- Как хочешь. - Он потянулся к заднему сидению и достал зонт. Раскрыв его над моей головой, он продолжал держать одной рукой руль. Я ничего не сказала, хотя когда у тебя по волосам не стекает дождевая вода - намного лучше.

- Знаешь, ведь я могу ехать так до самого кампуса, - просто сказал он.

Я шумно выдохнула, продолжая идти вперед. Ноги хлюпали по лужам, кроссовки промокли насквозь.

- Ты ведь не сядешь в машину, так? - не унимался Максон.

- Ты меня выгнал.

- С каких пор генетическая ошибка слушает то, что ей говорят? - опешил он.

Я остановилась и повернулась к нему. Хотелось выхватить зонтик и засунуть его прямо в королевскую задницу Максона.

- Я всегда тебя слушаю, болван.

Он поджал губы и сказал:

- Садись в машину, Уна, не дури.

Я ничего не ответила и опять пошла вперед.

- Хорошо, - сдался парень, - давай поговорим.

Максон посмотрел на меня и открыл дверь машины, убирая зонтик.

Я рухнула на сидение, обхватив себя руками и пытаясь согреться.

- Извини, - сказал он, как нашкодивший ребенок.

- Иди к черту, Максон.

Он хитро улыбнулся и достал стаканчик с бананово-клубничным коктейлем.

- А если так? - спросил он.

- Хватит меня подкупать - не получится. - Я выхватила стаканчик и начала жадно пить.

Максон завел машину, и мы поехали вдоль шоссе. На улице нещадно лил дождь - боюсь представить, что было бы со мной...

- Я потерял её, - начал Максон не сразу. - Америку.

Я допила коктейль и посмотрела на него.

- А разве что-то было?

Максон поджал губы и промолчал, я продолжила:

- Поэтому ты ничего не потерял, ибо раньше не имел вовсе. Вот тебе и парадокс.

- Ты хочешь опять на улицу? - Максон склонил голову.

- А ты хочешь зонтик в заднице? - напала я, и он рассмеялся. - Ты не сделал ничего, чтобы как-то показать свои чувства. Иногда мне кажется, что Максон Шрив вообще не создан для постоянных отношений.

- Именно поэтому я не хочу ее мучить. Она никогда не будет счастлива со мной.

Я дотронулась до плеча парня, чувствуя, как сильно он напряжен.

- Позволь ей самой принять решение. Она намного сильнее, чем ты думаешь.

Максон задумался, стараясь все внимание уделять дороге. Я не знала, изменится ли что-то после этого разговора, получится ли у них начать все сначала, но одно знала точно: еще никогда Максон не пытался отгородиться от человека, потому что любил его.

Мы проезжали мимо заправки, и я увидела машину, которая остановилась возле меня на шоссе. Мужчина оплачивал бензин и возвращался к автомобилю.

- Притормози, - сказала я.

Максон удивился, но ничего не спросил. Наш «хаммер» затормозил напротив того мужчины. Я открыла окно и растянулась в улыбке. Он явно вспомнил меня и ужаснулся.

- Очень жаль, что ты отказался от пончиков. - Я провела пальцем по его подбородку. - Моему парню они когда-то нравились.

Мужчина побледнел, проглотив слова. На нем была какая-то грязная белая майка и протертые джинсы. Его лицо было покрыто щетиной, а пахло от него так, словно он сроду не слыхал про душ. Вылитый маньяк.

- Гони! - крикнула я, и Максон втопил педаль газа в пол.

Я начала смеяться так громко, что заболел живот.

- Что это было? - спросил Максон, когда я успокоилась.

- Небольшой урок пассивной самообороны.

- Ты безумная, - усмехнулся парень.

Я пожала плечами. Лучше быть безумной, чем влюбленной, хотя порой это одно и то же.