Укрощение строптивого

Она си­дела в ка­ком-то при­дорож­ном ка­фе за сот­ни ки­ломет­ров от до­ма. Ее взгляд блуж­дал по ли­цам из­му­чен­ных лю­дей, си­дящих у сто­ликов или тол­пя­щих­ся у бар­ной стой­ки. Каж­дый ку­да-то спе­шил, че­го-то ждал от жиз­ни, но все же, так или ина­че, сто­ял на мес­те. Ей ка­залось, что у лю­дей обыч­ные же­лания, глу­пые меч­ты и стрем­ле­ния. По су­ти, так оно и бы­ло. Все сто­яло на мес­те, слов­но в кад­ре ки­нофиль­ма или на ста­рин­ной кар­ти­не, на­писан­ной па­ру ве­ков на­зад. Ей хо­телось боль­ше­го от жиз­ни, но жизнь, ка­залось, не хо­тела боль­ше­го от нее. 

Ка­кая-то де­вуш­ка за со­сед­ним сто­ликом сме­ялась над глу­пой шут­кой дру­га, ви­димо, об­ду­мывая, зап­ла­тит ли он за нее и сто­ит ли ожи­дать че­го-то этой ночью. По­жилая па­роч­ка ти­хо скан­да­лила, пы­та­ясь ре­шить, с ка­ким вку­сом за­казать пи­рог. Кто-то рас­ска­зывал, что от­крыл цве­точ­ный биз­нес и де­ла идут в го­ру. Она все боль­ше и боль­ше убеж­да­лась, что лю­ди ме­лоч­ны в сво­их же­лани­ях. Ник­то не за­мечал гро­зу за ок­ном, хо­тя имен­но она соб­ра­ла всех в этом мес­те. 

Тя­желые об­ла­ка на­виса­ли над го­родом, об­ру­шивая на зем­лю лив­ни. Ско­ро все за­кон­чится, сол­нце опять омо­ет все све­том, и лю­ди по­бегут даль­ше. За­бав­но, что, ка­кой бы путь они ни выб­ра­ли, итог ждет один. Важ­но лишь то, ка­кой до­рогой ты при­дешь к ко­неч­ной точ­ке. По­жалуй, ее вол­но­вало имен­но это.

Слов­но отой­дя ото сна па­ру ме­сяцев на­зад, она по­няла, что проз­ре­ла. Ее нель­зя бы­ло от­ли­чить от мас­сы дру­гих мни­мых меч­та­телей. Сей­час ей ка­залось бе­зуми­ем, что ког­да-то ее вол­но­вало то, что тре­вожит мно­гих при­сутс­тву­ющих здесь. По­тому она свер­ну­ла с пу­ти, ко­торый дик­то­вало ей об­щес­тво. Она поп­росту ис­чезла с на­катан­ной ко­леи. Ник­то да­же не при­дал зна­чения; ко­неч­но, это то же са­мое, что не за­метить один цве­ток в клум­бе. Ес­ли на­ут­ро ты прос­нешь­ся и оки­нешь взгля­дом цвет­ник, то не об­ра­тишь вни­мания, что их ста­ло мень­ше. Прос­то при­мешь это как дол­жное — вот клум­ба, ни­чего не из­ме­нилось. 

Ей ста­ло ин­те­рес­но, что же за рам­ка­ми ее зо­ны ком­форта. Для мно­гих это бы­ло бе­зуми­ем. Как мож­но от­ка­зать­ся от то­го, что име­ешь? Как мож­но меч­тать о чем-то, что не вол­ну­ет дру­гих? Лю­дей всег­да пу­гало что-то но­вое. Дей­стви­тель­но, ведь про­ще учить­ся на чу­жих ошиб­ках. За­чем пы­тать­ся сде­лать что-то свое? Пос­мотри, у не­го это по­лучи­лось, зна­чит, ты дол­жен это сде­лать.

Она бро­сила взгляд на ле­жащую на сто­ле кар­ту, угол­ки ко­торой с од­ной сто­роны дер­жа­ла дав­но до­питая чаш­ка ко­фе, а с дру­гой — за­читан­ная до дыр кни­га. На этой кар­те бы­ло мно­го от­ме­ток, ко­торые скла­дыва­лись в ли­нию уже прой­ден­но­го пу­ти. Вся суть бы­ла в том, что она не прок­ла­дыва­ла мар­шрут, лишь от­ме­чала то, что уже по­зади. Мно­жес­тво крас­ных то­чек пун­кти­ром при­вели ее в это мес­то. Оно ни­чего не зна­чило, как и все пре­дыду­щие. Она дос­та­ла из пор­тфе­ля мар­кер и сде­лала оче­ред­ную крас­ную по­мет­ку. Ей нра­вилась до­рога, ко­торой она пой­дет даль­ше, — нет, вер­нее, их ты­сячи, сот­ни ты­сяч. У нее был вы­бор, ко­торый сос­то­ял из мно­жес­тва ре­шений. Имен­но это­го не бы­ло у всех этих лю­дей, пря­чущих­ся от гро­зы. Их до­рога дав­ным-дав­но про­ложе­на крас­ны­ми точ­ка­ми на кар­те на мно­го лет впе­ред. 

— Мож­но? 

Она не­хотя выш­ла из оце­пене­ния и под­ня­ла гла­за. У ее сто­лика сто­ял па­рень в про­мок­шей кур­тке, с ка­пюшо­ном на го­лове. Она ог­ля­дела зал: все сто­лики бы­ли за­няты.

— Мне пле­вать. — Де­вуш­ка по­жала пле­чами. 

Па­рень сел нап­ро­тив, сни­мая с го­ловы ка­пюшон. Он ки­нул взгляд на со­сед­ку по сто­лику и дос­тал из кар­ма­на пач­ку си­гарет, пред­ло­жив ей. Она сде­лала вид, что не за­меча­ет, хо­тя очень хо­тела. 

Па­рень дос­тал си­гаре­ту из пач­ки и сде­лал мед­ленную за­тяж­ку, бук­валь­но нас­лажда­ясь этим. 

— Здесь нель­зя ку­рить, — су­хо бро­сила она, ука­зывая на выц­ветший знак у две­ри. 

Он по­жал пле­чами так же, как она па­ру се­кунд на­зад, и до­бавил:

— Мне пле­вать.

Де­вуш­ка ни­чего не от­ве­тила, все так же без­различ­но пос­мотрев в ок­но. Ей ста­ло ин­те­рес­но, ку­да едут эти ма­шины, не об­ра­щая вни­мания на дождь и рас­ка­ты гро­ма. Ви­димо, у них есть цель, без сом­не­ния, важ­ная по их мер­кам. 

— Ку­да-то нап­равля­ешь­ся? — спро­сил он, ту­ша си­гаре­ту об угол сто­ла. 

Она кив­ну­ла, за­метив, как па­рень смот­рит на кар­ту. 

— Го­тов пос­по­рить, ты са­ма не зна­ешь ку­да.

Де­вуш­ка на­конец с ин­те­ресом пос­мотре­ла на пар­ня.

— С че­го ты взял? 

Он наг­нулся к кар­те и ука­зал паль­цем на крас­ную точ­ку, ко­торую она сов­сем не­дав­но на­рисо­вала. 

— Я сом­не­ва­юсь, что это бо­гом за­бытое мес­то и есть твой ко­неч­ный пункт, ведь даль­ше то­чек нет. 

Она под­ме­тила его про­ница­тель­ность, хо­тя и не по­дала ви­ду. 

— Смею пред­по­ложить, что ты убе­га­ешь. Воз­можно, от ко­го-то или да­же от са­мой се­бя. — Он пок­ру­тил меж­ду паль­ца­ми за­жигал­ку и ки­нул на де­вуш­ку быс­трый взгляд, пы­та­ясь пой­мать ее ре­ак­цию. Ле­ниво улыб­нулся, при­под­няв под­бо­родок. — Все-та­ки вто­рой ва­ри­ант. 

Она мед­ленно вы­дох­ну­ла, пос­мотрев в сто­рону, и по­кача­ла го­ловой. 

— Тог­да я прос­то не мо­гу пред­по­ложить, по­чему эти точ­ки, — он про­вел паль­цем по ли­нии, — при­вели те­бя имен­но сю­да. 

— Это мес­то ни­чего не зна­чит, так же как и все пре­дыду­щие. — Она раз­ве­ла ру­ками, ог­ля­дывая зал. — Вот эти лю­ди так же ни­чего не зна­чат...

— ...как и все пре­дыду­щие. — Па­рень ус­мехнул­ся, скло­нив го­лову, пос­мотрел на де­вуш­ку. — Ес­ли сле­довать тво­ей ло­гике, ни­чего в этом ми­ре не име­ет зна­чения. 

— Нет, это не так. — Она сла­бо улыб­ну­лась, про­ведя ру­кой по во­лосам. — Каж­дый миг на­шей жиз­ни име­ет боль­шое зна­чение, по­это­му не сто­ит его упус­кать. 

Па­рень от­ки­нул­ся на спин­ку си­дения, за­дум­чи­во скрес­тив ру­ки на гру­ди. 

— Ты все это за­те­яла, — он кив­нул в сто­рону кар­ты, — по­тому что бо­ишь­ся поп­росту пот­ра­тить жизнь, ведь так?

Она нак­ло­нилась впе­ред, пы­та­ясь по­нять, по­чему ему во­об­ще есть де­ло до все­го это­го. Обыч­но лю­дей не ин­те­ресу­ет твоя жизнь, они спра­шива­ют «как твои де­ла», «как по­жива­ешь» лишь из веж­ли­вос­ти, но его дей­стви­тель­но вол­но­вала эта де­вуш­ка в при­дорож­ном ка­фе с ку­чей то­чек на ста­рой кар­те. 

— Так, вер­но. — Она свер­ну­ла кар­ту, уб­рав ее в пор­тфель. — Я те­бя не зас­тавляю раз­го­вари­вать со мной толь­ко по­тому, что мы де­лим один сто­лик. 

— Да, знаю, но мне прос­то ин­те­рес­но. — Он по­жал пле­чами и улыб­нулся. 

Де­вуш­ка ви­дела мно­го улы­бок. И эта не бы­ла по­хожа на ту, что мель­кну­ла на гу­бах да­моч­ки за со­сед­ним сто­ликом, за ужин ко­торой все же зап­ла­тил па­рень; или на ту, что она за­мети­ла у ста­рой па­роч­ки, ко­торая ре­шила за­казать чер­ничный пи­рог. Их эмо­ции бы­ли ог­ра­ниче­ны глу­пыми пра­вила­ми при­личия. 

— Ду­маю, ты прос­то тя­нешь от ску­ки вре­мя, по­ка за ок­ном не за­кон­чится гро­за.

— Нет, мне очень ин­те­рес­но пос­лу­шать ис­то­рию че­лове­ка, ко­торый на­ходит­ся в по­гоне за ис­ти­ной. 

Она мет­ну­ла на не­го взгляд и вски­нула бровь.

— Хо­чешь ис­ти­ну? — Де­вуш­ка ука­зала на каж­до­го че­лове­ка в за­ле. — Ник­то из них ни­чего не добь­ет­ся в жиз­ни. Они лишь ду­ма­ют, что идут к це­ли, но это не так. Ни ты, ни я — мы ни­чего не сто­им, а зна­ешь по­чему?

Он ус­мехнул­ся, ожи­дая от­ве­та.

— По­тому что жизнь — дерь­мо. Мы на­ходим­ся на ог­ромной свал­ке от­хо­дов. 

— Очень фи­лософ­ски, но по­чему ты так ра­зоча­рова­лась?

— Я не ра­зоча­рова­лась, прос­то рань­ше не за­меча­ла, что смот­ре­ла на все сквозь ро­зовые оч­ки. — Она заг­ля­нула в гла­за пар­ня, пы­та­ясь объ­яс­нить. — Друж­ба нав­сегда, веч­ная лю­бовь... я не ве­рю... уже, не­воз­можно лю­бить всю жизнь. Пос­те­пен­но ты уз­на­ешь че­лове­ка, бук­валь­но ви­дишь каж­дую его тре­щин­ку. Это слов­но смот­реть один и тот же фильм: ра­но или поз­дно он на­до­ест, поч­ти всег­да так про­ис­хо­дит. Ко­неч­но, бы­ва­ют ис­клю­чения, но ме­ня они обош­ли сто­роной. 

Он мед­ленно кив­нул, под­жав гу­бы. 

— Хоть один че­ловек ос­та­нет­ся с то­бой на всю жизнь. Это ба­наль­ная ста­тис­ти­ка. 

— Воз­можно, ты прав, но по­ка мы не наш­ли друг дру­га. — Она нем­но­го ожи­вилась, воз­му­щен­но до­бавив: — Бо­же, мне да­же не уда­лось най­ти са­му се­бя. Я по­няла, что не смо­гу поз­нать свою сущ­ность там, где на­ходи­лась, ос­та­ва­ясь с те­ми людь­ми, что ме­ня ок­ру­жали. 

— Я да­же пред­ста­вить не мо­гу, что те­бя зас­та­вило так опол­чить­ся на лю­дей, — уди­вил­ся па­рень.

— Мо­жешь на­зывать ме­ня со­ци­опа­том, пле­вать, но ог­ля­нись. Не­уже­ли те­бя не бе­сит, что у всех од­но на уме? Ес­ли спро­сить вон у то­го муж­чи­ны, — она ука­зала на пар­ня у бар­ной стой­ки, — что для не­го пре­дел меч­та­ний, то ус­лы­шишь в от­вет, ве­ро­ят­ней все­го, «ог­ромные меш­ки де­нег» или «кру­тая тач­ка с гру­дас­той шлю­хой в при­дачу». 

— Хм... — Па­рень за­думал­ся. — До­пус­тим, ка­кой бы от­вет те­бя дей­стви­тель­но уди­вил?

Она при­куси­ла из­нутри гу­бу, заг­ля­нув на до­ныш­ко пус­той чаш­ки, сто­ящей на сто­ле.

— По­бывать в каж­дом го­роде ми­ра, соз­дать то, что не соз­да­вал ник­то. — Де­вуш­ка по­жала пле­чами. — Встре­тить рас­свет в го­рах Чи­ли или сде­лать ом­лет из са­мого боль­шо­го стра­уси­ного яй­ца. На­пить­ся так, что­бы по­терять счет вре­мени. Прос­нуть­ся на кры­ше до­ма, наб­лю­дая за нас­ту­па­ющим рас­све­том. 

Па­рень от­ки­нул­ся на­зад и рас­сме­ял­ся.

— Это до­воль­но стран­ный на­бор же­ланий.

— Сог­ла­сись, ведь это не­обыч­но? Ко­неч­но, ба­наль­но в мас­шта­бах все­лен­ной, но все же...

— Да, ты пра­ва, я да­же не ду­мал об этом рань­ше. 

Они пос­мотре­ли друг на дру­га, как буд­то на мгно­вение что-то по­няв, и тог­да де­вуш­ка спро­сила:

— О чем ты всег­да меч­тал?

— Я хо­тел стать ры­баком. Ду­мал, что бу­ду ло­вить ры­бу, что­бы ни­ког­да не тра­тить день­ги на еду. 

— По­лучи­лось?

— В мо­ем го­роде не бы­ло мо­ря или оке­ана, — нем­но­го ра­зоча­рован­но от­ве­тил па­рень.

— Вот ви­дишь, что и тре­бова­лось до­казать. Иног­да на­ши меч­ты ос­та­ют­ся все­го лишь меч­та­ми. 

— А как же ты? — Па­рень вновь заг­ля­нул ей в гла­за. — Эти точ­ки по­мог­ли те­бе най­ти се­бя?

Она по­кача­ла го­ловой, при­под­няв угол­ки губ.

— Ви­димо, их еще слиш­ком ма­ло.

Они мол­ча­ли, ду­мая каж­дый о сво­ем, не за­мечая лю­дей вок­руг, гро­зу, ко­торая утих­ла. Па­рень пос­мотрел в ок­но, ука­зав на пус­тую до­рогу.

— Ты зна­ешь, что там?

Она прос­ле­дила за его ру­кой и по­кача­ла го­ловой. Па­рень наг­нулся бли­же, слов­но их мог­ли под­слу­шать.

— Ду­маю, мы ни­ког­да не уз­на­ем, ес­ли не от­пра­вим­ся в путь.

— Мне ка­жет­ся, там мо­ре. — Она улыб­ну­лась.

— Мне ка­жет­ся, там го­ры Чи­ли и сот­ни рас­све­тов, ко­торые те­бя ждут. 

Он про­тянул ей ру­ку, и она по­няла, по­чему эти точ­ки при­вели ее имен­но сю­да. 

P.s.Тор­жес­твен­но кля­нусь, что эта гла­ва ито­говая. Мне хо­чет­ся вер­нуть ап­рель 2016 и на­чать пи­сать этот фик за­ново. Очень слож­но сей­час пи­сать или да­же ду­мать о про­дол­же­нии ос­таль­ных фи­ков, по­тому что мне труд­но вот так рас­стать­ся с этим ми­ром. Еще од­но: эта ра­бота пред­послед­няя по От­бо­ру. Даль­ше я вновь ме­няю ка­нон и бу­ду пи­сать по "5-ая вол­на".
Ко­го-то это мо­жет об­ра­ду­ет или расс­тро­ит, не знаю... Но я ра­да, что вы бы­ли со мной) спа­сибо