chapter 19.
Воздух с трудом подступает к лёгким, а глаза больше не смотрят в одну точку, лишь нервно бегают по профилю парня. Наверное, к Дженни только сейчас по-настоящему доходит осознание того, что Юнги очнулся. Протерев тыльной стороной ладони влагу со щек, она поднимается на ноги и, тихо сказав о том, что позовёт врача, пошатываясь, выбирается из палаты. Только оказавшись за дверью, припадает спиной к двери и в голос воет.
- Спасибо, - поднимает голову вверх и просто прикрывает глаза, выбрасывая в белый потолок слова благодарности. На душе становится теплее и легче, а руки больше не дрожат от страха за чужую жизнь. Он здесь. Живой. Наверное, удивляется её реакции, не зная, что она стоит за дверью и громко плачет, роняя слёзы счастья.
День обещал быть тяжёлым. Это стало понятным уже после трёхчасового обследования парня, которое несло за собой кучу суматохи и нервов как для врачей, так и для самого Юнги. В палате долго не было спокойствия и тишины. Вплоть до вечера медсёстры носились с капельницами и результатами обследования, попутно выгоняя из помещения девушку.
Вот только Дженни не собиралась уходить, а лишь стояла в уголке палаты и внимательно следила за их действиями. Удалось выяснить, что на теле парня четыре перелома, два из которых на левой ноге. Единственная положительная новость от врачей это то, что смещений нет, а значит, курс реабилитации пройдёт быстрее, чем ожидалось.
Пока парню вводили какие-то препараты, он смотрел на Дженни, которая ёжилась вместо него от боли. Глупая. Ему не так уж и больно, ведь то, что пережил, куда неприятней иголки в вену. Юнги сглатывал, наблюдая за девушкой, хотел побыть с ней наедине, а не делить время с приставучими людьми в белых халатах.
Такая возможность представилась только тогда, когда за окном уже совсем стемнело. Только стоило медицинским работникам хлопнуть дверью за собой, как Дженни подорвалась к постели и навалилась с расспросами на парня:
- Всё хорошо? Что они тебе сказали? Почему так долго обследовали?
- Помолчи немного, ладно? - перебил он спокойным голосом. - Просто иди сюда, - парень демонстративно поднял край одеяла вверх, призывая её лечь рядом.
- Но ты...
- Перестань, - тут же затыкает, коснувшись ладонью её руки. - Я хочу уснуть с тобой.
Девушка смотрит на Юнги ещё минуту, а после, оставив обувь у кровати, осторожно ложится рядом, боясь сделать лишнее движение. Чувствует тёплое дыхание по правую сторону, открытый взгляд, изучающий её лицо, затем слышит протяжной вздох.
- Обними меня, ведь я не в состоянии этого сделать, - шепчет он, заставляя её повернуться. Дженни смотрит в глаза напротив, затаив дыхание. Обводит взглядом каждую царапину на его лице и, слегка коснувшись пальцами щеки, опускает голову, норовя снова заплакать.
- Боже мой, Юнги, - дрожащими руками обхватывает шею и утыкается в неё носом. - Я-я... я сходила с ума. Я так боялась за тебя, Юнги... так боялась не увидеть тебя больше, - Дженни пускает солёные дорожки по коже парня, аккуратно поглаживая спину.
- Мне столько нужно тебе рассказать. Я молилась, чтобы ты меня ещё услышал.
- Так расскажи сейчас, Джи, - тихо просит он, впервые замечая настоящую искренность девушки. - Тогда и я не буду молчать.
Отбросить гордость теперь кажется нетрудной задачей. Сказать, что виноваты оба, ополчиться каждый на себя за глупость, вспоминая безрассудные действия, признаться о безумной тоске и в чувствах, заставивших долго страдать и не спать по ночам. Пора бы заканчивать строить из себя сломанных людей. Это всего лишь трещина, которую, как оказалось, не трудно склеить.
***
Черная иномарка сворачивает в сторону парковки. За рулём сидит парень, в задумчивости кусая губы, а рядом девушка, наблюдающая за его нервным состоянием.
- Чонгук, ты с утра какой-то дёрганный, - говорит она, не выдерживая этой странности. В ответ парень цокает языком, продолжая молчать.
Утренний звонок, который изначально приятно удивил, оказался источником действительно плохой информации. Голос бармена Дэна обрадовал, но только на минуту, так как дальше последовали новости о лучшем друге. «Юнги разбился» - новость казалась неуместной шуткой, за которую, будь бы старый знакомый рядом, хотелось врезать. Чон часто созванивался с Юнги и, признаться, знал намного больше девушки, сидящей рядом. Многое умалчивал, так как понимал, что им в дела пары лезть не стоит.
Парень сейчас не в состоянии чем-либо помочь, поэтому пытается держаться на связи с приятелем, дабы узнавать все новости. Хотел бы оказаться рядом, но, увы, не может. Состояние стабильное, значит, справится. Ведь это - Мин Юнги, чёрт подери. Тот, кто любит жизнь больше всего на свете, тот, кто обещал встретиться вновь и напиться вместе в баре, раскидываясь нравоучениями, как любил делать. Хён не оставит друга без нотаций и правильных советов на будущее.
- Эта поликлиника? - спрашивает Чон, рассматривая через переднее стекло здание гинекологии.
- Да, - кивает она, освобождаясь от ремня безопасности. - Останови вон там.
Сегодня пришлось отложить некоторые дела и отвезти девушку на осмотр к врачу. Гук предложил просто подвезти, однако сейчас сам следует по просторному коридору следом за Лисой, осматривая непримечательные белые стены. У кабинета сидят несколько пар, держась за руки, а они с неким отчуждением стоят у двери и вчитываются в фамилию врача на табличке, вызывая косые взгляды. Да, видимо на фоне остальных слишком молодые и неопытные.
- Ты пойдёшь со мной? - отвлекает парня от мыслей Лиса.
- Я-я... нет. Здесь подожду, - прокашлявшись в кулак, отвечает он. Нервничает, хоть и пытается казаться безразличным. А девушка не обижается, лишь, молча кивнув, скрывается за дверью кабинета.
Чонгук ждёт, прокручивая связку ключей на пальце. Взгляды окружающих начинают действительно раздражать, отчего он просто поворачивается обратно к двери и смотрит на ту самую табличку, раздражающую не меньше, чем сама обстановка в больнице. Не думал, что обычный поход вызовет столько негативных чувств, да и не знал, что приём у врача займет столько времени.
Спустя тридцать минут парень сидит уже в салоне автомобиля, дожидаясь её там, нежели в душном, пропитанном препаратами помещении. Откинув голову на спинку сидения, прикрывает глаза и ведёт счёт в уме, заполняя хоть чем-то своё время. Давно не тратил его на столь бессмысленное дело.
- Уф, наконец-то, - облегчённо вздыхает, видя, как Лиса идёт к машине, держа в руках пару бумаг и небольшой конверт.
- Мог бы сообщение написать, что в машине будешь ждать, - расстроено тянет она, устраиваясь на соседнем сидении.
- Из головы вылетело, прости, - холодно извиняется парень, заводя мотор. Он слишком устал томиться в ожидании.
По дороге домой пара предпочла молчание вместо натянутых разговоров. Лиса крутила в руках конверт, в котором находился первый снимок ребёнка, а Чон бросал косые взгляды то на неё, то на этот конверт. Наверное, догадывается. Конечно, разобрать изображение сложно, ведь это УЗИ даже не плановое, а лишь указывающее на развитие. Однако на данный момент здесь важнее чувства девушки, нежели сама картинка.
К вечеру Чон забился в гостиной, окружив себя бумагами. Надо было наверстать упущенное. В голове каша, состоящая из новостей о друге, конверта в руках девушки, работе, забирающей большую часть времени. Порой хочется почувствовать себя бесполезным. Но, увы, такая роскошь дана не каждому.
- Лиса, сделай мне кофе, - подаёт он голос, готовясь провести всю ночь за бумагами. Цифры нечёткие, хотя и глаза не болят. Наверное, стареет - делает вывод парень, ухмыляясь своим же мыслям.
- Ты долго ещё? - интересуется девушка, ставя чашку на стеклянный стол и присаживаясь рядом.
- Ага, - кивает он, откладывая на некоторое время документы. - Ложись спать, а я позже подтянусь, - вяло улыбается, потирая переносицу.
- Ладно. Не перенагружай себя, - Лиса касается ладонью его плеча и, приблизившись, быстро целует в губы. Видит, как ему сейчас трудно, поэтому пытается не мешать, тихо скрываясь за дверью гостиной.
- Постараюсь быстрее закончить, - доносится ей вслед. Знает ведь, что она и глаз не сомкнёт, ожидая его появления в спальне.
***
Чашка с кофе опустела, а организм требует заряда активности, поэтому Чонгук спешит на кухню заваривать себе очередную порцию кофе. Стоило ему включить свет, как к ногам подбегает рыжее создание, глазами выпрашивая подкрепления.
- Ох, вы только посмотрите, - тянет парень, поражаясь наглости животного. - Невыгодное вложение. Кроме как опустошать холодильник, какой толк от тебя? - бормочет, почесывая рыжую макушку. - Ой, ладно, ладно, - цокает, услышав мурчание, а после направляется к холодильнику и ищет что-нибудь мясное. Сдался. Умеет ведь питомец вызвать жалость, причём так умело, что даже Гук с недавних пор начал на это вестись.
С готовой чашкой кофе в руках парень идёт обратно в гостиную, вот только меняет направление, когда замечает тусклый свет от торшера, исходящий из спальни. Тихо приоткрыв дверь, окидывает взглядом скрученное тело на кровати и улыбается. Видимо, действительно ждала, раз взялась за чтение книги, которую так и оставила ютиться у ног недочитанной.
Чон ставит чашку на прикроватную тумбочку и кладёт рядом книгу, мешающую до этого вытянуть девушке ноги, а после присаживается на край кровати, рассматривая её лицо. Совсем юная. Какая из неё мама? Её бы саму к ней отправить.
- Спокойной ночи, - шепчет он и наклоняется, касаясь мягких губ. Хочет отстраниться, как Лиса обхватывает его шею двумя руками, призывая остаться.
- Ты не спишь? - тихо задаёт вопрос, а после снова целует, параллельно укладываясь рядом. Пальцами забирается под одеяло, нащупывая тонкую лямку ночнушки и стягивая с плеча. - М, малыш, - опускается губами к шее, ключице, затем медленно поднимает голову, желая застать её довольное лицо. Вот только... - Мать твою, - обречённо стонет он, замечая, что девушка спит. Просто спит с приоткрытым ртом, посапывая и изредка дёргаясь. Видимо, во сне обхватила его шею, заставив парня подумать, что просит о большем. - Ладно. Завтра поговорим, - надувшись, укоризненно смотрит на неё, затем тянется к торшеру и гасит свет.