Глава 4
- Доброго вечера, Миссис Квин. Меня зовут Чейз Хандсон и у меня есть к Вам предложение...
Что? Какое предложение и как он здесь оказался? Я оглядываюсь по сторонам в поисках тяжелого предмета, способного проломить череп и продумываю план побега. Мужчина, словно прочитал мои мысли, потому что в следующую минуту я снова слышу прекрасный баритон:
- Ну что Вы! Уверяю Вас - не нужно придумывать, как бы ударить меня чем-то тяжелым и сбежать от наглого извращенца, который пробрался к Вам. Кстати для такой исполнительницы, как Вы, слишком маленькое пространство...
- Мне хватает, - я бесцеремонно его прерываю, и непонимающе на него смотрю. - Что-то еще?
Мужчина вздыхает, и на его лице я вижу следы внутренней борьбы. Наконец-то он на что-то решается и, нагло усевшись на небольшой диванчик, в упор смотрит на меня:
- Как я уже сказал, меня зовут Чейз Хандсон, и я продюсер. В данный момент у меня намечается один проект, но мы никак не можем найти певицу. И вот, я сидел в ресторане, спорил со своими сотрудниками и услышал прекрасный голос потрясающей девушки, - мужчина мне игриво подмигивает, из-за чего я еще больше стушевалась. Что ему нужно? - Вот я и подумал, что мой продюсерский центр может предложить Вам прослушивание, и, возможно, предложение о работе.
Как? Кто? Я? Я хватаю ртом воздух и пытаюсь осознать происходящее. Этот мужчина предложил мне работу? Хочет пригласить меня на прослушивание? Ему понравился мой голос? Я что, попала в сказку с добрым феем? Нет, что-то здесь не то, поэтому я решаю отказаться:
- Прошу прощения, но мне Ваше предложение не интересно, тем более у меня есть работа. Поэтому прошу покинуть мою... гримёрную, - Я сморщила носик на последнем слове - ну какая это гримерная?
- Я бы на Вашем месте не отказывался, Миссис Квин. Девушка с такой фамилией обязательно должна быть королевой. Я оставлю Вам свою визитку. Если передумаете - звоните, - мужчина кладет на стол маленький кусочек дорогой бумаги и шагает к выходу, как внезапно разворачивается и вновь прожигает меня взглядом, - Хорошо подумайте, Кендалл. Ваша начальница верит в Вас и Ваш талант.
Мужчина покидает комнату, а я погружаюсь в раздумья. Моя начальница верит в меня? Значит он был у миссис Голден, и она не против моего "продвижения"? А может?..
Я погружаюсь в мечты, чтоб через несколько минут нырнуть в реальность. Размечталась тут одна. Конечно, всем нужны беременные начинающие певицы. Отличный старт для карьеры!
Но что-то во мне переворачивается, и я решительно направляюсь к миссис Голден. Спокойный голос разрешает войти, и я тихонько подхожу к женщине. Она пронизывает меня взглядом своих проницательных глаз и приглашает присесть. Мы смотрим друг на друга, и тут раздается ее тихий размеренный голос:
- Знаешь, Кендалл, когда я тебя в первый раз увидела, то сразу поняла, что передо мной стоит сильная, но одновременно и хрупкая девушка. Твое смущение, твоя улыбка, твоя радость, твой талант, твоя забота поразили всех нас. Ты - новенькая в этой семье, но уже успела стать для нас очень близким человеком. Наверное, тебе уже известны истории коллег, поэтому я расскажу и свою. Я родом не из ЛА, а из Хемптона. У меня было все - любящий муж, очаровательная красавица-дочка, прекрасный зять и процветающий бизнес. Знаешь, наверное такая жизнь и называется счастьем - я просто наслаждалась. Все было прекрасно, пока наш город не начали делить на владения бандитские группировки. Все были вынуждены платить некую дань, чтобы продолжать работу, но мы с мужем отказались. Они приходили несколько раз, но наш ответ был неизменным. И, когда уже показалось, что так называемые «хозяева» оставили нас в покое, они сделали это, - женщина наливает в стакан бренди и залпом выпивает, чтоб продолжить с горькой улыбкой. - Они убили их всех, не пожалели даже беременную дочь. Подстроили несчастный случай - автокатастрофу с последующим взрывом бензина и прислали приветственную открытку с фотографией места преступления. - голос срывается, а у меня непроизвольно начинают течь слезы - я слышала о многих зверствах, но чтобы о таких!..
- Я отмстила за всю мою семью. Связалась с конкурентами той группировки и посодействовала их мучениям. И знаешь, как бы странно не звучало - я не жалею об этом. Я корю себя лишь за то, что не смогла уберечь семью. Знаю - ты сомневаешься, боишься, что твое решение будет предательством, но ты должна решиться. В твоих глазах порой столько боли, что она поглощает и окружающих. Открой себя, девочка! Возьми за шкирку этот мир! Сейчас ты должна думать только о себе и малыше. Не переживай об этом, я знаю о твоем положении с первых дней. За всю свою жизнь я научилась видеть то, что не видят другие. Уверена, у тебя все получится, дорогая!
Я ошеломленно смотрю на женщину и не знаю, что сказать. Вместо разговоров, я подхожу к ней и крепко обнимаю, чувствуя ответное прикосновение ласковых рук:
- Спасибо!
- Не за что. Ты напоминаешь мне ее, мою дочку. Вы даже внешне были похожи, а характер... Ступай, девочка, ступай...
Я киваю и скрываюсь за дверью. Пытаюсь отдышаться и нежно обнимаю живот. Что же, Джеймс, миссис Голден сказала нам показать, кто есть кто, значит мы так и сделаем!
Прихожу домой и рассказываю о Мистере Хандсоне Авани, чем вызываю у нее бешеный восторг. Она также настаивает на том, чтоб я согласилась, и я решаюсь на этот шаг. Достаю лакированный кусочек бумаги и набираю номер:
- Хандсон слушает.
- Мистер Хандсон, это Кендалл Квин из «Итальянки». Если Ваше предложение еще в силе, то я согласна...