1
Как всегда Юнги после тяжелого дня отправился в бар. Ему нужно было развеяться, плюс, сегодня год его замечательным отношениям с Чон Чонгуком.
На вопрос "Как вы относитесь к людям, спящим с другими лишь ради удовольствия?" он спокойно ответит "Отношусь."
Потому что он не чувствует. Он всегда считал это своим преимуществом, так он мог писать песни, хладнокровно критикуя всех вокруг за их сопливые нежные чувства, бессмысленную ненависть и за их глупость, на поводу которой они вообще тратят свои нервы на это.
Его жизнь со стороны кажется безумно серой и однообразной. Возможно так и есть. Да, точно, вроде именно так, но Юнги всё устраивало.
Увидев Чонгука, идущего в его направлении, как всегда улыбающегося, Юнги понял, что как-то ему расхотелось праздновать годовщину. Совсем.
-Рад тебя видеть, Хён.
-Я знаю.
-Хён, а ты...
-Да, знаю, и тебя с годовщиной,- устало вздохнув Юнги запрокинул голову и допил остатки виски на дне стакане.- Я наверное уже пойду, Кукки.
-Пойдёшь? Но я ведь только...
-Именно. Увидемся.
Юнги уже полчаса сидит у себя на кухне, нерасторопно ест торт, который остался со вчера и смотрит в окно. Под окном на скамейке сидит знакомый силуэт.
"Меня ждёт?",- хмыкает он,-"Но я ведь сказал, что сегодня проведу весь вечер дома..."
Тут из подъезда выходит какой-то парень в серой спортивке и белых, пока еще чистых кроссовках, он в наушниках и направляется к магазинчику за углом. Чонгук при виде его резко встаёт, быстро подходит к нему, хватая за плечо разворачивает спиной к стене дома и грубо целует.
"Целует? Что?"
И нет, абсолютно точно это была не ревность. Не может быть ревности без любви, а Юнги не любит. Это просто было негодование, это был внутренний протест наглого собственника.
Но и интерес распирал и ударял в виски, отрезвляя лучше ледяного душа.
Тем временем на улице Чонгук всем телом вдавил Чимина в стену и нагло овладевал чужими пухлыми губами. Прикусив нижнюю губу он заставил Чимина вскрикнуть, что дало ему возможность пройти глубже. Изучая языком каждый сантиметр чиминово языка, Чонгук запустил одну руку в шелковистые волосы и начал перебирать их пальцами.
Юнги видел, что над парнями чуть ли не начинает полыхать пламя, не смотря на то, что на улице не так уж тепло, и он завидовал. Его Чонгук никогда не целовал так... А ведь именно для такого страстного пламени он и начал эту игру с Чонгуком. Начал эти псевдо-отношения-только-для-удовольствия и видит, что сейчас, там на улице, получают удовольствия больше, чем он за весь год отношений.
Почему? В чем проблема? Чонгук остается неизменным слагаемым, значит дело в Чимине? Этот парень настолько горяч?
И Юнги решил проверить.
Пока Мин переваривал в своей голове всю эту кашу-хрен-повернешь-ложку на улице расходились по сторонам два человека. Один из них был удовлетворен, пусть и с разбитой губой, а второй подавлен, зол и вместо шоколадного молока он купил пачку ментоловых сигарет.
Возвращаясь домой Пак с опаской огляделся возле подъезда и не заметив рядом никого сел на скамейку и закурил. Одну. Вторую. Третью.
-Так и до рака легких не далеко.
-Какие глупости, да и мне насрать. Ты вообще кто?,- как бы Чимин не старался, его голос все же немного колебался.
-Тот, кто видел ваш перепих,- тяжелый вздох Чимина подтверждал догадки Юнги, ну естественно, кому захочется осознавать, что его позор все же был замечен.
-И? Тебя это не касается.
-Да, просто это был мой парень,- почему бы не сыграть ревнивого придурка, все равно не знакомы.
-Тогда смотри за ним, блять.
-Я сказал парень, а не домашний питомец.
-А мне насрать.
-Уже было.
-Наср...
-Окей, ладно, я понял. Оригинальности-хоть убавляй,- и в полночь Юнги наблюдал замечательный закат. Закат глаз Чимина.
-Свали, че пристал, а?
-Может ты мне понравился?,- чего уж увиливать.
-Вас, блять, надо лечить, ей богу.
-Гомофоб?,- легкий смешок,- судя по поцелую и не скажешь.
-А тебя ебет?
-Да не то что бы...
-Вот и замечательно. Сладких снов, придурок,- на такой неоднозначной ноте Чимин ушел.
А Юнги. А что Юнги? Чимин был показушно груб, но видно, насколько чувствителен. Юнги всегда презирал таких, но что-то было в Чимине особенное. И Мину не понадобилось много времени, чтобы понять, что этот блондин в его вкусе.
На следующий день Юнги снова пошел в бар, ему надо было поговорить с Чонгуком.
-Так кто тот парень, которого ты вчера поцеловал?
-Ну, хён...
-Что?
-В наших отношениях же нет никаких обязательств...
-Знаю, а ты решил, что я тебя ревную что ли? Мне нужно лишь его имя и кем он тебе приходится.
-И всё же, хён, это смахивает именно на ревность...,- Чонгук смутился,- но на самом деле... он мне никем и не приходится...
-Хочешь сказать ты просто сидел себе на скамейке, а тут о-па! Такой симпатичный блодинчик, почему бы не придавить его к стене и не засосать по самые гланды?
-Хён, все было не так, просто...
-Кукки, я спрашивал как все произошло? Нет, я спросил только его имя и ваши отношения.
-Пак Чимин. Никаких отношений между нами нет. Я просто нуждался в удовлетворении своих потребностей...,- врать у него получалось скудненько, но Юнги не притязателен, поэтому он лишь кладёт руку на рубашку Кукки где-то в области грудной клетки, там, где по его предположениям сердце, сжимает её пальцами, притягивает к себе и впивается в искусанные от смущения губы.
-Ну тогда мы сможем нагнать то, что пропустили в годовщину и удовлетворить тебя?,- прошептал в губы Юнги.
-Конечно, пошли ко мне.
Уже находясь в квартире на рабочем столе Чонгук обвил руками шею Юнги, пальцами зарываясь в волосы, ногами же он обхватил бедра и нагло терся своим стояком о штаны Юнги, где-то в области паха. И там тоже все было не сказать чтобы гладко. В это время пальцы Мина ловко расстегивали пуговицы столь лишней в данный момент рубашки, срывая ее и кидая куда-то.
Теперь же Юнги руками изучал каждую мышцу идеального тела Чонгука. Проводил по торсу вниз и вверх, ввел руками куда-то в область спины и там тоже выводил своеобразные узоры, медленно опуская руки ниже, сжимая упругие ягодицы.
Чонгук простонал в поцелуй, снимая с Юнги футболку, в принципе было бы идеально, если бы одежда сама исчезла, но увы. Избавившись от футболки парень провел руками по рельефному торсу, да, конечно не сравнить с собственным идеальным телом, но кого это вообще волнует. Медленно опуская руки ниже он дошел до края штанов, запуская руки внутрь. Тяжело дыша Чонгук отстранился от Юнги,- Хён... кровать...,- и этого было достаточно, больше слов и вправду было не надо.
Подхватив Чонгука на руки Юнги кинул его на кровать, накрыв сверху,- Можно было и неж..,- он не договорил эту фразу, возможно потому что на самом деле кровать была достаточно мягкой и падение было не больным, ну или же потому что его губы уже бы по-хозяйски захвачены чужими губами и плевать на все обиды, когда хён так шикарно целуется.
А Юнги целовал так, как не целовал никогда, прикусывая и оттягивая нижнюю губу и снова возвращаясь к губам, проникая языком внутрь и... Он не был удовлетворен. Его не заводило это всё. Ему не нравится, как это всё происходит, он хочет большего, больше страсти, нежности и еще непонятно чего, но это не то. Ему перестало этого хватать.
Отстранившись от Чонгука, глаза которого уже были затуманенны возбуждением, Юнги встал, взял с пола свою футболку и вышел из спальни.
Зайдя на кухню, Чонгук сел за стол и бросил на Юнги возмущенный взгляд.
-Что ты творишь, хён? Что происходит?
-Не чувствую.
-Чего? Возбуждения? Не лги. Я всегда возбуждал тебя.
-Нет, я не хочу просто секса, снова. В нем не хватает... чего-то такого, что было в вашем поцелуе...
-Поцелуе? Хён, ты сейчас серьезно? Ты заставил меня самоудовлетворяться только из-за какого-то, мать его, поцелуя?!
-Да, да, забудь. Думаю мы расстаемся, мне больше не интересен секс с тобой, Чон Чонгук. Но, спасибо, наши отношения были скорее удачливыми, нежели наоборот. Просто стечение обстоятельств.
-Хён...,- тяжелый вздох,- хорошо, давай останемся друзьями, нас достаточно много связывает.
-Не смею возражать, Кукки, ещё увидемся.
Пару дней Юнги просто просидел дома и осмысливал всё, что вообще нахрен произошло и что с этим делать. Одно он знал совершенно точно-Чимин тут тоже в ролях. Значит нужно пойти и подтвердить свои догадки. Пойти к Чимину.
Стук в дверь. Чимин его не слышит, потому что как всегда в наушниках. У него во всю стену в зале огромное зеркало и пара тренажеров,-он проводит там кучу времени и всегда в наушниках, потому что в принципе к нему очень редко приходят, почти никогда и у него не случалось подобных неудобных ситуаций.
Минут 20 Юнги упорно стучит, и, неужели, наконец-то долгожданный щелчок дверного замка.
Дотренировавшись Чимин пошел на кухню, снял наушники и собирался попить воды, ибо в горле ужасно пересохло, а в ушах уже слышался ритм собвстенного сердцебиения. Выпив немного, Чимин услышал, что кто-то стучится в двери и довольно монотонно.
"Давно стучат? Да нет, вряд ли..."
Уже будучи в коридоре, Чимин кинул взгляд на себя в зеркало и отметил что выглядит он вполне презентабельно - открывать можно.
"Блять, нахуй, пиздец, ахуеть."
Примерно такая цепочка мыслей сложилась в голове Чимина, при виде гостя. Мало того, что перед ним был молодой человек без какой либо майки, футболки или еще-чего нибудь, что прикрывало бы его торс. Слава богу хоть джинсы были на нём, но блять из-за отсутствия ремня резинку трусов было видно и Чимин видимо слишком надолго задержал на ней взгляд, потому что гостю пришлось демонстративно покашлять в кулак.
Но разве Чимин виноват? Как по-другому можно среагировать, когда перед тобой твоя мечта, которая как казалось раньше, недосягаемая? Чимин не знал. За то Чимин знал что каждый день Юнги покупает пачку ментоловых сигарет и не всегда всю пачку скуривает, просто магазин расположен как раз по дороге домой. Знал, что Юнги часто покупает пиво, но иногда просто прозапас. Знал, что Юнги вообще-то гей, но никогда не обращал внимания на него. Знал, что Юнги любит только музыку и что на самом-то деле любить ведь не умеет. Знал..., знал..., знал... слишком много, пожалуй. А совсем недавно в это список еще добавилась новость, что "это был мой парень". У Мин Юнги есть парень, мать твою. Узнав об этом Чимин буквально с ума сошел, он скурил пачек 5 ментоловых сигарет, хотя он не курит, он прошел все эти дебильные стадии опьянения и впал в депрессию, от чего еще больше, больше и больше стал заниматься в своём мини-зале. И самое глупое, что он мог сделать-он пошел и покрасил свои волосы в огненно рыжий. Огненно. Рыжий.
Осмотрев Чимина Юнги задержал взгляд пожалуй только на губах, и теперь понимал Чонгука, когда он так яро на них накинулся, ну еще бы, а так же на волосах. Той ночью он счел Чимина блондином. Но не суть.
-М-мин Юнги?
-Угадал,- нет, Мин-мать-твою-Юнги это было далеко не наугад.
-Зачем пришел?
-Я просто хотел познакомиться с тобой поближе...
-П-побли...,- да этот чертов Мин Юнги, видимо, любит не давать людям договаривать.
Юнги точно не помнит, как они оказались на кровати, но было что-то вроде злости, обиды и восхищения в поцелуе Чимина. Мин же просто вкладывал всё. А что "всё"? Что он чувствовал к Пак Чимину? И чувствовал ли? Обычно он ответил бы "ничего", но когда дело касается Пак Чимина оно не может быть обычным.
Медленно стягивая друг с друга одежду и кидая её куда-то вглубь комнаты парни искали ответы на свои вопросы в рельефе чужого тела, в ярких красках новых ощущений и в нагло-громких звуках наслаждения, рекошетом отбивающихся от стен и летящих обратно, в хаотичном порядке.
Вот Юнги проводит языком за ухом Чимина, а тот выгибается, хрипло постанывая. Вот Чимин берет в руки член Юнги и водит рукой туда и обратно. Юнги откидывает голову тяжело дыша и примкнув к губам Чимина грубо кусает, нежно целует, облизывает и спускается ниже, оставляю багровые следы на бледной красивой шее, в то время, когда Юнги дошел до ложбинки между ключиц, ласка рук Чимина заставила его дыхание участиться а взгляд стал затуманенным.
Убрав руки Чимина от себя, Юнги взял крем для рук с прикроватной тумбочки. Интересно, на самом деле ли он дл... Кого это вообще волнует сейчас? Использовав крем по назначению, Юнги начал медленно входить и у него перехватило дыхание, от того, насколько Чимин был узкий.
-Рас-слабь-ся,- хриплый низкий голос Мин Юнги с этой ветьеватой ноткой возбуждения уже в принципе мог довести до оргазма.
Войдя полностью Юнги подождал немного, чтобы дать Чимину привыкнуть. Раньше Юнги никогда так не делал, всегда был быстр и груб. Но сейчас, этот секс, эти руки, пoкусанные губы, прикрытые глаза и трепещущие реснички-это всё такое великолепное, хрупкое, нежное, что Юнги мог бы сказать, что за этого человека он мог бы пожертвовать многим. Для начала самым главным: своей, как он считал "суперспособностью" не чувствовать. Фактически он уже. Юнги любит. И нет, не влюбился, сейчас он понял, что он уже не раз видел Чимина, Чимин слишком часто был рядом, но немного позади, а Юнги раньше был слишком червствый эгоист и не обращал внимания. А сейчас Чимин лежит под ним, начинает двигать бедрами в такт его толчкам, стонет его имя, царапает его спину.... и кончает. Оба кончают. Бурно, ярко и любя. Любя друг друга, черт возьми.
Теперь Юнги не курит и редко пьёт. Теперь Чимин не следит за ним каждый день из окна или немного позади, нет, он теперь живет в квартире у Юнги. Теперь Юнги чувствует, всё чувствует, и он совершенно забыл о том, какой секс с другими, потому что с Чимином каждый раз превосходный. Теперь Чимин любит еще и себя, потому что часто слышит в свою стороны комплименты и еще приятнее получать от человека, который в принципе "такой фигней не занимается", от любимого человека. А как офигенно, когда произносят их с хрипотцой возбуждения.
"Любовь - не слабость, а сила."