Глава 13
Он увидел на этой фотографии Джиу вместе с женщиной… У него всё сжалось в груди, и боль отдавалась по всему телу. На ней изображена его любовь, которую он покинул четырнадцать лет назад. Взяв её, он сел на кровать и долго не отводил взгляд от изображения.
«Не могу поверить… Джиу мой…», — глаза Брейка забегали, и тело покрыло неприятным жаром от шока. — «Мальчик, которому перед тем, как уйти, я сказал, что поиграю с ним утром. И женщина рядом с ним — моя единственная любовь».
В этот момент он снова возненавидел себя за свой поступок, ведь бросить их тогда — это было огромной ошибкой.
Немного посидев и посмотрев на фотографию, он точно понял, почему переживал за Джиу. Он был его любимым сыном. Сыном, которого он не видел четырнадцать лет. Сыном, которого покинул, когда тому было всего три года от роду.
«Я такой идиот!» — Кайден схватился за голову. — «Как я мог забыть! Они были частью меня! Я любил их больше всего на свете! Я хотел обеспечить им безопасность! Да у меня была фотография с ними, на которую я смотрел чуть ли не каждый грёбаный день! Но… Но…» — он резко вспомнил момент из прошлого, когда перестал смотреть на фотографию. — «Почему я такой придурок? Почему я решил, что, если перестану это делать, всем будет лучше?»
Брейк достал фотографию из рамки, и вдруг оттуда выпал свёрнутый листок бумаги.
«Что это?» — подумал он и решил раскрыть его.
Кайден обнаружил кое-что, от чего его сердце начало ныть сильнее, и глаза наполнились горькими, давно забытыми, слезами. Он увидел письмо, на котором виднелись размытые пятна от слёз, посвящённое ему.
«Она написала это в день, когда я ушёл», — прочитав его, мужчина опрокинул голову. — «Это письмо… Почему я чувствую всю боль, которую моя любимая испытывала в этот момент? Чёрт, она не ненавидела меня, не считала худшим мужчиной в своей жизни… Даже после всего того, что я натворил. Она ждала меня…» — на лице Кайдена сверкнула слеза и упала прямо на письмо, а за ней последовали другие слёзы. — «Перестань, Брейк, тебе нельзя плакать…» — он вытер их и снова перечитал письмо. — «И зачем ты зачеркнула слово «Любимая»? Даже спустя четырнадцать лет ты ей остаёшься… И останешься до самой моей смерти».
Он лёг на спину и начал перебирать воспоминания прошлого, но его память воспроизвела момент, когда Джиу рассказывал ему об отце. О том, как отец сделал больно его матери, из-за чего та плакала.
«Я сломал её…» — Кайдена все больше и больше одолевала жгучая боль. — «Я не достоин всего того, что она для меня сделала».
Брейк чувствовал себя отвратительно, особенно в тот момент, когда он понял, что нужно рассказать Джиу о том, кем он является для него.
«Хорошо, я расскажу ему, но что будет потом?» — он задумался. — «Он меня вообще примет? По его словам, я самый худший человек в их жизнях, но он даже не догадывается о том, как мне было тяжело без них», — Кайден поднялся. — «Он не догадывается, что я чувствовал, когда в тот злополучный вечер на конце трубки услышал, что про мою семью знают», — он перебирал пальцы, а вместе с ними и варианты того, как ему лучше поступить.
Взвесив все ситуации, которые могли произойти, он решил умолчать на ближайшее время, что он для Джиу — папа, а всё из-за того, что боязнь быть отвергнутым родным сыном была сильнее, чем правда, которую он хотел рассказать.
Кайден пошёл смотреть, что находится в коробках в подвале.
«Она же не могла забрать только письмо из того дома», — думал он, вскрывая первую коробку. Но в ней ничего важного не оказалось. Это были просто вещи его жены, которые она не забрала с собой за границу. В других также не было ничего интересного: бытовые предметы, разная мелкая мебель. Но оставалась ещё одна, которую он не посмотрел. Открыв её, Кайден увидел свои вещи: его костюм, предназначенный для спортивного зала, классический костюм, худи, свитшоты, футболки, штаны.
«Она перевозила это с места на место, чтобы в случае чего мне было во что переодеться?» — немного покопавшись, он обнаружил фотографии. — «Не может быть!» — подумал Брейк перед тем, как развернуть их.
На этих фотография была запечатлена практически вся его жизнь с Юджон и Джиу.
«Как интересно всё складывается… Будто бы самой судьбой мне предназначено быть с ними», — он начал рассматривать их. — «Это я с Юджон в парке развлечений… Именно в этот день я признался ей в любви», — у Кайдена кольнуло сердце. — «Это мы на фотосессии перед родами… Она была такой милой с пузиком», — он улыбнулся. — «Родная моя… А это уже фотография после родов. Джиу такой маленький. Даже не вериться, что когда-то он был таким крохой», — Кайден чувствовал тоску по тем временам. По временам, когда его семья постоянно улыбалась, и они были вместе. — «И что ты сейчас грустишь? Ты же сам принял решение покинуть семью…» — говорил он про себя. — «Ладно, продолжим. Так, что тут у нас…» — он обнаружил фотографию, про которую и сам не знал: его маленький сынок лежал с ним в обнимку. — «Почему я её ни разу не видел? Неужто она сфотографировала нас для себя?» — посмотрев на неё, Брейку захотелось прожить эти моменты вновь…
Он достал следующую фотографию. На ней Кайден держал шестимесячного Джиу на руках и «кусал» его за ногу.
«Ха-а, я и забыл, что она есть. Надо было её забрать и положить в бумажник», — рассмотрев остальные фотографии, он сложил всё на место. — «Пускай будет тут, а то, если придёт Юджон, решит их посмотреть и что-то не увидит, будет плохо».
Кайден превратился в кота и прилёг.
«Теперь я точно решил, что останусь здесь после того, как восстановлюсь», — он погрузился в сон, где были показаны моменты из прошлого, и начал улыбаться.
Спустя пару дней Джиу вернулся домой. Когда Кайден увидел его, то он непроизвольно улыбнулся. Он до сих пор не мог поверить, что из нескольких миллиардов людей его нашёл именно Джиу.
«Это правда удивительно…» — подумал Брейк, смотря на мальчика, который кормил котов.
— Кайден, — Джиу неожиданно повернулся к нему, что вывело Кайдена из своих мыслей. — Сколько мне надо тренироваться, чтобы самостоятельно победить братьев Кляйн?
— Хм-м, не думаю, что смогу ответить на этот вопрос.
— Почему?
— Тебе правда интересно почему? — рыжий кот подошёл к Джиу. — Это всё из-за того, что уже сейчас ты делаешь огромные успехи, и я просто не могу дать какой-то точный временной промежуток, когда ты достигнешь уровня этих преступников.
— А если приблизительно?
— Приблизительно говоришь? — Кайден посмотрел на него. — Если ничего не случится, то ты достигнешь их уровня уже через полтора года.
— Правда? — глаза мальчика загорелись.
— Правда, — Кайден улыбнулся. — Предлагаю пройтись по магазинам и купить тебе всё, что нужно для тренировок. Ты согласен?
— Да! — радостно крикнул Джиу и побежал переодеваться.
«Он очень похож на неё», — подумал Брейк и снова улыбнулся. — «Надо поговорить с ним обо мне, о моих отношениях с его мамой, и о том, что я его отец… Но чуть позже».
Джиу взял Кайдена и пошёл в торговый центр, где они ходили по спортивным магазинам.
«Первым делом нужно ему взять утяжелители для рук и ног, а потом гантели, блины и турник-брусья», — сказал про себя Брейк.
— Джиу, — прошептал он. — Пойдём к утяжелителям, а потом купим тебе ещё спортивный инвентарь.
— А зачем мне утяжелители? — тихо ответил мальчик.
— Они помогут тебе повысить выносливость и нагрузят определённые группы мышц, — мальчик на это лишь кивнул и отправился к нужному отделу.
Взяв то, что нужно, Кайден и Джиу продолжили бродить по торговому центру. Хоть в этот день Брейк и не мог находиться в теле человека и так же беззаботно прогуливаться со своим сыном, он был счастлив. Он чувствовал, что его отношение к Джиу изменилось. Теперь он относится к нему как должен… Кайден теперь не считает его малознакомым ребёнком. Он чувствует ответственность за своего единственного сына. Он защищает его, разговаривает с ним, пытается давать ему отцовскую любовь, которую, к сожалению, не мог дать ему целых четырнадцать лет. И это всё он делает ради того, чтобы его мальчик жил иной жизнью. Но, чем больше Кайден проводил времени с мальчиком, тем сильнее ему хотелось рассказать об их связи.