Моя ненавистная любовь

На его руках лежит красивая девушка с бледным лицом, на котором красуется множество ссадин. Он руками зажимает глубокую рану в области живота из которой не перестает течь кровь, но понимает — это не поможет.

Она умирала, а он, со всей своей великой силой, не мог ничего сделать.

Девушка что-то ему говорила, он просил ее остановиться и не тратить силы понапрасну, но она продолжала это делать, понимая, что это ее последние слова: она просила чтобы он с ней говорил в унисон, чтобы не молчал. И он не мог ей отказать: разговаривал с ней, отвечал на вопросы и надеялся, что вскоре, кто-то придет и спасет ее. Но помощь не хотела приходить.

Жизнь уходила из ее тела, однако, ее карие глаза не переставали излучать теплоту. Она цеплялась своими тоненькими пальчиками за него, как за спасательный круг, но уже не ощущала ни его прикосновений на своём теле и не видела его: в глазах предательски темнело, а веки стали тяжёлыми словно свинец.

— Спасибо тебе.

Она улыбнулась ему из последних сил и закрыла свои глаза — уйдя из жизни.

Однако, вместо того, чтобы проснуться, мир вокруг него начал меняться.

...В этот раз она лежала под ним. Ее блондинистые волосы были рассыпаны по снегу. Вместо теплоты и нежности в ее глазах, в этот раз он видел только слезы, боль, страх и ужас. А откуда-то сверху, на нее капали капли крови. Прислушавшись к собственным ощущениям, он почувствовал как по его лбу течет что-то горячие, в области груди чувствовалась сильная боль.

Он понял: в этот раз умирала не она, а он.

***

После того как сообщили, что в поместье приезжает семья Спригган, Нацу и Люси стали готовиться. Хартфилию отвели в ее комнату и дали розовое платье со множеством рюш и кружев. Люси нравилось смотреть на подобные платья в швейных мастерских или у купцов из дальних земель, и каждый раз представляла: как бы это платье сидело на ней. Однако теперь, когда ей представилась такая возможность, исповедница была рада, что ей не приходится носить такие платья, в отличии от придворных дам, которые постоянно такое носили. А причиной этого стало то, что за время пока она пыталась надеть платье, Люси запуталась в его юбке, несколько раз упала из-за слишком длинного подола и все время цеплялась рюшами за углы.

— Госпожа Люси, вам еще повезло что мы не дали вам платье с корсетом! — шутила над этери своего хозяина Беллетокиа. — Все завязала! Осталось только прическу сделать.

— Это обязательно? — спросила Люси, смотря на себя в зеркало. Она впервые видела себя в таком обличье и крутилась вокруг зеркала, будто проверяя она ли это.

— Конечно обязательно! — воскликнула гибрид и посадила исповедницу на стул, начав расчесывать ей волосы. — Господин Спригган и его семья не только великая семья, но и почетные гости в доме Драгнил, а вы, как этери хозяина, должны предстать перед ними в лучшем виде!

— Беллетокиа, не могла бы ты мне сказать какие они, члены семьи Спригган?

— Они скоро приедут, так что вы сами скоро увидите, — не стала отвечать на вопрос служанка. — Скажу одно, они не презирают людей, в отличии от множества других семей.

— И почему же?

— Скоро сами узнаете, — снова ушла от ответа Беллетокиа. — Я думаю вы найдете с ними общий язык, так что не стоит бояться!

— Даже не думала, — гордо сказала Люси, но все-таки ее заинтересовали слова гибрида.

Беллетокиа, которая больше не хотела мучить свою новую хозяйку, сделала ей аккуратную пучок и попрощавшись ушла из комнаты, не забыв напомнить, что гости скоро прибудут. Люси, еще раз осмотрев свой образ в зеркале, подошла к шкафу и из стопки с одеждой достала свою плеть. Она не знала, брать ли собой плеть из окрайда или нет. С одной стороны, в поместье придут еще этериасы, которых стоит опасаться, но с другой стороны...

Нет, лучше она возьмет ее собой. Закрепив плеть на резинке, которая была на ноге под платьем, Люси вышла из комнаты и сразу же наткнулась на Нацу, который стоял напротив двери. Как и при первой встрече, ни слова не говоря, они рассматривали друг друга.

— Зачем тебе шарф? — придирчиво спросила Хартфилия, смотря на клетчатый шарф, который как она считала, не подходил к его черной водолазке и красному плащу.

— Я всегда его ношу.

— Ни разу не видела.

— Знаешь, если бы мы виделись почаще, ты бы заметила его, — грубо ответил Драгнил. За эту неделю, которую у него живет Люси, они виделись шесть или семь раз, и все их встречи происходили на трапезе, которая проходила в молчание. Причиной этого было то, что Люси практически все время проводила в деревне гибридов, либо в тренировочном зале или в библиотеке, любыми способами избегая его. Впрочем он сам был не лучше. Каждый день проводил на охоте или уходил по важным делам.

Люси больше не хотела говорить с Нацу, не прошло и половины дня, а он уже достал ее до такой степени, что находиться с ним рядом было невозможно. Поэтому гордо развернувшись она хотела уйти, но запнулась об подол платья и упала.

— Тебе помочь встать? — спросил Нацу, но на его лице была улыбка.

— Обойдусь, — гаркнула Люси и собиралась встать, но снова наступила на платье и снова упала.

В этот раз Нацу не сдержал свой смех, но все равно подошел и поднял девушку, ведь если она еще раз наступит на платье, оно просто порвется.

— Когда идешь приподними платье немного вверх, — Нацу показал как надо сделать. Люси нехотя, но сделала то, что сказал этериас, так как не собиралась снова так позориться перед ним. — Ладно, хватит уже тут стоять, Зереф скоро подъедет!

Исповедница и этериас направились к входу поместья. Постояв буквально минуту они услышали стук в дверь и слуги поспешили открыть. Нацу спустился в холл, Люси же осталась стоять на лестнице, остерегаясь силы, сравнимой с силой Драгнила. Когда дверь открылась, Хартфилия увидела четыре фигуры: мужчину, девушку и двух детей. Высокий темноволосый мужчина от которого исходила огромная сила, как поняла Люси, скорее всего являлся главой семьи Спригган — Зереф Спригган. Около него стояла маленького роста девушка с длинными волнистыми волосами, чей цвет был бледно-блондинистый, и большими зелеными глазами. От девушки не исходило никакой силы, из чего можно было понять, что она человек. Рядом с ними было два ребенка, а если точнее, то два мальчика четырех и семи лет. От детей тоже исходили силы этериасов, но по сравнению с силой своего отца, она была просто мелочной. Мальчик, помладше был точной копией своей матери. У него были точно такие же большие зеленые глаза и светлые волосы. Мальчик постарше наоборот, не был похож ни на одного из родителей. У него были торчащие в разные стороны белокурые волосы, оранжевого цвета глаза, которые обрамляли густые белые ресницы, и бросающиеся в глаза знак креста на лбу.

— Дядя Нацу! — радостно крикнул мальчик помладше и подбежал к Нацу. Так как мальчик был маленького роста, Драгнилу пришлось сесть на корточки, чтобы обнять его.

— Здравствуйте, дядя, — равнодушно сказал другой ребенок, подойдя поближе к брату и дяде.

— Ларкейд! Сколько раз я тебе говорил, хватит быть таким серьезным! — не строго, а скорее весело сказал Нацу и сгреб мальчика в объятия, также как и брата. Мальчик старался оставаться таким же равнодушным, но все равно на его лице появилась улыбка.

Люси была в шоке. Она не ожидала такого приветствия между семьями. Ей было так необычно видеть Нацу таким радостным и счастливым. Он с любовью смотрел на детей и широко улыбался им. Это было так непривычно для Люси, она привыкла видеть на его лице серьезность или издевку. Они были похожи на простую семью, будто и не являлись демонами.

Перестав обниматься с детьми Нацу встал и поприветствовал их родителей. Семьи Спригган и Драгнил всегда были очень дружны, поэтому в детстве Нацу и Зереф практически постоянно проводили время вместе. Несмотря на разницу в возрасте в семь лет и совершенно разные характеры, они могли найти общий язык и хорошо дополняли друг друга. Нацу с легкостью мог развеселить и растормошить вечно спокойного Зерефа, а тот наоборот, мог усмирить слишком буйного Драгинла.

Возможно, именно из-за этого он стал учить и обучать Нацу разным наукам, поскольку никто другой не мог этого сделать. Зереф играл вместе с Нацу, даже если эти игры были ему неинтересны, помогал охотиться, а когда Драгнил-младший влипал в неприятности, он выгораживал его перед отцом. Зереф всегда заботился о Нацу, был словно старший брат, и даже после того, как они оба уже выросли, их братские узы оставались такими же крепкими.

— Нацу, не хочешь нас познакомить с ней? — спросил Зереф, смотря на девушку, которая стояла на лестнице. Семья Спригган была единственной, которая знала о том, что у Драгнила появилась этери, так как Нацу не рисковал рассказывать о ней другим.

— Конечно. Спустись пожалуйста, — сказал Нацу и протянул Люси руку. Исповеднице было не в радость находиться рядом с этериасами, но спустилась, так и не приняв руку Драгнила. — Знакомьтесь, моя этери — Люси Хартфилия.

— Хартфилия из рода исповедниц?! — удивилась семья Спригган.

— Да, та самая, — резко сказала Люси.

— Ясно. Это объясняет почему твой взгляд настолько ненавистный, — произнес Спригган и усмехнулся, посмотрев на Драгнила. — Да уж Нацу, вечно ты находишь себе приключений.

— Не говори, — тяжело выдохнул Нацу, что не осталось без внимания Люси.

— Кстати, мы так и не представились, — в разговор вмешалась девушка и взяла руку Люси в свои, как бы пожимая. — Думаю, как ты догадалась он Зереф Спригган, я его этери — Мавис, а они, — девушка указала на мальчиков. — Наши дети — Ларкейд и Август! Рада знакомству, Люси!

— Я т-тоже, — проговорила Люси пораженная такому приветствию от девушки.

После знакомства они все направились в трапезную. На столе было множество разных блюд, которые Люси до этого не видела. Обычно она обедала и ужинала вместе с гибридами, у которых была обычная еда, схожая с человеческой. Однако, тут на столе, еда была другая, совершенно не схожая с той, которую она привыкла есть, поэтому у нее появилось желание попробовать тут все. Люси накладывала себе по маленькой порций от каждого блюда и каждый раз она поражалась тому, насколько же вкусной бывает еда.

— Люси, ты с таким аппетитом ешь все, не беременна ли случаем? — с задором спросила Мавис, нарезая Августу мясо. — Или Нацу тебя не кормит?

— Нет и нет, — ответила Хартфилия и немного напряглась от такого вопроса.

— Удивительно... Нацу так ждал твоего приезда и вот, ты уже неделю тут живешь и до сих пор не беременна. Как так вышло, Нацу? — со смешком говорил Зереф. Драгнил до последнего не говорил ему кто его этери и теперь понимал почему этого не делал. И сейчас, ему было как никогда интересно, какой будет исход у пары из демона и охотницы.

В трапезной повисла напряженная тишина. Нацу и Люси пристально смотрели друг другу в глаза, не моргая, словно играли в гляделки, ожидая когда один из них проиграет под давлением, что оказывали друг другу. На лице Драгнила появилась ухмылка, заставившая Люси насторожиться. Нацу откинулся на спинку стула и растянул свои губы в ехидной улыбке.

— Не переживай, Зереф. Совсем скоро я это исправлю.

— Не дождешься! — воскликнула Люси, резко вскочив со стула.

— Нет, еще как дождусь, — спокойно сказал Нацу. Но потом, также как и Люси встав с места, он резко повысил тон. — Ты моя этери и ты обязана родить мне ребенка!

— Я ничем тебе не обязана! — хотела сказать Люси, но на середине фразы ее талию обмотала темная энергия, которая усадила ее и Нацу на свое место.

— Кажется вы оба забыли, что у вас дома гости, — строго сказал Спригган, поглядывая на обоих своими глазами, которые окрасились из черного в красный. — Решайте свои проблемы когда остаетесь одни, а не при всех. Не стоит забывать про правила приличия. Ты меня слышишь, Нацу?

Нацу в ответ лишь фыркнул. Зерефу было бы занятно посмотреть на спор этих двоих, но остановил его, так как не хотел чтобы Нацу наделал глупостей, о которых будет жалеть, и не хотел чтобы его семья как-то пострадала из-за вспыльчивости этих двоих. Самое верное решение сейчас, было усемерить их обоих, пока накал не возрос слишком сильно. В трапезной вновь повисло напряженное молчание. Все продолжали есть, делая вид будто ничего не произошло.

Люси погрузилась в свои мысли. Она обдумывала и пыталась понять, почему выходит так, что все ее равнодушие и холодность, которыми она обучалась практически с рождения, вмиг исчезали оказавшись рядом с Драгнилом. Одним только присутствием он выводил ее из себя и злил настолько, что гнева невозможно было сдержать.

Но слишком долго пробыть в своих мыслях ей не дал Ларкейд, который задал ей вопрос:

— Госпожа Люси, это правда что вы можете убить этериаса?

Люси не совсем понимала к чему такой вопрос, но кивнула. Этот вопрос был очень похож на тот, который был в ее голове все эти дни со дня приезда, однако звучал он: «Как убить этериаса?»

— Значит, нам опасно находиться рядом с вами, — сделал вывод Спригган-младший. Хоть он и был еще ребенком, но мог понять вещи непонятные ребенку. На его лице появилась загадочная улыбка. — А то вдруг убьете кого-то из нас.

— Ларкейд, — строго сказал отец мальчика. — Что я тебе говорил про чувство такта?

— Прости, отец, — жалобно сказал Ларкейд. Мальчик любил своего отца и хотел быть для него примерным сыном, поэтому сильно расстраивался, когда отец его ругал или укоризненно говорил что-то, как сейчас.

— На самом деле, исповедницы могут нас одолеть только если у них есть оружие из окрайда, без него это маловероятно, — сказал Зереф, поглаживая опечаливавшего сына по голове. — У вас ведь нет оружия, исповедница Хартфилия?

— Нет, конечно нет, — с трудом соврала Люси. Почему-то от Зерефа она ощущала опасность, которую не вызывал даже Нацу. Возможно дело было в том, что он слишком хорошо контролировал свои эмоции и она не могла понять, что у него на уме. Находясь под взглядом его красных глаз, ей казалось что он знает, что она врет и видит ее насквозь. Но она не собиралась так легко поддаваться страху. — Меня бы сюда не пустили с оружием.

— Вот и славно. Значит я могу не переживать за Нацу, — сказал этериас, и на его лице появилась улыбка, подобной той что была на Драгниле пару минут назад. Они слишком похожи, для своей разности.

Люси сглотнула, пытаясь убрать ком, что образовался в горле, а по лбу скатилась холодная капля пота. Зереф давил на нее своим взглядом, словно хотел вытащить из нее верный ответ. Он определенно понял, что она врет!

— Зереф, ты кажется что-то говорил про тактичность? — сказала Мавис, надеясь, что он отстанет от девушки. За время, что Мавис живет с ним, она выучила все его приемы и уловки и понимала, что он хочет от Люси. Зереф высвобождал свою этерскую ауру, которая вызывала немалое давление даже на исповедницу, а взгляд сосредотачивал на ней, смотря ей в глаза, он забирался в самые корки ее разума, из-за чего жертва чувствовала себя словно раскрытая книга перед ним. Но Мавис не позволит ему так играться с девушкой.

— Я не сказал, ничего, что было бы не в тему, — говорил Зереф, не отводя взгляда от исповедницы.

— Зереф, прекрати, — вмешался Нацу, заметив как сильно напряглась Люси.

Спригган опять не реагировал на просьбу. Но потом произошло то, что отвлекло его от Хартфилий и заставило исповедницу с облегчением выдохнуть, а остальных смеяться.

— Август! Что ты делаешь?! — воскликнул Зереф и стал вытирать с лица сок какого-то фрукта, нагло кинутого в него.

— Мы тебя зовем, но ты не обращаешь на нас внимание! — с наигранной обидой сказал мальчик.

— Но это не повод кидать в меня еду! — вся спокойность и холодность из голоса вмиг исчезли. — Мавис, скажи ему!

— Д-да, — сказала Спригган, уже не сдерживая смех. — Ха-ха-ха!

— Хороший бросок, Август! — весело сказал Нацу и протянул руку Августу, чтобы дать пять. Тут и думать не надо было, чтобы понять от кого мальчик такому научился.

Зереф лишь выдохнул улыбнувшись, делая себе мысленно пометку, что общение детей и Нацу, не всегда положительно влияет на них.

Люси толком не поняла, что произошло, но на ее лице тоже появилась улыбка, которая как она считала, на ее лице сегодня не появиться.

***

Дальше обед проходил хорошо. Они больше не задевали неприятные темы и просто общались, пытаясь узнать друг друга получше, а точнее это были Люси, Мавис и дети. Спригган задавала вопросы Люси, о том где и как она жила до того как приехала к Нацу. Хартфилия охотно отвечала на вопросы и вела беседу со Спригган. Пару раз Нацу и Зереф тоже пытались влезть в разговор, но стоило им хоть слово сказать, как Люси сразу же менялась, становясь более сдержанной. Но несмотря на это, обед вышел удачным, особенно для Нацу, который смог узнать что-то новое о своей этери.

По окончанию обеда, девушки вместе с детьми ушли в детскую, что была в поместье, а этериасы ушли в один из кабинетов, чтобы обсудить кое-какие дела.

— Мавис, откуда ты родом? — спросила Люси. Эта девушка была до безумия позитивной и энергичной, она была больше похожа на ребенка, чем на мать двух детей и оставаться с ней равнодушной было просто невозможно.

— Я из Кефалия, — ответила Мавис, наблюдая за детьми, которые играли в какую-то игру на доске.

— Так ты из столицы! Я слышала там очень красиво, — мечтательно произнесла Хартфилия, которая за всю жизнь была только в своем поселении и в городах около него, про столицу и другие города слышала от подруг или купцов, что приезжали в Синору.

— Да, там очень красиво, — сказала Мавис, но уже без того задора, что обычно был в ее голосе. Она сказала это с какой-то задумчивостью и чем-то таким, чего не смогла понять Люси. Поэтому она подумала, что Спригган просто начала скучать по дому.

— Ты наверно была из богатой семьи.

— Нет, совсем наоборот, — с печалью в голосе сказала Спригган.

— Мавис, не могла бы ты немного рассказать про свою жизнь до того, как ты начала здесь жить? Я про себя уже все рассказала, а ты ничего, — попросила Люси у своей новой подруги. Мавис вызывала у нее доверие, притягивала к себе словно свет, и она не боялась ей рассказывать про себя, но Люси было интересно узнать что-нибудь и о ней. Однако лицо Мавис опечалилось еще больше, что взволновало Люси. — Если не хочешь, то не надо, я не настаиваю.

— Да нет, если ты просишь, то я расскажу. Но знай, моя история не очень интересная, — натянула улыбку Мавис, а Люси приготовилась слушать. — Я родилась в маленькой деревне около Кефалия, но я не особо помню жизни там, так как мои родители погибли, когда я была маленькой. Сразу же после этого меня забрал господин Джезелф. Оказалось, мои родители взяли у него в долг денег, но не выплатили его и мне пришлось работать в его доме. Не скажу, что жизнь там была ужасной, но и хорошей ее назвать не могу, — рассказала Мавис и задумалась, вспоминая прошлую жизнь. Джезелф был очень жестоким и требовательным человеком, поэтому прислуги жили в страхе, боясь лишний раз разозлить господина. Он любил издеваться над слугами, называя это игрой, и Мавис не была исключением, несмотря на то, что была ребенком. — Потом, когда мне было лет, наверно, одиннадцать, мне приснился сон, где я в первый раз встретила Зерефа. Сразу же после этого меня забрали и отвезли к нему.

— Вот оно как. И вправду, совсем неинтересная история, — Люси не умела жалеть людей, но надеялась, что это хоть немного, но поддержит Мавис.

— Знаешь, если бы не Зереф, я бы наверно умерла, — сказала Мавис, приложив руку к сердцу. — Он спас меня.

— Спас?

— Да. Незадолго до встречи с Зерефом, я заболела, но лечить служанку никто не собирался, а отлынивать от работы я тоже не могла, — говорила Мавис и вспоминала, как ей приснился темноволосый парень и его взволнованный взгляд, когда он увидел ее, маленькую, худую и изнеможенную девочку. Он разглядывал ее на наличие каких-то других повреждений, и боялся к ней прикоснуться, как будто это могло принести ей еще больший вред. Уже тогда он переживал за нее как никто другой. Он спросил как ее зовут, где она живет и пообещал, что скоро ее заберут и все будет хорошо (Зереф подготавливался к встрече с этери, поэтому выучил несколько слов и фраз на других языках). В тот день в доме Джезелфа был скандал. Ему было наплевать на то, что Мавис этери, он не собирался отдавать свою служанку, которая является выплатой вместо долга. И только под угрозами от верховной исповедницы он отдал Мавис. — Когда меня забрали прислужники Министерства, меня сразу же доставили в госпиталь и оказали лечение. Если бы это сделали неделей позже, то болезнь могла бы стать для меня фатальной.

Спригган улыбнулась, своим воспоминаниям. Она до сих пор помнит как Зереф был рад, когда она приехала и также как и во сне разглядывал ее, убеждаясь в ее целости. С тех пор он заботился о ней как о самом ценном сокровище, коим она и являлась для него. Мавис было все равно на то, что Зереф этериас — монстр, которого боится все человечество, для нее он был самым важным и близким этериасом среди всех людей и демонов.

Мавис посмотрела на Люси, чьи брови были сведены к переносице. Она обдумывала слова Мавис, которые казались ей противоречивыми. Обычно люди ненавидели этериасов, а те презирали людей, считая их мясом с костями. Этериасы ценили только своих этери, которые для них были инкубаторами, ведь почти что всегда, после рождения ребенка, этери убивали, за ненадобностью. Сейчас времена поменялись, после рождения ребенка этери отдавали обратно Министерству, да и были случай когда этери оставались жить со своими этериасами, как Мавис и Зереф. Но для Люси, исповедницы, что была воспитана по старым правилам и законам, это было чуждо.

— Люси, я знаю, что тебе сложно понять хорошие отношения между человеком и этериасом, но Нацу не будет как другие этерисы использовать тебя как вещь, что родит ему ребенка. Он будет заботиться о тебе, уважать тебя и ценить только за то, что ты есть. Он будет относиться к тебе как к матери своего ребенка. Да то, что он не трогает тебя без твоего согласия, уже доказывает это, — говорила Мавис, надеясь, что Хартфилия к ней прислушается. Нацу был ее другом и она желала для него всего хорошо, а еще ей понравилась Люси и она считала, что из них может выйти неплохая пара. — Семья Драгнил относится к людям как к равным и они не за что не обидят своих этери, поэтому дай Нацу хотя бы шанс.

Люси не ответила, но задумалась над тем, что ей сказала девушка.

***

В это же время, в одном из кабинетов поместья находились два этериаса.

— Нацу, когда ты в последний раз говорил с Мард Гиром? — сразу же перешел к делу Зереф.

— Месяца два или три назад, — почесывал затылок Драгнил, пытаясь вспомнить последний разговор с Тартаросом. Но заметив злой взгляд брата, вздрогнул в страхе.

— Нацу, ты знаешь, что я был против, когда ты передал свои дела Мард Гиру, но ты пообещал мне, что будешь проверять и следить за всем. А что в итоге? Не ты ли всегда исполняешь свои обещания?

Драгнил смутился и старался не смотреть в глаза Сприггану, который теперь отчитывал его как маленького ребенка. Его, великого этериаса с огромной мощью и нового главу семьи Драгнил! Однако, как бы унизительно это не было, возразить Зерефу он не мог.

— А что? Случилось что-то серьезное? — с непониманием спросил Драгнил, надеясь, что Зереф просто так решил его отругать и не случилось ничего серьезного.

— Велнусы стали лезть на территорию этериасов.

— И что в этом такого? Они всегда лезли на чью-то территорию, — сказал Нацу, не видя в этом ничего такого.

— Не в этом проблема. Обычно они держались подальше от нас, сейчас же стали слишком близко подбираться к поместьям. Совсем недавно они чуть не напали на деревню гибридов в землях Холлоуа и Алорса, — говорил Зереф. Нацу напрягся услышав имя семьи, что находилась в его подчинении. — Мне кажется это происходит из-за того, что велнусы слишком сильно расплодились в последнее время и им стало не хватать территорий и еды. Вот и стали нападать.

— Ты говорил об этом Гажилу?

— Нет, я расскажу об этом завтра на празднике.

— Ясно, — проговорил Нацу, обдумывая сказанное Зерефом и сделал мысленно пометку, что завтра надо будет поговорить с Тартаросом. — Это все, что ты хотел мне сказать?

— Да, — коротко ответил Спригган. — Как дядя Игнил?

— Все также, — сказал Нацу и сжал руки в кулак. От одного упоминания о дяде ему сразу становилось плохо, он злился из-за этого. — Все также упрямится! Не хочет даже слушать меня!

— Нацу, может хватит его уже мучить, — с жалостью в голосе сказал Спригган. Игнил тоже не был ему чужим, и ему было также больно, как и Нацу. Дяде плохо, а они даже помочь ему не могли.

— Что ты имеешь в виду? — осторожно спросил Драгнил, осознавая о чем говорит Зереф, но надеялся, что это не так.

— Я говорю про то заклинание.

— Ты с ума сошел?! — крикнул Нацу. Его надежды не оправдались. И то, что сейчас Зереф просил применить то ужасное заклинание, вводило в ярость. Как будто сделать это было так просто! На теле Нацу начали появляться языки огня, глаза окрасились в красный, руки становились черными. — Ты что забыл, что произойдет если его переменить?! Забыл что тогда произошло с отцом?!

— Нет, я ничего не забыл, — не меняя свой тон сказал Зереф. — Но пойми, он с каждым днем становится все слабее и жизнь для него становится все мучительней и мучительней, — Зереф не просто говорил, он уже просил. — Нацу, хватит удерживать его здесь, пора уже отпустить, это заклинание сможет сделать это спокойно и безболезненно.

— Не смей так говорить! — вскипел Драгнил. — Ты говоришь, так будто он устал жить и хочет умереть. Но это не так! Я знаю, знаю, что он хочет жить и наслаждаться жизнью, просто упрямиться и не принимает самого себя!.. Я смогу переубедить его и все станет как прежде.

— Нацу, не обманывай самого себя. Ты знаешь, что если он что-то решил для себя, ничто его не переубедит, даже ты, — Зереф не стал жалеть брата, говорил правду, такой какая она есть, даже если это делало больно Нацу.

— Нет, он поменяет свое мнение когда узнает, что у меня появилась этери и через какое-то время он станет дедушкой. Это образумит его.

— Очень надеюсь на это, — улыбнулся Зереф, ведь это и вправду могло образумить Игнила. Спригган потянулся к карману, что был на брюках и достал оттуда небольшую колбочку с жидкостью. — Как и обещал, я сделал это зелье, но в этот раз его эффект будет более сильным чем раньше, так что используй его только тогда, когда в этом будет необходимость.

— Хорошо. Спасибо Зереф, — сказал Нацу и взял колбу.

***

— Пока дядя Нацу! До свидания Люси! — сказали мальчики и пошли к карете, что ждала их на улице. Вечер наступил совсем неожиданно и глава семейства решил, что пора возвращаться домой.

— Люси, мы были рады с тобой познакомиться! Приезжай к нам в гости тоже и не забывай, что я тебе говорила! — весело сказала Мавис и обняла Люси на прощание.

— Был рад с тобой встретиться, исповедница Хартфилия. Надеюсь, это была не последняя наша встреча, — попрощался Спригган, решив обойтись без телесных контактов и направился вслед за девушкой и детьми к карете. Перед тем как дверь поместья закрылась, Мавис громко крикнула: «Пока!».

— Пока! — сказали Люси и Нацу и помахали рукой гостям.

Как только дверь закрылась в холле наступила тишина. Каждый думал о том как прошел день и о мыслях, к которым их сегодня сподвигли.

— Неплохой был день, — сказал Нацу и посмотрел на Люси, которая все также смотрела на дверь и улыбалась.

— Да, и вправду неплохой день, — сказала Люси и развернулась, собираясь пойти в свою комнату и поспать.

— Спокойной ночи! — крикнул Драгнил в спину уходящей девушки. Люси остановилась и помолчала какое-то время.

— Спокойной ночи, — сказала она и продолжила свой путь.

На лице Нацу появилась настоящая и широкая улыбка. Люси не проигнорировала его и не сказала какую-то колкость. Нацу не знал о чем говорили Мавис и Люси, но понимал, что прогресс пошел, а их отношения хоть на маленький, практически невидимый, но шаг, станут чуточку лучше.